Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

Солистка рок-группы Louna в эксклюзивном интервью KazanFirst о своем творчестве, россиянах и американцах и особенностях ро’ковой жизни

Елена Орешина — Казань

Визита Louna казанские фанаты группы ждали с прошлого года. В 2014-м группа должна была приехать с презентацией альбома «Мы – это Louna», но солистка Лусинэ «Лу» Геворкян попала в больницу, и несколько концертов тура пришлось отменить. На прошедшем недавно концерте Louna«Еще громче!» зал был битком, а группа отыграла большую программу, объединившую в себе композиции из отмененного и нового туров, а так же их первых альбомов. Лу в эксклюзивном интервью KazanFirst рассказала о творчестве группы, сравнила россиян и американцев и отметила особенности ро’ковой жизни

— Вы говорили, что Louna начиналась с остросоциальных текстов. Что изменилось сейчас?

— На самом деле мы очень долго искали себя и начинали с несколько абстрактной лирики. Потом, когда вокруг начали происходить определенные события, мы писали то, о чем думали. То есть, цели писать именно остросоциальные тексты у нас не было. Просто в воздухе витала такая атмосфера, поэтому альбом «Время Х» получился прямолинейным и протестным, в отличие даже от альбома «Сделай громче» или предыдущих синглов. И в отличие от альбома «Мы – это Louna», который вышел более апатичным, отчаянным и безнадежным.

— Сейчас есть планы, в каком направлении будете двигаться дальше, или пока не задумываетесь?

— Сейчас по большей части мы занимаемся акустической программой, потому что готовим большой акустический концерт с симфоническим оркестром. О каких-то новых электрических песнях мы пока особо не думаем.

Я думаю, что надо отдохнуть, потому что альбом «Мы – это Louna» мы делали в ускоренном режиме и, может быть, даже немного загнались.

— Как возникла идея сделать большой концерт с симфоническим оркестром? Сложно представить, как это будет звучать…

— Мы уже играли отдельно со скрипкой, с камерным составом, а тут один из наших друзей-организаторов предложил сделать концерт с оркестром. Сразу воплотить не получилось, сейчас вернулись к этой идее. Подумали, что это круто, и стали аранжировать песни. Сейчас созрели для концерта, уже готовы демо-версии.

Гитарно-вокальная часть, думаю, не изменится. А какую аранжировку сделает оркестр, нам самим интересно. По сути энергетика группы останется, просто звучание будет весьма необычным. Например, одна песня у нас звучит в регги-стиле, другая рокабилли, где-то будет больше этники. То есть мы представим интересное альтернативное звучание песен.
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

— Все видят только одну сторону жизни рок-группы – выступления, дорогие билеты, толпы фанатов. На что и как вы живете?

— Вообще наша жизнь –это концерты. Этот тур мы ездим за свой счет, потому что это перенесенный тур с прошлого года, когда организаторы потеряли деньги в связи с отменой концерта. Мы пошли им навстречу.

В остальном организация концертов полностью лежит на местных тур-менеджерах. У нас есть райдер по оборудованию, рекламе. Сейчас мы стараемся перейти на новый уровень, ездить со своим оборудованием, чтобы ни от кого не зависеть.

— На какие средства записываете альбомы?

— При помощи краудфандинговой площадки Planeta.ru, потому что сейчас уже нет  никаких лейблов, а мы все деньги, которые копим с концертов, вкладываем в оборудование, клипы, кормим семьи и мы не можем себе позволить оплачивать создание альбомов и их бесплатное распространение. Я считаю, что система краудфандинга неплоха, потому что по сути это предоплата, то есть пользователь не просто так дает тебе деньги, а заранее покупает альбом за небольшую сумму денег.

Многие до сих пор уверены, что качество альбома берется просто из ниоткуда. Они не понимают, что организовать концерт – это очень объемная работа. Все возмущаются – почему такие дорогие билеты? Потому, что группу надо привезти, арендовать зал и оборудование, установить все, оплатить работу техникам и еще много всего. Отсюда и цены на билеты.
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

— Что происходит с рок-музыкой сейчас, она становится более популярной?

— У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение. И всегда в глазах общества будет казаться чем-то страшным, родители не будут отпускать на концерты детей, всевозможные религиозные организации будут пытаться запрещать рок-концерты и так далее. В России рок никогда не будем чем-то таким, чем гордятся, например, многие европейские страны или Америка.

— Неужели ничего нельзя изменить?

— Мы пытаемся это сделать. Есть какие-то подвижки со стороны молодежи. Люди постарше уже почти наверняка не изменятся. Их даже на концерты сложно вытащить. В прошлом году была ситуация, нас остановили и попросили быть поняты’ми. Полицейский начал записывать наши паспортные данные и узнал, что мы из группы Louna. Пообщались, в конце я ему сказала – приходите к нам на концерт. В ответ я услышала сакраментальную фразу – да куда мне, уже старый стал. А ему всего лет 35. Такое я слышу очень часто. Нет, есть, конечно, кто и в этом возрасте, и старше, продолжают ходить на концерты, ездить на фестивали. Но их не так много.

— Получается, сейчас на ваших концертах основная аудитория лет 20-25?

— В основном да. Конечно, есть и старше, и младше.

— В интервью в 2012 году вы говорили, что десятые станут рассерженным десятилетием, которое придет на смену апатичным нулевым. Сейчас уже 2015. Что можете сказать сейчас, это подтверждается?

— 2012 год  был бодрый, тогда что-то начало меняться. Сейчас все снова в застое. Наш альбом «Мы – это Louna» в плане социальной лирики вышел апатичным. Там есть такие песни как «Сонное царство», «1.9.8.4». Точнее, он не то, что апатичный. Скорее отчаянный, с привкусом потерянной надежды.
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

— То есть десятые тоже вряд ли что-то изменят?

— Посмотрим. Это сложно мерить цифрами и годами. Мы жили в мире, а фактически за доли секунды две рядом стоящие страны стали практически врагами. Все может очень резко измениться.

— Еще несколько лет назад было очень много молодых людей, которые уходили в рок-музыку. Сейчас этот поток значительно снизился. Почему молодежь не идет в рок?

— Все ровно развивается— и рок и другие направления. Молодежь приходит. Некоторую российскую попсу уже приятно слушать, это качественный поп-продукт. Даже тексты не режут слух.

В России сейчас неплохие сдвиги в сторону улучшения качества музыкального продукта. Но западная музыка, конечно, ушла в этом плане далеко вперед. Сейчас ни один российский рокер так качественно не сработает, как это сделают музыканты, например, Бейонсе.

Тут, кстати, большую роль играет и наша природная лень. Любителей халявы пока что у нас больше. У нас не особо любят вкладываться в дело, чтобы получить дивиденды. К сожалению, такова ментальная особенность большинства россиян. Но я думаю рано или поздно научимся. Я надеюсь, что «ответки» на санкции не приведут к тому, что мы опять вернемся во времена Советского Союза, будем играть на гитарах «Урал» и звучать, как наши панк-группы тех времен. Которые, по сути, делали свое дело честно, но слушать их из-за звука было практически невозможно.

— Насколько важно упаковывать тексты в качественное музыкальное оформление?

— Сейчас молодые группы больше внимания уделяют именно музыке. Она у них техничная, интересная и хорошо сделанная, а вот на тексты они обращают внимания меньше. Это немного обижает, потому что классно, если и то, и другое, будет сильным. Тогда это будет на уровне.

Вообще для качественной группы нужны три фактора – качественные текст и музыка и хорошие живые выступления. От группы должна идти энергетика и звук должен быть отстроен, иначе теряется все впечатление.
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

— В 2013 году вы выпустили англоязычный альбом Behind a Mask. Как возникла идея создать что-то подобное?

— Идея англоязычного альбома пришла в голову нашему другу Трэвису. Он американец-экспат, приехал в Россию не так давно. Правда, уже уехал обратно в Калифорнию. Приезжал в Россию работать педагогом. Еще когда жил в Америке, услышал российскую рок-музыку. Ему очень понравился русский металл. Когда приехал сюда, подружился с некоторыми группами и начал предлагать свои услуги, потому что ему было интересно этим заниматься. Он сказал – давайте я буду помогать вам распространять вашу музыку по миру. Вообще русский язык сложный, просто так никто не будет сидеть и переводитьпесни с сохранением подтекста. Мы одна из групп, которым важно, чтобы люди понимали смысл наших песен. Трэвис помог адаптировать наше творчество, так как хорошо разбирается в политике, социальных проблемах и проникся смыслом наших песен.

В США все всегда делается официально, обязательно оформление всех документов. Трэвис зарегистрировал свой маленький лейбл, состоящий из одного человека, занял у знакомого денег. Нанял крутого саунд-инженера, который работал с Paramore, PapaRoach. Он свел нам альбом. Кстати, мы с ним подружились, и у него же свели альбом «Мы – это Louna», до сих пор за него долги отдаем… Так вот, Трэвис на свой страх и риск, заняв денег,  помог нам издать альбом, снять клип Business и свозил нас в тур по Америке. Может потому в Америку обратно и сбежал, что долги большие остались…(смеется) Потому что в туре мы не только не заработали, нас еще и ограбили. Больше всего попал он, потому что у него украли все…

— Как так вышло, на вас напали?

— Ограбили наш минивэн, в котором лежали все вещи. Его быстро обчистили, пока мы пошли поесть. У всех украли наличные, компьютеры, мелкую технику, одежду. Когда мы про это рассказываем, жена Рубена говорит – вы не понимаете, больше всего пострадала Лу! Дело в том, что у меня украли весь шоппинг, и это было действительно обидно. Потому что вы не представляете, что такое покупать коллекционную майкуNirvana за пять долларов, когда тот стоил всего 30 рублей. Ну и много других интересных вещей.

Мы поехали во время, когда все готовились к Хэллоуину. Так как я очень люблю всю эту атрибутику с черепами, мне было сложно представить, как оттуда уехать, не выкупив просто все (смеется).
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

— Какие в целом ощущения от тура остались?

— Отличные от всего. Начиная от простых людей, с которыми мы сталкивались, заканчивая теми, кто приходил на концерты, покупал наши диски и приходил на автограф-сессии. Там люди открыты ко всему новому. Они приходят, заполняют зал еще до начала концерта. Там нет такого, чтобы стояли спиной к группе на разогреве, попивая пиво и всем своим видом показывая, как им неинтересно тебя слушать и что они пришли на хедлайнера. Такого не было. Когда я после первой-второй песни обращалась к зрителям, говорила, что мы из России и хотим показать, какая музыка у нас, они принимали нас хорошо.

Американцам вообще по большому счету все равно, откуда ты. Мы с ними общались, они говорят – у вас такой странный акцент, откуда вы, из Норвегии? Мы говорим – нет, из России! Они – а это где, около Германии? Мы отвечали что да, примерно рядом. Потому что им все равно, что Россия, что Норвегия. Так что все рассказы, что американцы хотят нас уничтожить и поработить это неправда, они очень мало знают о том, что происходит в мире (смеется).
Лусинэ Геворкян: «У нас в стране рок никогда не станет культовой музыкой. Это будет всегда андеграунд, всегда исключение»

Они очень много работают. В будний день в торговом центре ты никогда не увидишь столько людей, сколько в будни в торговых центрах Москвы. Вот вам и кризис и безработица в России. Когда нас обокрали, мы поехали в торговый центр за одеждой, потому что надо же на сцену в чем-то выходить. Приехали – а там пусто, практически никого нет.

— А как в Америке с субкультурами? Например, в Казани, сейчас практически никого не видно…

— Да, я заметила. Там нет, люди самовыражаются, как хотят.Они вообще просто ко всему этому относятся, очень открытые, свободные и простые люди и половина из них на «металле». Есть молодые мамы, с татуировками, с тоннелями в ушах, и все к этому нормально относятся. У нас же я просто боялась ходить беременная и ездить в метро, потому что в России на это могут очень неадекватно отреагировать.

Вообще у нас ощущается несвобода взглядов. Люди, которые мыслят иначе, хотят свободы, творчества, хотят и могут работать, они просто бегут из страны. Лично у меня из России уже уехало несколько друзей. Они поменяли гражданство и уехали, потому что устали. Креативный, свободный человек, у которого есть понимание того, как развивается мир и как развиваться самому, не готов жить в России.

Фото: Егор Алеев

Понравился материал? Поделись в соцсетях
6 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
Олег
Обожаю эту группу! качают ваще!
0
0
Ответить

Питерский
Луна уже не та, рании альбомы были лучше
0
0
Ответить

БГ
Ну если такие «самродки» будут играть в нашей стране рок, то да, действительно в андеграунде будем сидеть, т.е. в *опе
0
0
Ответить

Наталья
Я бы умерла, если бы у меня украли коллекционную майку Nirvana, вот правда!
0
0
Ответить

Владимир
Орешина молодец, у неё всегда очень интересные интервью!
0
0
Ответить

Юрий
За полное отсутствие патриотизма и любви к родине, разочарован, правда, так нельзя
0
0
Ответить

downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite