«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы

Как немецкий режиссёр Андреас Мерц поставил за 10 дней спектакль на татарском языке про Великую отечественную войну и показал его в проекте «Город-Арт-Подготовка»

— Это должно быть где-то здесь, Портовая, литер А, — беспомощно объясняла я таксисту, который пытался доставить меня к новой театральной площадке Казани. — Большой такой ангар…
— В навигаторе нет этого адреса, — отвечал водитель, делая очередной круг по улице, вся «архитектура» которой состояла из складов, арочников и прочих строений, подходящих под определение «ангар».

Напротив остановилась машина, из которой выглянула женщина.
— Где здесь литер А, не знаете? — спросила она, явно возлагая на нас последние надежды. — Я уже на семь минут опаздываю на спектакль…
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Поставить пьесу в такой глуши пришло в голову создателям проекта «Город-Арт-Подготовка». Это молодёжная театральная лаборатория, в рамках которой режиссёры из Москвы, Питера и Германии должны были за 10 дней сделать эскизы спектаклей с местными актёрами, чтобы потом показать их не на сцене театра, а в галереях, заброшенных зданиях,  городских скверах или в ангарах, о которых ничего не слышал навигатор. Спектакль, на который мы с каждой минутой опаздывали всё больше и больше, назывался «Волоколамское шоссе». Оригинальную пьесу написал драматург Хайнер Мюллер на основе одноимённой повести Александра Бека об обороне Москвы во время Второй Мировой. Символично, что в Казани её ставил немецкий режиссёр Андреас Мерц.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы —  Я увидел фото ангара и сразу понял: это будет Мюллер, — объяснил он выбор произведения. — Потому что я хотел познакомить казанских зрителей с театральной традицией Брехта, которая совсем не представлена в России. Хайнер Мюллер создавал пьесы именно для такого театра. Его тексты написаны в шекспировском стиле: там нет ситуаций, есть только прекрасные, поэтичные слова, которые нельзя прожить, можно лишь проговорить. А «Волоколамское шоссе» я выбрал потому, что хотел поставить серьёзное произведение, к которому нужно будет относиться с полным почтением.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы  
Общими усилиями ангар, всё же, удалось найти (кому интересно: это около речного порта, первый поворот направо, тот самый, куда все студенты сворачивают, чтобы уединиться в машине). Внутри оказалось даже уютно: светло, пластиковые стулья поставлены полукругом на дощатое основание, артисты стоят на земляном полу. Декорация всего одна, но какая! Прямо посреди помещения росла живая берёза! Под ней и расположились пятеро актёров из труппы театра имени Камала (Азгар Шакиров, Радик Бариев, Рамиль Вазиев, Гульназ Минкина и Олег Кинзягулов).
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Из реквизита — стулья, из костюмов — простенькие военные гимнастёрки, в руках листы сценария. Сразу вспомнилась студвесна на четвёртом курсе, когда вредная техслужащая не пускала нас в актовый зал раньше 17.00, и нам приходилось репетировать во внутреннем дворике здания юрфака. Там тоже была берёзка, нелегально вынесенные из аудиторий стулья и текст по бумажке.

Итак, ангар. Зрители сидят, не шелохнувшись. Герои пьесы что-то темпераментно декламируют на татарском языке (о том, что спектакль будет не на русском, даже сам режиссёр узнал в последний момент). На стене позади них лучами проектора высвечивается перевод. Что-то про дезертиров, солдатскую шинель, воинский долг, преданность Родине и командиру. Я стала наивно ждать, что между актёрами начнётся какое-то взаимодействие. Размечталась. Вместо этого каждый из них говорит свою часть текста и замирает на месте. Изредка они перемещаются, резко подходят друг к другу, но в целом действо похоже на шахматы: пока один активен, остальные стоят.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы  Татарские фразы произносятся грубо и отрывисто, звучат по-немецки лающе (режиссёр долго добивался такого эффекта). Перевод на стене такой, словно его делали в Google Translate: каждая фраза по-отдельности понятна, но единый текст в голове никак не выстраивается. Вдруг герои внезапно заканчивают свой разговор и начинают петь татарскую народную песню под гармошку (баянист сидел в самом дальнем углу). Спев, они, как ни в чём ни бывало, снова начинают разговаривать. И так три раза.

К этому времени до меня дошло, что актёрского взаимодействия здесь просто не должно быть. Весь смысл в том, что каждый из героев произносит очень глубокомысленный и пафосный текст, в который надо внимательно вслушиваться и анализировать каждое слово. Подобные спектакли должны восприниматься как фильм «Человек с Земли»: люди сидят в комнате и разговаривают, а картинку ты видишь в своей голове. И, если потом тебя спросят, какой был видеоряд, с уверенностью ответишь, что там и горы показывали, и войну с Наполеоном, и стойбище неандертальцев. Хотя, по факту на экране были всего лишь несколько человек на диване в гостиной.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Счастливчики, которые понимают татарский язык, смогли в полной мере насладиться пьесой.
Поскольку я его не знаю, а русский перевод оставлял желать лучшего, 90% пресловутого смысла, над которым мне следовало задуматься, оказалось просто утеряно. Как выяснилось позже, перевод специально сделали таким корявым и «рабочим», чтобы можно было синхронно воспринимать каждое слово. Наверно, кому-то это даже удалось. Остальным горемыкам пришлось сфокусировать внимание на экспрессии актёров и на режиссёре, который проговаривал вместе с ними каждое слово, беззвучно шевеля губами.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Тем не менее, все 40 минут, что длился эскиз спектакля, меня не покидало ощущение необычности происходящего. Это же целое приключение: заблудиться, оказаться в ангаре с живым деревом в центре, увидеть пьесу на незнакомом языке. Определённо, это расширяет границы восприятия театра как искусства в целом. Может быть, идею произведения из-за языкового барьера донести и не удалось, но создать Событие у организаторов точно получилось.
Когда стихли апплодисменты, своё мнение об увиденном предложили высказать всем собравшимся.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Среди первых зрителей спектакля был глава аппарата президента РТ Асгат Сафаров

 — Я целую неделю не видел своих актёров, — признался режиссёр театра Камала Фарид Бикчантаев. — И могу точно сказать: они страшно похудели! Очевидно, какой тяжёлой для них была работа. 

— Театру необходимы разные художественные направления. Иногда коллективу нужны странные, непонятные вещи. Спасибо вам за это! — поддержал его народный артист России и Татарстана Азгар Шакиров, который исполнил главную роль в «Волоколамском шоссе».
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
Правда, один из актёров признался, что несмотря на новый интересный опыт, работать в брехтовском театре ему бы совсем не хотелось. Да и я, честно сказать, вряд ли пошла бы на такую постановку в обычный театр. Но у знаменитого критика Олега Лоевского на этот счёт было совсем другое мнение:

— Мне кажется, что национальная энергия удивительно совпала с этим чудесным поэтическим текстом. В какой-то момент я перестал читать перевод, он стал не нужен: я подключился к энергии артистов. Мне эта работа очень понравилась. Думаю, эта арт-лаборатория очень серьёзно сдвинула ситуацию в Казани, показала тот огромный потенциал, который скрыт и не используется. Зрителям нужно смотреть больше самых разноплановых спектаклей, а театралам — перевербовывать их, уводя от классического понимания актёрской игры. Тогда, придя в театр однажды, они не захотят отсюда уходить.
«Волоколамское шоссе» в Казани: ангар, народные песни и разрушенные стереотипы
P.S. При подготовке спектакля ни одна берёза не пострадала. Организаторы привезли её из леса в специальном ящике, сохранив все корни. Потом её поливали каждый день тридцатью литрами воды и всячески заботились. Первые дни в ангаре она немного болела, но потом ожила и стала ещё лучше, чем прежде. По окончании проекта «Город-Арт-Подготовка» берёзку увезут в Свияжск, где торжественно посадят в землю, сделав официальным символом лаборатории.

Ольга Гоголадзе

Понравился материал? Поделись в соцсетях
1 КОММЕНТАРИЙ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
расиль
Невероятно. А как можно посмотреть это?
0
0
Ответить

downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite