В Казанскую Ратушу на торжественный прием, который посвящен 75-летию со дня освобождения Ленинграда от фашистских захватчиков, пригласили 40 блокадников и ветеранов Великой Отечественной войны. Им устроили праздничный обед и концерт.
— Мы, молодое поколение, бесконечно благодарны за ваш трудовой и боевой подвиг. Благодаря вашей победе у нас есть возможность жить, создавать семьи и уверенно смотреть в будущее. От всех жителей Казани я поздравляю вас с этим юбилеем. Будьте здоровы и счастливы, — сказал мэр Казани Ильсур Метшин.
После ветеранам и блокадникам вручили памятные знаки в честь 75-летия со дня освобождения города. Среди них и Евгений Семенов. Когда началась осада Ленинграда, ему было всего восемь лет.
— В памяти осталось многое. Это время невозможно забыть. Мой отец добровольцем ушел на фронт, там отморозил ноги. Когда вернулся, получал какие-то копейки, кусочки. Каждую неделю он приносил нам кусочки хлеба, а потом умер от голода. Его товарищи привезли на санках, чтобы похоронить. Через два месяца от голода умерла мама, — едва сдерживая слезы вспоминает он.
Кроме родителей у Евгения Семенова остались две сестры. Детям не дали погибнуть — всех троих отправили в эвакуацию по «Дороге жизни», но и там пришлось пережить многое.
— Вывезли через Ладожское озеро, но отправить дальше не смогли — перед нами разбомбили эшелон. Как мы потом узнали, умерло много детей. Мы ждали, когда восстановят железнодорожные пути. Затем нас погрузили и повезли в Свердловскую область. Ехали очень долго, у меня распухли ноги. Спасибо сестренке, которая за мной ухаживала. Она и бинты стирала, и меняла повязки. Младшую сестру удочерили, — рассказывает собеседник.
Ещё одна участница встречи с ветеранами — Нина Гирфанова. Она до сих пор отчетливо помнит, что происходило с её семьей в Ленинграде в голодные годы.
— Отец ушел на фронт в первые дни войны. В блокадном Ленинграде остались я, мама, брат и сестренка. Дом, в котором мы жили, разбомбили. Идти некуда, поэтому жили в окопах. Потом какие-то добрые люди, чьих имен я не знаю, дали маме комнату. В 1942 году нас эвакуировали в Чистополь. Жить было тяжко, но мы не переставали верить в победу. В школу я пошла уже в Казани — в нее мы переехали после войны.
Валентина Баранова родилась в Ленинграде. Ее семью смогли вывезти не сразу.
— Тогда мой отец ушел на войну, мама работала на фабрике. Жили вместе с бабушкой и беременной тетей до лета 1942 года. Выжили благодаря маме — она хоронила покойников. Люди умирали от голода прямо на улицах города. Ей давали за это немного еды. Нам кое-как удалось эвакуироваться в Калининскую область. Там прожили до конца войны. Потом вернулись в родной Ленинград. В Казани живу давно — в 50-е годы меня направили на завод «КОМЗ». Здесь я вышла замуж, родилась моя дочь, — вспоминает Валентина Баранова.
Александру Ефременко 94 года. В 1940 году он поступил в железнодорожное училище в Ленинграде. Там же его застала сначала война, потом блокада.
— Не знаю как, но мы смогли продержаться до эвакуации. Меня и остальных студентов отправили по «Дороге жизни» через Ладогу. Уже после войны я переехал в Казань, — неохотно говорит о тех годах ветеран.
Фашистская блокада Ленинграда длилась 872 дня — с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года. Вывозить жителей начали еще в июне 1941-го. В первый период эвакуации многим блокада и захват города казались маловероятными. Некоторые ленинградцы отказывались от переезда в другие регионы.
Детей эвакуировали в районы Ленинградской области, которые затем стремительно начал захватывать противник. 175 тысяч детей были возвращены в Ленинград. Всего до блокирования города было вывезено 488 703 человека. С 22 января по 15 апреля 1942 года эвакуировали по ледовой «Дороге жизни» через Ладожское озеро. Было вывезено 554 186 человек.
Пик голода пришелся на ноябрь-декабрь 1941-го. Нормы выдачи хлеба для бойцов на передовой линии обороны были снижены до 500 граммов в день, для рабочих горячих цехов — до 375 граммов, для рабочих остальных производств и инженеров — до 250 граммов, для служащих и детей — до 125. Хлеб наполовину состоял из несъедобных примесей, заменявших муку. Выдача других продуктов в этот период прекратилась.
Всего за время блокады от голода погибло свыше 630 тысяч ленинградцев. Эта цифра сегодня оспаривается рядом историков, которые полагают, что общее число жертв блокады могло достигнуть 1,5 млн человек.