«За это не в тюрьму надо сажать, а государственную премию выдавать»

Вахитовский районный суд Казани накануне должен был допросить главного фигуранта дела КНИТУ-КАИ Виктора Гуреева, но сделать этого не успел. Вот уже третье судебное заседание больше походит на цирк, нежели на реальный процесс. Причина в поведении одного из подсудимых — экс-учредителя ООО «Нур-тех» Загира Исрафилова.

Подробности дела о мошенничестве с госконтрактом на 95 миллионов рублей вы можете прочитать здесь. Так или иначе, оно подходит к своему логическому завершению и сейчас находится на стадии допроса обвиняемых. На скамье подсудимых трое фигурантов: экс-проректор по развитию вуза Виктор Гуреев, бывший генеральный директор татарстанского ООО «Нур-тех» Марат Галеев и экс-учредитель компании Загир Исрафилов. Гуреев вот уже два заседания подряд готовится дать показания, но сделать этого не может — допрашиваемый перед ним Исрафилов превращает процесс в балаган и абсурд.

Из-за того, что мужчина постоянно даёт противоречащие друг другу показания или вообще путается в них, прокурору приходится снова и снова зачитывать протоколы допроса. На суде Исрафилов утверждает, что не имел к госконтракту никакого отношения и не подписывал никаких бумаг, не получал денег по госконтракту и вообще не знал, как он реализуется. В протоколах допроса же значится, что Исрафилов, конечно, никакими разработками не занимался, а вот документы, будучи старшим научным сотрудником КАИ, подписывал.

— Я не ставлю под сомнение выполнение самих работ по госконтракту — работы выполнены, но не мной. Я не имел к ним отношения. Я не подписывал технические отчёты, не являлся руководителем тем госконтракта, я никогда не являлся ответственным руководителем по самому госконтракту. В указанный период я выполнял работу исключительно по договору КНИТУ-КАИ с акционерным обществом КАМАЗ. Это единственный трудовой договор, который я подписывал с КНИТУ-КАИ. Работа выполнена блестяще, но не мной. Я горд, что в выполнении этого контракта участвовала фирма «Нур-тех», которую я когда-то создавал с нуля, — говорит Исрафилов.

Также он утверждает, что КНИТУ-КАИ заключили контракт с «Нур-техом» только из-за того, что Исрафилов повлиял на имидж компании, заключив многолетний контракт на поставку оборудования для КАМАЗа.

Несмотря на полное отрицание причастности к теме с выполнением работ по установке, Исрафилов всё же настаивает: работа выполнена исключительно благодаря умелой организации руководителя темы и ответственного исполнителя.

— Ответственный исполнитель — Гуреев, он движущая сила этого контракта. Благодаря ему изделие, которое было получено, имеет мировой уровень, это мировой результат. За это не надо сажать в тюрьму, за это Гурееву надо выдавать государственную премию, — заявил Исрафилов.

А вот показания, полученные от Исрафилова во время досудебного следствия, по его словам, сфальсифицированы. Однако под каждым абзацем протокола стоит личная подпись Исрафилова, причём поставленная в присутствии его адвоката. На это мужчина поясняет: читал невнимательно.

— Там сплошное враньё. Это измышления уважаемого, или даже не уважаемого, следователя Москалева. Это фальсификация документов называется. Москалёв занимается фальсификацией моих документов. Я в следственный комитет уже направил соответствующие бумаги, — пригрозил подсудимый.

— Почему тогда ваша подпись стоит под каждым абзацем? — спросил судья.

— Я не уверен, что это я подписывал, — отрезал Исрафилов. — Похоже, что я, но не уверен.

Обвиняемый ушел в полную несознанку: не помнит, знакомился ли с протоколом. Обстоятельств допроса он тоже не помнит, а присутствие адвоката на допросе, при котором он, собственно, и подписал все протоколы, мужчина прокомментировать вообще не смог.

На предыдущем заседании Исрафилов заявил, что та банковская карта, по которой он получал зарплату, никак с госконтрактом не связана — по ней он якобы получал деньги за проект КАМАЗа. Также мужчина утверждал, что в материалах дела имеется почерковедческая экспертиза, опровергающая подлинность подписей Исрафилова на отчетах. Ну и на десерт: Исрафилов постоянно ссылается на многомиллионное имущество Галеева, а про себя говорит: не получил за госконтракт ни копейки.

В ходе заседания Галеев задал Исрафилову ряд вопросов, в том числе и такие:

1. О какой почерковедческой экспертизе идёт речь, если в материалах дела имеется только одна экспертиза, которая как раз подтверждает подлинность, а не подделку подписи?

2. Как Исрафилов получил банковскую карту, если она выдавалась по конкретному проекту и никаких других не касалась, соответственно, и деньги по другим проектам по ней начисляться не могли?

3. Производил ли Исрафилов в 2012-2014 годах оплату за землю в Высокогорском районе на сумму 30 миллионов рублей?

Отвечать Исрафилов снова отказывается, ссылаясь на право не давать показания против себя. На очередной его допрос ушло почти два часа. По этой причине допрос Гуреева снова отложили. Он даст показания 15 ноября (если повезёт).