ф1

«То, что сейчас одевается на никах, – точная восточная культура. Это не относится к татарской культуре», — рассказывает дизайнер сценической татарской одежды Нурия Зарипова


Дария Ярхамова — Казань

В Казани не так много дизайнеров национальной татарской одежды. А если журналист их находит, то они, как правило, начинают проявлять недовольство тематикой беседы для обычного издания с фактологической нацеленностью. А некоторые и вовсе могут счесть вопросы журналиста неуместными для ремесленника, художника.

Нурия Зарипова — дизайнер стилизованных национально-татарских платьев и аксессуаров. Еще она изготавливает сценическую татарскую одежду. О том, развита ли в республике национальная индустрия, как помочь Татарстану завоевать подиум высокой моды и можно ли сделать единичную продукцию массовой, она рассказывает в интервью KazanFirst.

— С чего вы начали производство национальной одежды?

—  В детстве я очень много рисовала: костюмы, платья, аксессуары. Всегда тянулась к национальным татарским традициям. После института я начала рисовать костюмы с использованием национального орнамента.  Самая первая моя коллекция называется «Пробуждение корней». Она так названа, потому что в генах сидит осознание: «Я — татарка», которое в один момент пробуждается. В коллекции пять комплектов. Это история девушки в костюмах.

— Это были платья для никаха?

— Нет, это вещи сценического характера. Но в них скрыта мудрость и наше наследие, основанное на татарской мифологии. До того как мы стали мусульманами, мы были язычниками. Мы имели такие символы, как Зилант, Солярис, птица Умай. Наши предки поклонялись им. Воплощение этих символов я перевела в костюмы.

— Сколько платьев было в каждом комплекте?

— Один комплект — одно платье. Просто комплект — это целый ансамбль, включающий головной убор и все аксессуары. Другими словами, комплект — это полный образ.

Первый — это птица Умай. В него входит юбка, верхняя одежда, головной убор, украшения. Второй – Зилант. Также комплекты образа Соляриса и Ветра Перемен.

История такова: парень с девушкой встречаются, знакомятся. У них зарождается любовь. Эту историю можно увидеть в моих орнаментах.

ф2

— Где была показана ваша первая коллекция?

— Я участвовала с ней в конкурсе «Этномириада», заняла второе место. Публика была немножко не готова. Нужно глубоко изучить мифологию и историю, чтобы воспринимать эту коллекцию как национальную.

90% людей не знают своей истории, своих корней и своего наследия. Когда ты начинаешь им показывать коллекцию, они не совсем понимают, что это вообще относится к татарскому. Например, в этой коллекции у меня платья с открытыми рукавами. Это просто образы мифологических символов.

После конкурса я начала заниматься своим вторым проектом — «Национальный». Это большой проект по сохранению и развитию нашего наследия, объединяющий национальных производителей, ремесленников.

— Вы изготавливаете одежду только для подиума или у вас есть и повседневные вещи?

— На сегодня повседневного и массового продукта еще нет, но я очень активно над этим работаю. Сейчас у меня есть сценическая одежда, есть платья для никаха. Именно татар никах күлмәкләре (татарские платья для никаха). Я призываю девочек, чтобы они стремились хотя бы на никах одевать одежду в татарских традициях. Я считаю, что если мы не будем сохранять свою культуру, мы потеряем свое наследие.

— Разве сейчас одевают на никах что-то вне татарских традиций?

— На никах одевают только платок и просто платья. Но дело в том, что у нас так платок не завязывали. У нас всегда был калфак. У нас всегда была женская тюбетейка и шаль. Шаль  — это большой платок, который завязывался определенным образом. То, что сейчас одевается на никах, – точная восточная культура, это не относится к татарской культуре.

— В чем особенность ваших платьев для никаха?

— Головные уборы приближены к нашим традиционным. Присутствует традиционная вышивка, но нетрадиционные композиция, подача. Есть украшения. Я сотрудничаю с признанным ювелиром Рафкатом Мухаметшиным. Вдохновившись этими украшениями, я создала эскиз для вышивки. А после у меня родился эскиз росписи по шелку. Техника называется батик, шелк расписывают специальными красками.

— Сколько времени нужно, чтобы изготовить одно платье?

— Могу сказать, что сшить платье можно в хорошем качестве за неделю. Но месяц может уйти на то, чтобы его создать в голове. А на самом деле и годы, потому что можно идеально сшить вещь, но если она не будет гармонично сочетаться или будет плохо продумана, то ее никто не будет носить.

Я умею шить и вышивать, но архитектор не кладет кирпичи. Он делает проект. Есть архитектор, а есть строители. Есть дизайнер, художник по костюмам, а есть мастера, которые это делают. Каждый человек должен получать удовольствие от своей работы. Я делаю эскизы, продумываю цветовую палитру, подбираю ткани. Я получаю от этого удовольствие, и это отражается на моих работах. У меня есть швея, которая в восторге от того, что она шьет. Есть вышивальщица, которая получает наслаждение от процесса вышивания. Если мастер с удовольствием делает свое дело, то его продукт пропитывается определенной энергетикой.

Первую коллекцию я отшивала в Бугульме, вторую в Казани. Стоит отметить, что казанские мастера — большие профессионалы своего дела.

— Где вы закупаете ткани?

— Всегда по-разному, но самый лучший шелк — это традиционный китайский. Я ездила в Китай и привезла оттуда небольшой метраж. Сейчас все заказываю в интернете. Традиционные китайские вещи очень дорогие. Китайский шелк зародился там же, традиционно его там и производят. Он дорогой, как и китайский фарфор или китайская шелковая вышивка.  Цена зависит от классификации ткани и от того, сколько там присутствует шелка. Есть шелковый бархат, есть шелковый шифон и шелковый атлас, есть шелковый крепдешин. В среднем от 1 000 рублей за метр и выше. Если розничная цена, то может быть даже 3 500 за метр.

Всё традиционное — очень дорогое, искусно выполненное и очень качественное.

— Сколько ткани нужно на одно платье?

— В зависимости от кроя. Может уйти от двух до пяти метров на платье.

ф7

— Сколько нужно человек на пошив одного образа в среднем?

— Вышивальщик, художник, швея, я и ювелир. Всего пять человек. Если нужно еще изготавливать обувь к образу, то от шести человек и больше.

— Ювелир сам придумывает дизайн украшения или вы ему подсказываете?

— Я использую уже созданные им изделия, потому что он мастер по изготовлению традиционных украшений. На сегодняшний день я сотрудничаю с ним по схеме: он вводит традиционную вещь в образ, я ввожу традиционные элементы и сочетаю их со стилизованными вещами.

— Какой металл, камни используются для украшений?

— В основном это серебро. Камни — бирюза и коралл.

— У вас очень высокозатратное производство. Какова цена на ваши платья?

— Да, очень высокозатратное. Платье премиум-класса по розничной цене стоит около 50 000 рублей за полный комплект. Украшения не всегда входят в эту стоимость. Украшения — это безумно кропотливая работа и очень дорогое удовольствие.

— Какой спрос на ваши коллекции?

— Я занимаюсь этим чуть больше года. Только-только запускаю свой сайт. Даже в соцсети не выставляю фотографии платьев, чтобы не было плагиата. Нужно очень сильно подготовиться, чтобы взять и появиться на рынке.

У меня есть частные заказы. В основном я работаю именно с эстрадой. Сейчас я плотно занимаюсь тем, чтобы создавать доступные по цене вещи в национальном стиле для населения.

— Сколько у вас сейчас заказов в месяц?

— Если честно, то заказов может быть много, но я не беру больше трех в месяц. Мне некомфортно брать больше этого количества. Это кропотливая работа, требующая огромного количества времени, потому что я ко всему отношусь основательно. Чтобы подобрать цвета, нужно пройти все магазины Казани, а иногда и не только Казани; чтобы подобрать подходящую тон в тон ткань и нитки к ней. Если есть маленькое расхождение в цвете, то это уже наводит дисгармонию.

— Каков ваш средний месячный доход?

— Я практически не получаю никакой прибыли. Я все вкладываю в свой проект. Работаю на своё имя. Не просто ввожу в моду новый продукт, а пытаюсь поменять отношение и восприятие людей. Дело провалится, если дизайнер в первую очередь думает о прибыли.

ф8

— Как у нас сейчас относятся к национальной продукции?

— Люди, с одной стороны, хотят этого. Но на рынке мало продукции, которую можно адекватно использовать. Эта проблема стоит на правительственном уровне.

Я считаю, правительство должно взять на себя ответственность, чтобы эта индустрия бурно развивалась. Если мы посмотрим снимки 1963 года дома моды Dior, то на сегодня, когда прошло уже больше полувека, у нас нет такого дизайнера, который бы был столь же узнаваем. Почему Италия и Франция — это престиж? Потому что там дизайн и мода. Там есть чем гордиться.

Сегодня мы очень много вкладываем в архитектуру, в туризм, в спорт, но не нужно исключать моду. Завоевать подиум высокой моды — это авторитет для республики. [Глава Чечни] Рамзан Кадыров поддерживает своих дизайнеров, и о Чечне знают не только в России, но и во всем мире. Он продвигает свою моду на подиум высокой моды. Это престиж.

— Что нужно сделать, чтобы развить татарскую моду? Она сейчас узко развита?

— Очень узко. У нас очень много талантливых девочек и мальчиков, которые хотят работать в национальном колорите. Но у них недостаточно знаний или ресурсов. Если бы республика взяла на себя госпрограмму, например, отправлять самых лучших дизайнеров обучаться за границу. Пусть это будут хотя бы два дизайнера. Ведь там колоссальный опыт, и чтобы нам приблизиться к этому, нужно получать знания соответствующего уровня.

— Откуда эти дизайнеры узнают о национальном татарском колорите, если их отправлять во Францию?

— Национальный татарский колорит им прививается на родине. Они поедут во Францию, чтобы узнать новые технологии шитья, кроя и покраски тканей.

ф5

— Допустим, люди отучились и вернулись. Куда им дальше идти, вы их к себе возьмете?

— С удовольствием. Я люблю команду, а команда — это сила. Если у тебя есть сильная команда, ты идешь вперед.

Нам не нужно создавать новых производственных цехов. Нужно создавать новые продукты на базе старых организаций.

Например, у нас есть Зеленодольская швейная фабрика. У них колоссальные возможности, но им не хватает идей. Дизайнер устраивается на эту фабрику и работает там. Если зеленодольская или, скажем, чебоксарская фабрика возьмет в свой коллектив молодого талантливого дизайнера, это плюс для всех. Для дизайнера — это опыт, для производства — новый продукт.

Я вижу, что Зеленодольской швейной фабрике нужны новые идеи. Я вижу, например, Казанскую швейную фабрику, их продукт, и я вижу, что он сегодня неактуален на рынке. По крайней мере экспортировать эти вещи мы точно не сможем.

— Неужели эти фабрики будут шить дизайнерские вещи?

— Это будут разные вещи: как повседневные, так и дизайнерские. У продукции Zara есть массовый и лимитированный элементы. Здесь все зависит от производителя: как они будут развиваться и как сотрудничать с дизайнерами.

— Повседневная национальная продукция сейчас широко развита?

— Она широко востребована, но она совершенно узко развита.

— Можно ли вашим покупателям самим участвовать в дизайне?

— Да, конечно. Когда я работаю с заказчиком, я всегда стараюсь узнать его личность. Мне не хочется навязывать ему свой дизайн. Если это сценический образ, то я изучаю его репертуар. Я пропитываюсь человеком, узнаю о его предпочтениях.  Если я активному клиенту предложу неудобную модель, в которой он будет красиво сидеть, то он будет красиво выглядеть, но чувствовать себя некомфортно. Подборку цвета, темперамент костюма — я все делаю соответственно личности человека.

— Есть ли базовый шаблон пошива сценического костюма?

— Нет шаблона. Он бывает, когда одежда массовая. Есть, конечно, крой. Стандартный крой традиционной татарской жилетки.

Я совмещаю как традиционные, так и новые технологии. Здесь должны быть симбиоз и гармония. Если бы наши предки не были вынуждены приостановить своё культурное развитие в силу революций, войн и госпереворотов, они бы все время развивались. И на сегодня наш традиционный костюм бы выглядел совершенно по-другому.

Я очень уважаю традиционные костюмы. Они дают нам основу. Только опираясь на традиционный костюм и орнамент, мы можем развивать и стилизовать одежду.

ф4

Что такое традиционный орнамент?

— Есть определенные составляющие традиционного орнамента. Есть какие-то композиции, например, тюльпан. Это узор. А когда есть сочетание композиции, то это уже орнамент.

— Какие традиционные техники вышивания вы используете?

— Вышивка канителью (вышивка маленькой пружинкой), золотое шитье (вышивка золотыми нитями). И также золотой канителью. Еще используем вышивку жемчугом, бисером и вышивание ушком (пришиваются равные по размеру сложенные ленточки).

— Вы называете свою продукцию стилизованной. Что это значит?

— Стилизация — это соответствие современным трендам. Я беру традиционные составляющие как основу и использую современную технику, крой. Это называется стилизация.

Я сегодня окрашиваю ткани с татарским орнаментом и делаю из них вещи с современным кроем. Это стилизация. Но я использую традиционную технику вышивания.

— Как сделать вашу одежду массовой?

— Сделать конечный продукт доступным для покупателя. Я очень хочу сотрудничать с российскими или татарстанскими фабриками, которые бы мне предложили выгодные цены. Я бы с удовольствием пошла бы с ними сотрудничать. Зачем мне сотрудничать с заграницей, если я могу это сделать на выгодных условиях здесь. Но на сегодняшний день, если я буду заказывать пошив платьев на какой-нибудь фабрике Татарстана, они назначат очень высокую цену. И у меня массовый покупатель не сможет их купить.

Я хочу, чтобы мой продукт был доступен людям. Почему мы носим платья в китайской орнаментике, тунику — в египетской, шарфы — в восточной и считаем это нормальным и уместным? Нужно поменять мышление людей, их взгляд на традиционную татарскую культуру. Сейчас если кому-то из девочек хочется сделать красивую фотосессию, она просто арендует платье. Или если она хочет одеться на никах и не покупать простенькое платье за 5 000 рублей, она лучше отдаст 5 000 рублей за аренду и оденется как королева. У нее будут на голове вещи — произведения искусства.

— А если заменить ткани, чтобы уменьшить себестоимость платья?

— Есть шелк, есть покраска ткани. Краска ложится только на шелк. Я не могу заменить ткани.

А вообще каждому нужно стремиться к тому, чтобы развивать республику. В этом должны быть заинтересованы и правительство, и производители, и творцы. Это общий проект.

⇒Как шьется современная татарская тюбетейка. Рассказывает мастерица Таисия Усманова

Фото: Василий Иванов

 


Опубликовано 12.03.2017

7 комментариев

загит кызы

Кыз һәм киемнэрре биг матур.

Манго

Отличная статья, очень интересно посмотреть работу мастера изнутри! Видела эту девушку на JadidFest, в потрясающе красивой тюбетеечке и теперь поняла, кто это)

Владимир

а мне понравилась автор. такая милая, симпатичная, ласковая девушка, а голос — просто песня…. слушал бы и слушал

Кадерле Имаметдин

Бу юнэлеш дорес, яхшы. Тик боларнын да урыс телендэ сойлэшулэре татарнын бету юлын билгели тугелме?!

Алия

абсолютно верный смысл. то, что сегодня носят под именем татарской одежды, вообще к нам никакого отношения не имеет. я всю жизнь прожила в своем доме и все соседки и соседи всегда выглядели ярко, с вышивкой, платок у бабушек был яркий или белый и носили они его перевзявая поперек по лбу и вниз , шлейф тоже оставался…да буквально перенеситесь мысленно на 15-20 лет назад, еще же ездили на транспорте, были на рынках, вспомните наших бабушек. а сейчас вы среди кого? нет..это не татарская культура. но незаметно у молодежи даже понимания не будет, как реально выглядят настоящие (наши) татары….

Адель

Сначала сама одевайся, как положено мусульманке, а потом учи других…

Татьяна

И неплохо бы, наконец, научиться отличать слова «одевать» и «надевать»…

Комментировать