«Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это»

Начальник управления образования и инноваций Центросоюза России, профессор Сергей Гиль – в интервью KazanFirst

В День молодежи профессор Сергей Гиль, начальник управления образования и инноваций Центросоюза, один из разработчиков программы «Стратегическое развитие молодежи России» рассказал в интервью KazanFirst о значении молодого поколения для экономики и о необходимости смены стратегии образования 

— Давайте сначала разберемся, что значит молодежь для мировой экономики. Какова роль молодежи в ней? 

— Это самый спорный, скандальный вопрос в мировой науке. Вы знаете, что термин «молодежь» появился как устойчивое явление только во второй половине XX века? Существует очень много спекулятивных версий, утверждающих, что молодежь — это изобретение маркетологов, всего лишь хитрый маркетинговый маневр. Маркетологи второй половины XX века якобы изобрели этот термин, дабы обосновать роль молодежи в обществе и ее значение, так как она — главная целевая аудитория для активных продаж и покупок. 

Если говорить на языке серьезных документов, то термин «молодежь» появляется в документах ООН в 70-80 годах прошлого века, и это связано ровно с тем, что оказалось, что молодежные проблемы в глобализированном мире у всех одинаковые. А первый глобальный документ ООН, который называется «Всемирная программа действий, касающихся молодежи, до 2000 года и на последующий период», принимается только перед самым миллениумом. Это абсолютно новая тема для человечества. Осмысление этой темы происходит в полярных направлениях. Одни говорят, что это — маркетинговая уловка, другие говорят, что молодежь — это главный ресурс. То есть, такая волшебная баночка, которую можно распаковать и решить при помощи нее много-много проблем. Жесткий достаточно подход, такой пользовательский,когда мы молодого человека рассматриваем исключительно как ресурс для решения собственных проблем. 

«Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это»

Молодежь же как ценность… я бы сказал, что это понятие еще только-только оформляется. К молодежи как к ценности в нашей стране отношение, опять же, крайне противоречивое. Посмотрите на историю XX века. Советская комсомольская организация в течение всего столетия решала самые прорывные, самые невыносимые задачи развития страны. Чтобы это подтвердить, нужно просто зайти в музей ЦК ВЛКСМ, увидеть флаг, на котором висят главные награды Советского Союза — Орден Трудового Красного Знамени и Ордена Ленина: за победу в гражданской войне, за восстановление народного хозяйства после гражданской войны, за индустриализацию, за коллективизацию, за вклад в Великую Отечественную войну, за восстановление страны после войны и за освоение целинных земель. 

Самая последняя эпопея молодежной истории — БАМ. Прикиньте, пожалуйста, на секунду, когда был БАМ (70-е годы прошлого века), и когда впервые в новейшей истории наши руководители страны стали вновь говорить о нем — только в позапрошлом году, когда стало понятно, что мы выходим на тему освоения Дальнего Востока.
Молодежь в истории СССР — это единственный глобальный человеческий фактор, при помощи которого решались самые нерешаемые задачи развития нашей страны. Здесь нужно просто снимать кепку в знак уважения и понимать, что те, кто был молодым, стал взрослым, а потом пожилым — это люди, которые реально вложили свою жизнь как разменную монету на карту успеха или неудачи родной страны. Хотим мы этого или не хотим, у молодежи нынешнего поколения эта историческая наследственность останется, потому что отцы и деды свой вклад сделали. 

Сегодня вопрос про молодежь звучит жестче, потому что если в XX веке вопрос о молодежи решался только в рамках Советского Союза, поскольку мы были такой изолированной территорией, то сейчас это глобальный вопрос. Это вопрос о тех носителях новейших технологий и компетенций, которыми, к сожалению, не могут воспользоваться пожилые люди. Мы понимаем, что IT-компетенции, компетенции в сфере компьютерных технологий — это самое перспективное направление сегодняшней экономике в мире. Дальше: химия, биотехнологии, медицинские технологии, физика и так далее. Кто здесь главный? Молодежь. Вот существуют 100% лучших мировых научных открытий, в России в том числе. Как вы думаете, авторы этих открытий в доминирующей массе какого возраста? 

«Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это»

— Рискну предположить, что от 20 до 30 лет. 

— До 28.Сейчас один из самых интересных технологических парков России — Академпарк в Новосибирске — развивает пять очень мощных направлений науки. Так вот, организаторы парка утверждают, что их главная аудитория — это молодые исследователи и ученые от 26 до 30 лет. Именно эти люди создают самые интересные технологические решения. Сегодня молодежь в первую очередь — это провайдер глобальных интересных решений, о существовании которых мы пока даже не догадываемся, это проводник самых интересных норм жизни, которые еще вчера не существовали. Это самый лучший способ выстраивания коммуникации со всем миром, и Универсиада в Казани это показала. Такого количества красивых, внимательных, заботливых людей-волонтеров, говорящих на трех языках, я не видел нигде. Молодежь — это главный ответ на вопрос, кто будет кормить стареющее население страны, ведь со следующего года мы попадаем в ситуацию, когда соотношение работающего населения и иждивенческого будет 50 на 50. 

— В России понимание роли, которую играет молодежь в обществе, отличается от зарубежного? 

— Нет. Не отличается на уровне понимания того, что это главная работающая сила. Отличается на уровне подготовки молодежи к выполнению своей роли. Тут мне кажется, что мы, как родительское сообщество, пока очень недорабатываем. Когда ты смотришь на своего ребенка, то понимаешь, что в своей жизни он будет работать много. Но лучше, чтобы он работал еще и эффективно, то есть, легко, пользуясь теми инструментами и технологиями, которые не будут его изматывать, выкачивать и делать его старым в тридцать лет. Но мы сегодня своих детей обрекаем на то, чтобы они получали абсолютно декларативное образование, потому что мы уверены, что его наличие якобы от чего-то спасает. Дети сидят пять лет в университетах, ничего не делая. А потом мы удивляемся, что они, выходя на рынок, не могут себя найти. Мы даем мало задач детям — это наше сильное отличие от Европы. Европейцы и американцы очень рано отпускают своих детей в большую жизнь, и это правильно. Чем раньше ребенок начнет жить самостоятельно, будет сам получать пинки и нести ответственность, тем быстрее он адаптируется. 

Как родители мы не дорабатываем, предлагаем детям не ту стратегию образования. Она не дает им самого легкого доступа к лучшим знаниям, это раз. А самое главное, у них в руках нет лучшего способа поиска и переработки этих знаний, это два. У них очень мало практики применения себя в реальных производственных условиях. В условиях глобального жесткого рынка можно делать только то лучшее, что ты можешь. Все остальное делать не надо. Мы не помогаем молодым людям выбирать самое лучшее, обрекаем их на то, чтобы они делали все, были невысокооплачиваемыми работниками, которые сначала все ошибки нашего образования совершат, потом с ужасом их поймут, откажутся от всего того, что неправильно, и только потом станут самостоятельными. 

И в Европе, и в Америке, и в Азии понимают, что молодежь — это будущее. Но одни страны строят свою модель воспитания и образования таким образом, чтобы молодежь становилась максимально сильной в молодом возрасте, а другие (и мы к числу этих стран относимся) продлевают возраст молодежи до 28 лет, не обеспечивая самостоятельности. 

«Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это»

— Какие есть перспективы и угрозы современной молодежи? 

— Смех в том, что они не меняются. Перспектива одна — жить счастливо или как получится. Воспользоваться возможностями, которые тебе дали папа, мама, образование,здоровье, или не воспользоваться. У человека есть одна жизненная перспектива — прожить свою жизнь. Вопрос заключается в том, как он ее может прожить. Счастливо и эффективно он может прожить, только если будет максимально эффективно применять себя в этой жизни. Есть не то чтобы угрозы, есть векторы, которые нужно знать. Если мы говорим о молодежи школьного возраста, то школа, к сожалению, формирует все больше узкие предметные знания, и не помогает ребенку осваивать проектные компетенции, когда человек может изучать любой вид деятельности в условиях проекта, ограниченного времени, и создавать неизвестное из еще более неизвестного. На языке науки это называется жесткая доминанта предметных компетенций и отсутствие надпредметных компетенций. На языке практики это просто обозначает, что человек отлично знает физику, математику, русский язык, у него отличные оценки, но применять себя в жизни он не умеет, потому что боится, не знает, и всю жизнь занимаясь книжками, он в жизнь не ходил. Вы знаете, у кого самый высокий уровень тревожности по поводу будущего трудоустройства среди студентов? У двоечников, троечников, хорошистов или отличников? 

— У отличников? 

— Правильно. Они начинают впадать в состояние тревоги, начиная с третьего курса, потому что осознают, что впереди неизвестность, а они ее не осваивают, потому что находятся в режиме посещения занятий, где 18 часов — это уже отчисление за прогулы. У них нет возможности совмещать индивидуальный график обучения и работы, потому что это не приветствуется сегодняшними вузами. У них нет возможности заниматься наукой, работой по профилю, потому что это не приветствуется сегодняшней вузовской академической дисциплиной. В итоге эти отличники, тупо отрабатывая свои четверки и пятерки, являются самыми незащищенными и не знают внешнего мира. Это самый главный риск. 

— Как его преодолеть? 

— Родители и педагоги сегодня должны помочь детям, ученикам, студентам, создавать гибкие, совмещенные графики обучения и осваивания реальной производственной, рыночной жизни. 

«Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это»

— В Татарстане по сравнению с другими регионами больше вкладывают в молодежь. Но есть ли выхлоп? 

— Вы говорите: «У нас очень много вкладывается в отдельные компоненты отдельных активностей молодежи». Скажите, пожалуйста, эти активности синтезируются? Получают ли молодые люди после такой прокачки на олимпиадах, на конкурсах, на состязаниях, в ходе обучения в вузах возможность строить новые синтетические площадки своих новых рабочих мест? 

— Для молодежи не находится рабочих мест. 

— Да, к сожалению. Мы очень много вкладываем в своих детей, но потом мы должны создать для них такие площадки, где они все возможности могут применить. Что сегодня делают плохо родители и сообщество управленцев? Мы пытаемся вложить в молодежь очень много знаний, заботы, внимания, а вкладывать надо не это. А задачи и «поляны», которые будут осваивать молодые люди, параллельно получая необходимые знания. Мы — патерналисты. Задач не даем. Есть такая формула еврейской мамы. Еврейская мама выглядывает в окошечко и кричит: «Фима, Фима! Срочно иди домой!» «Да, мамочка, мне нужно идти домой!», — кричит Фима. — «Мамочка, а чего я хочу? Кушать или какать?». «Ты хочешь какать, Фима».
Вот этот момент, когда мы за него знаем, что в него вложить, но при этом площадки и задач, которые он будет решать, мы ему не дали,вот это нужно разорвать. Это очень тяжелая тема, на самом деле. Патернализм очень тяжело рвется, и это не касается Татарстана, это касается всей страны, потому что Российская Федерация — это страна традиционной патерналистской культуры. Если вы хотите, чтобы у молодежи были очень хорошие перспективы, любите своих детей, но ставьте им задачи, чтобы они их решали. Тогда они будут искать знания, которые им будут более необходимы, и применять их, тогда у них будет масштаб деятельности и не будет страха перед жизнью. 

Владимир Краснов

Понравился материал? Поделись в соцсетях
0 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite