Встреча Владимира Путина и Дональда Трампа на Аляске стала главным дипломатическим событием месяца, вызвав полярные ожидания — от надежды на прорыв в украинском урегулировании до опасений новой эскалации. Однако переговоры прошли в конструктивном ключе, а их итоги многие эксперты назвали победой российской дипломатии.
Встреча Владимира Путина и Дональда Трампа в американской Аляске стала главным мировым политическим событием месяца. Ее ждали – кто-то с надеждой, а кто-то – с опасением. Но многие вовлеченные в это событие люди жили ожиданием, что эта встреча станет прологом к будущему миру на Украине.
Самые сильные опасения относительно встречи Путина и Трампа проявляли глобалистские круги Запада. Кулуарно, а также через контролируемую ими прессу и некоторых западных руководителей Трампа то и дело призывали оказать сильное давление на Путина путем усиления антироссийских санкций и военной поддержки Украины, чтобы Россия приняла западные условия мира.
Встреча на Аляске, однако, прошла совсем по иному сценарию. Многие политические эксперты обратили внимание на ее внешний антураж. Оба президента прилетели на аэродром почти одновременно. Перед Путиным была расстелена красная дорожка – знак признания и уважения согласно протоколу, что было расценено мировой прессой как окончательный выход России из международной изоляции (полной изоляции нашей страны, как известно, не было, так как Россия на фоне разрушения связей с Западом активно наращивала связи со странами БРИКС и Глобального юга). Но самым главным внешним признаком неконфликтного характера переговоров стал совместный выезд Трампа и Путина к месту встречи на автомобиле американского президента.
Что касается самих переговоров, которые длились 2,5 часа, то они прошли в деловой и конструктивной атмосфере. Доказательством этого является совместный выход обоих президентов после переговоров к прессе для озвучивания позиций. Однако журналистам не дали возможности задать вопросы, что было истолковано как нежелание сторон чрезмерно афишировать содержание переговоров. Из негативных моментов наблюдатели отметили лишь факт отмены совместного обеда, что так же получило свое толкование – как отсутствие на данный момент полного согласия сторон по предмету переговоров.
Реакция мировой прессы оказалась показательной. Большинство изданий расценили итоги встречи на Аляске как дипломатическую победу Владимира Путина. Причем немаловажную роль в такой оценке сыграло не столько содержание самих переговоров, о которых мало что известно, сколько внешний антураж – демонстративное уважение, проявленное Трампом к Путину.
Что касается самих переговоров, то общие оценки свелись к тому, что Россия не сдала своих позиций по Украине, а Трамп не стал давить на Путина угрозой санкций. Более того, после встречи, которую Трамп так же расценил в позитивной тональности, он четко заявил, что пока не намерен использовать санкции как инструмент давления на Россию. И этот факт был признан как несомненный успех Путина.
Зампред Совбеза РФ Дмитрий Медведев оценил первые результаты переговоров на Аляске следующим образом:
- Восстановлен полноценный механизм встреч между Россией и США на высшем уровне. Спокойный, без ультиматумов и угроз.
- Президент России лично и подробно изложил президенту США наши условия завершения конфликта на Украине.
- По итогам почти что трехчасового разговора глава Белого дома отказался от эскалации давления на Россию. Во всяком случае пока.
- Важно: встреча доказала, что переговоры возможны без предварительных условий и одновременно с продолжением СВО.
- Главное: обе стороны прямо возложили ответственность за достижение будущих результатов на переговорах о прекращении военных действий на Киев и Европу.
По окончании переговоров поднялась волна спекуляций касательно их содержания. Из всего информационного шума наиболее адекватным изложением итогов переговоров по Украине представляется следующая версия.
Трамп принял позицию Путина, согласно которой главной целью должно быть не перемирие (с последующими переговорами об окончательном мире), а полноценный мир с четкими обязательствами и условиями для сторон, которые исключают возобновление войны (продвигаемое Украиной и глобалистами перемирие таких гарантий не дает, так как рассматривается ими как передышка для последующего военного реванша). При этом до тех пор, пока условия мира не согласованы, военные действия продолжаются, что в интересах России, которая владеет инициативой на фронте. И это является существенным отходом Трампа от своих прежних позиций, когда он настаивал в качестве главного условия на невыгодном для России безусловном прекращении огня (по сути, это и есть глобалистский вариант временного перемирия).
Согласно этой же версии переговоров, Россия также требует от Украины полного вывода своих войск из пока что контролируемой украинцами северо-западной части ДНР (территория ЛНР практически полностью освобождена). Взамен Россия якобы готова остановить боевые действия по линии боевого соприкосновения в Запорожской и Херсонской областях, отказавшись от полного их освобождения. Более того, данный аспект трактуется некоторыми обозревателями в рамках территориального обмена, мол, Россия готова отказаться от контролируемых ею частей Сумской и Харьковской областей в обмен на полный уход Украины с территории ДНР. И такой подход трактуется как определенная уступка со стороны России, которая ранее требовала полного вывода ВСУ также с территорий Запорожской и Херсонского областей.
Вместе с тем многие обозреватели признают, что для России территориальный аспект не является главным. Стратегически России важно иметь под боком невраждебную нейтральную Украину. И вроде как Трамп в ходе переговоров принял ключевые требования Путина: Украина должна быть нейтральной, она не имеет права быть членом НАТО, не должна иметь военной поддержки со стороны Запада, а во внутренней политике должна придать официальный статус русскому языку и полностью восстановить права канонической Украинской православной церкви. Так это или нет, достоверно неизвестно. Но ряд косвенных признаков указывают в пользу этой версии.
Вопрос нейтралитета Украины – один из основных в ходе переговоров, так как это является базовым условием для сохранения безопасности России. Однако со стороны Украины и поддерживающих ее европейских стран этому требованию противопоставляется требование безопасности для самой Украины, которая видится исключительно в рамках НАТО. Ряд источников указывают, что при обсуждении данного вопроса Трамп и Путин якобы пришли к согласию, что для Украины будут предоставлены юридически зафиксированные гарантии безопасности вне НАТО. Однако в какой форме эти гарантии будут действовать, так и осталось неизвестным.
Очевидно, что о реальном содержании переговоров мы узнаем не скоро, да и не в полном объеме. Но главная проблема не в этом. Даже если исходить из того, что Путин и Трамп пришли к каким-то базовым договоренностям по Украине (по всей вероятности, так оно и есть), главной проблемой является то, как их реализовать на практике. Ведь речь идет о том, чтобы заставить Владимира Зеленского принять эти условия, которые на Украине однозначно воспринимаются как капитуляция (достаточно обратить внимание на характер последних заявлений официальных украинских спикеров и провластных ЛОМов). Трамп после переговоров с Путиным переговорил с Зеленским по телефону, после чего украинский руководитель публично заявил, что не намерен отдавать Донбасс, чем косвенно подтвердил, что территориальный обмен был одним из предметов российско-американских переговоров. Косвенно это подтвердили и некоторые европейские руководители, заявившие, что вопрос передачи (обмена) территорий должна решать только сама Украина, а не другие страны.
Не желая откладывать в долгий ящик вопрос практической реализации договоренностей с Путиным, Трамп вызвал к себе на встречу в понедельник Зеленского, допустив также присутствие с ним некоторых европейских лидеров. Очевидно, американскому президенту предстоит сложнейшая задача заставить украинского лидера принять условия договоренностей с Путиным. Но не факт, что это ему удастся. Во-первых, потому, что сильно противодействие Трампу со стороны глобалистов, во-вторых, потому, что Зеленский ранее уже неоднократно проявлял строптивость, подкрепленную страхом за собственную судьбу в случае подписания какого-либо «акта капитуляции».
Для Трампа предстоящая встреча с Зеленским станет проверкой на политическую состоятельность. Встреча покажет, что стоят слова Трампа и договоренности с ним. Способен ли Трамп держать свои слова и контролировать своих (в смысле – американских) прокси? Если же он провалит этот экзамен, то докажет свою несостоятельность, а также подорвет собственную репутацию как руководителя сильнейшей в мире страны. Чего же будут тогда стоить договоренности с президентом США, если он окажется не в состоянии обеспечить их реализацию?
А этот сценарий является весьма вероятным. Ведь Трамп уже продемонстрировал свои слабости, например, чрезмерную податливость различным группам влияния, за которой потом следует резкая смена его риторики и мнения. Кроме того, в самих США поддержка Трампа рухнула с 38% до чуть более 20% на фоне его невнятной позиции в педофильском скандале со списками Эпштейна, а это грозит поражением команды Трампа на предстоящих промежуточных выборах в Конгресс, что еще сильнее ослабит его политические позиции.
С учетом этих и других факторов очень многие наблюдатели довольно скептически оценивают последствия состоявшихся российско-американских переговоров. Среди скептиков преобладает мнение, что военные действия на Украине продолжатся, а вопросы послевоенного мира будут решаться не дипломатическим путем, а на поле боя.
Кстати, в этом контексте очень интересно сравнить, какими были ожидания от переговоров Трампа и Путина, со стороны двух политических деятелей, опрошенных ранее KazanFirst.
Например, депутат Государственной Думы от Татарстана Айрат Фаррахов не скрывал оптимизма, всячески подчеркивая, что предстоящие переговоры должны привести к миру.
Куда более сдержанную оценку в отношении переговоров на Аляске проявил депутат Государственного Совета Татарстана, действующий доброволец СВО, командир бригады «Святой Георгий» Эдуард Шарафиев. Он заявил, что не ожидает «каких-либо прорывных решений в отношении украинского вопроса», высказав сомнения в достижении быстрого мира.
И такая разница во взглядах вполне понятна. Потому что те, кто находится в зоне СВО, как правило, мыслят более трезво. Потому что там реалии войны и мира воспринимаются совсем по-иному.
Да встреча года! Следим дальше. Общий знаменатель должен быть обязательно.