краха предприятие своего отца по изготовлению стоматологических изделий. В
перспективе маячила колония сроком на шесть лет, но суд оставил предпринимателя
на свободе
Почти ценою своей свободы Эмилю Сабирову удалось отстоять от хозяйственного краха предприятие своего отца по изготовлению стоматологических изделий. В перспективе маячила колония сроком на шесть лет, но суд оставил предпринимателя на свободе.
Ильнур Ярхамов — Казань
Дело предпринимателя Эмиля Сабирова, рассмотренное вчера в Вахитовском районном суде Казани, можно описать латинским выражением Dura lex, sed lex — «Закон суров, на то он и закон».
С одной стороны, предприниматель около двух лет работал без лицензии Минздрава РТ, выпуская продукцию в виде стоматологических инструментов, с другой — он никакой не подпольщик, его предприятие работает на рынке уже 25 лет. Эмиль Сабиров свою вину признает и в содеянном раскаивается, но Прокуратура просит наказать предпринимателя лишением свободы на шесть лет с отбыванием срока в колонии общего режима.
Его компания называется «Авицена». Она специализируется на выпуске медицинских изделий для использования в стоматологии: напильников, каналонаполнителей, пульпоэкстракторов, каналорасширителей.
Прокуратура в суде заявила, что за период работы предприятием без лицензии (с 23 января 2015 года по 5 февраля 2017 года) было незаконно изготовлено свыше 2,4 млн единиц изделий, из которых 1,8 млн единиц на сумму 17 млн рублей было реализовано в стоматологические клиники Казани. Во время обыска на складе «Авицены» была обнаружена продукция на 22 млн рублей.
Эмиль Сабиров рассказывает, что получил предприятие практически по наследству. Поначалу отец 17 лет назад трудоустроил его работать за станками — точить изделия, совершенствовать оборудование. Собеседник тогда ушел в дело с головой и не проявлял никакого интереса к финансово-организационной стороне дела.
— Я в бумаги больно-то и не рвался. Пока отец работал (у него связи есть, рука набита), он все организационные вопросы закрывал. В один прекрасный момент он меня к себе подозвал и сказал, что плохо себя чувствует. Отец выходит из состава учредителей компании, мы его кладем в больницу, он там находится буквально неделю и умирает. Это было 9 мая 2014 года, — вспоминает Эмиль Сабиров.
Бизнесмен говорит, что не был готов возглавить предприятие. Должность директора он предлагал заместителю его отца, бухгалтеру. Но все отказывались, тогда ему пришлось руководство взять в свои руки.
Придя на пост главы компании, Эмиль Сабиров понял, что нужно провести полную ревизию всей документации предприятия. Почти за два месяца до смерти его отца, в апреле 2014 года, государство ввело новые правила для получения регистрационного удостоверения. Ранее его у предприятия не было.
— А без регудостоверения у нас не берут инструменты. У нас клиенты брали инструменты, но без права перепродажи. Потом я узнаю, что, оказывается, на людях нельзя проводить клинические испытания. Это приказ от 26 апреля 2014 года. Было предписание: выдавать клинические испытания на основании каких-то документов, технических разработок, иллюстраций и какой-то корреспонденции, — говорит Эмиль Сабиров.
После подготовки всех документов «Авицена» получает заветное регистрационное удостоверение в конце 2015 года. Собеседник говорит, что он стал 39-м предпринимателем по всей России, который добился этого. Затем тут же последовало получение сертификата соответствия.
— Я не подозревал, что мне надо ещё заполучить лицензию на производство медизделий от Минздрава. Без неё я имел право выпускать иголки для своих нужд, сам пользоваться своими инструментами, но не продавать и распространять их. Поначалу думал, что это меня не касается. Потому что медтехника, как я понимал, — это какое-то техническое большое сооружение. А иголка — она для меня всегда была лишь иголкой, — отмечает предприниматель.
В сентябре 2016 года бизнесмен получает перечень подготовительных работ, которые он должен сделать для приобретения лицензии от министерства. Одновременно Эмилю Сабирову пришлось искать возможности для переподключения здания к новым электросетям. Также владельцы теплосети решили на него повесить эксплуатацию километровой трубы — оплату потери тепла, её теплоизоляцию и т. д. Бизнесмен решил, что дешевле будет построить свою котельную.
Сюда же вмешалась и большая экономика. Кризис 2014 года, когда подорожала валюта, сделал дорогой немецкую проволоку, из которой точили стоматологические иголки. В итоге дополнительные траты стягивали финансовые ресурсы бизнеса.
Заполучить лицензию удалось лишь к 5 февраля 2017 года.
— Заглядывая назад, знай я, что у меня нет лицензии, как я подойду и скажу: «Товарищи, я стал директором, у нас пока нет лицензии, поэтому расходимся»? У меня 16 человек предпенсионного возраста работают. Одна женщина у меня проработала 22 года, авторитет имела в коллективе. Я-то сам проработал на предприятии всего 17 лет, — сетовал предприниматель. Он рассказывает, что если тогда бы распустил коллектив, то обратно бы его не собрал, потерял бы предприятие. А этого он, в память о своем отце, допустить не мог.
Судья спрашивала у Сабирова, поступали ли жалобы на качество выпускаемой его предприятием продукции. Он ответил, что жалоб никогда не было и его медизделия пользуются спросом по всей России.
Во время оглашения вердикта, когда судья озвучила, что предприниматель наказывается пятью годами условного срока (с испытательным сроком на три года) и штрафом в 2 млн рублей, Сабиров и его сотрудники вздохнули с облегчением. Некоторые из них похлопали своего начальника по плечу, обнимали и смеялись.
Предприниматель рассказал, что с решением суда согласен и обжаловать его не собирается. А адвокат ему посоветовал ездить по дорогам аккуратнее и не нарушать ПДД, иначе условный срок превратится в настоящий.
Читайте также: Тайны следствия: офицеры казанской полиции под колпаком ФСБ