История жительницы Казани Лидии Синевой начиналась как история сострадания. Несколько лет назад в спортзале она познакомилась с иностранцем — мужчина приехал из Ирака. Южный красавец поведал доверчивой женщине о своей непростой судьбе — чужая страна, тяжело больной ребенок, трудности с документами. Сердце Лидии дрогнуло. Казалось — вот она, восточная сказка. Но реальность оказалась гораздо страшнее — постоянные издевательства, унижения, потеря родового дома и тяжелые многолетние судебные тяжбы.
Лидия переехала в Казань после развода с бывшим мужем и посвятила себя работе. В столице республики она построила успешную карьеру — занималась управлением и запуском различных проектов. После перешла в сферу продаж биологически активных добавок.
Параллельно с карьерой Лидия решила заняться обустройством собственного дома — небольшой домик в Пестречинском районе Татарстана достался ей по наследству от бабушки с дедушкой.
— Бабушка уже в глубоком возрасте переписала на меня дом и землю, потому что я планировала строиться. Это наше родовое место, поэтому я оттуда никуда не собиралась уезжать, — вспоминает женщина.
В 2020 году Лидия решила на месте избушки поставить новый современный сруб. Для заливки фундамента и начала строительства женщина оформила кредит и вложила все силы в создание дома, который в будущем должен был стать родовым гнездом для ее семьи. Но судьба распорядилась иначе.
«Психопаты удачно используют слабые точки жертв»
Параллельно с работой и возведением дома, Лидия находила время и на себя. Летом 2020 года в фитнес-клубе Alex Fitness на улице Баумана в Казани она познакомилась с выходцем из Ирака — высоким, очаровательным и обходительным Хасаном Якубом. По словам Лидии, молодого человека она замечала и раньше, однако знакомиться не собиралась. Все ее время занимали работа, семья и строительство собственного дома. Тем не менее Хасан проявлял настойчивость: регулярно здоровался, интересовался ее делами, оказывал знаки внимания и производил впечатление скромного и доброжелательного человека.
— Однажды он подошел какой-то подавленный, без настроения. Спросил, как дела, а сам чуть ли не плакал. Я поинтересовалась, что случилось, и тогда он начал расспрашивать меня о врачах и специалистах, — рассказала женщина.
Во время одного из таких разговоров Лидия узнала, что у Хасана есть годовалая дочь с диагнозом ДЦП. По его словам, девочка не могла самостоятельно ходить и есть. Новый знакомый признался, что официально женат — супруга живет в Набережных Челнах, однако они давно не живут совместно и «вместе лишь на бумаге».
— Он ушел из той семьи, когда девочке было три-четыре месяца. Но не разводился, потому что его целью было гражданство. Когда человек вступает в брак, спустя три года он может получить гражданство. А у него уже заканчивался вид на жительство, — сказала она.
За этой историей последовали следующие. По словам женщины, он рассказывал и о трагедии, произошедшей на его родине. Незадолго до свадьбы его невеста погибла во время взрыва в торговом центре.
— Слезы, сопли, переживания… Сейчас я понимаю, что это было постоянное давление на жалость. Он рассказывал, какой он бедный и несчастный, как переехал сначала в Москву, потом в Набережные Челны, как пытался устроить свою жизнь.
На тот момент Лидия поддерживала контакты со многими врачами и медицинскими специалистами. Кроме того, история больного ребенка оказалась для нее особенно болезненной из-за судьбы собственного брата (у мальчика так же был диагноз ДЦП).
— Как мама я просто не смогла пройти мимо. У каждого человека есть свои слабые точки. Психопаты и абьюзеры очень удачно ими пользуются.
Как дом оказался в руках мошенника
Спустя некоторое время после знакомства мужчина сообщил, что испытывает трудности с оформлением документов и ему необходима регистрация. Сначала, по словам Лидии, его временно прописала мать её подруги. Затем регистрация была оформлена уже у её матери.
Параллельно с этим женщина пыталась добиться выдачи жилья для своего брата. По неизвестной причине его сняли с очереди на получение недвижимости (по ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» мужчина имел право на получение собственности).
Позже, как утверждает Лидия, Хасан заявил, что для получения гражданства ему необходима недвижимость в собственности. Именно тогда Лидия и приняла решение «подарить» дом своему возлюбленному.
— Я не знаю, почему я сделала именно «дарение». Как выяснилось потом, можно было сделать договор купли-продажи с определенным сроком. Но мне было некогда. Я думала, что вот тут же больной ребенок, как человек может плохо поступить. Я даже не думала, что меня хотят обмануть.
В январе 2021 года Хасан получает долгожданное гражданство и возвращает дом. Параллельно мужчина, по словам собеседницы, неоднократно просит деньги.
Сначала речь шла о 500 тысячах рублей. По версии Хасана, эти средства были необходимы для решения проблем с дорогостоящими препаратами, которые якобы были задержаны на границе в Ираке. Лидия взяла займ и передала ему деньги. Когда пришло время возвращать долг, деньги женщина не получила.
Позже, по словам женщины, мужчина убедил её передать ему и другие суммы, обещая выгодные сделки, увеличение капитала и скорый возврат средств. В итоге, как утверждает Лидия, общая сумма переданных денег превысила несколько миллионов рублей.
«Он бил меня и насиловал»
Весной 2022 года Хасан вновь завел речь о недвижимости. Очаровательный иностранец поведал очередную историю — по его словам, в Россию собираются приехать его родители, и ему необходимо показать им собственный дом. Если бы родители это увидели, они бы якобы продали дом в Ираке и передали сыну деньги, которые он задолжал Лидии. Хасан был настолько убедителен, что Лидия во второй раз переписала недвижимость на любимого.
— Он говорил, что мы должны сделать еще никах, потому что «у нас не принято», чтобы женщина и мужчина жили вместе без этого. Он меня и родителям показывал, понимая наш менталитет, — это доверие, если мужчина показывает тебя своим родителям.
Пара провела никах, вскоре родители Хасана приехали в Россию. Однако обещанных денег Лидия так и не получила. Именно после этого отношения начали стремительно портиться.
— Меня били, меня насиловали. Он надо мной издевался, отнимал деньги. Он постоянно манипулировал тем, что в случае ухода он пойдет и продаст дом. Потом он переключился и на мою машину: он сказал, что ее нужно срочно менять в Москве. Я согласилась переписать на него авто при условии официального заключения брака.
В тот период сын Лидии Никита жил у бабушки. По будням он учился в кадетском училище, а выходные проводил у родственников. Такое решение женщина приняла из страха за ребёнка: мальчик был очень привязан к матери, и она не хотела, чтобы он видел её состояние.
1 сентября 2022 года пара официально зарегистрировала брак. Лидия рассказывает, что к тому моменту уже опасалась за свою безопасность и надеялась, что законный статус супруги поможет ей сохранить имущество и обрести хоть какую-то защиту. Но, по её словам, ситуация лишь ухудшилась.
Сразу после свадьбы Хасан вновь поднял на неё руку. По словам Лидии, во время очередного конфликта она спряталась под кроватью, однако мужчина поднял матрас и плюнул в неё. Именно тогда, вспоминает она, пришло окончательное осознание: нужно бежать.
С помощью подруги Лидия тайно вывезла свои вещи на склад и переехала к матери. Однако побег не поставил точку в этой истории. За попытками вернуть её обратно последовали новые конфликты и давление.
— Я ходила дерганая. Я не спала, я очень была худая, я была серая. Люди понимали, что что-то происходит, но боялись спрашивать. А я боялась кому-то рассказать, потому что мне было стыдно перед моими покойными родителями, которые меня воспитали. Я не понимала, как мне из этого выйти и вернуть дом.
Постепенно жизнь, которую Лидия когда-то выстраивала по крупицам, превратилась в череду боли, унижений, судебных разбирательств и попыток вернуть утраченное.
В суде совершили три ошибки
После расставания Лидия начала борьбу за то, что было у неё отнято. Обращения в полицию, консультации с юристами, судебные заседания — впереди её ждали годы разбирательств вокруг дома, денег и заявлений о насилии. Однако добиться возбуждения уголовных дел оказалось непросто.
— Первый вопрос при возбуждении уголовных дел был: «А почему вы сразу не пришли?». А почему сразу люди не идут? В Казахстане же была история, где известный государственный деятель убил жену. Почему она все это время не шла? Вы знаете, в каком состоянии находится женщина, когда ее избивают, подавляют волю? Она просто боится открыть рот, она думает: «Если я это сделаю, меня сейчас побьют». Она переживает за свое состояние. Женщины, которые живут в этих отношениях, они не здесь, они в другом психологическом состоянии. Почему много суицидов и убийств происходит? Там просто подавлена воля.
По словам женщины, в возбуждении уголовного дела по статье о мошенничестве ей первоначально отказывали, ссылаясь на отсутствие состава преступления. После того, как дело всё же было открыто, была назначена психологическая экспертиза. Согласно её выводам, Лидия находилась под сильным психологическим воздействием и не могла в полной мере осознавать последствия своих действий. Именно эти материалы легли в основу решения суда первой инстанции, который постановил вернуть недвижимость женщине.
— Судья приняла решение вернуть мне дом, поскольку я действовала под давлением. После этого они (Хасан Якуб. — Ред.) подают в Верховный суд Республики Татарстан. В этот же период я должна была лечь на операцию в больницу, но не смогла, поскольку появился новый большой проект на работе.
Однако судебная история на этом не закончилась. Пока продолжались разбирательства, на женщину обрушились новые испытания. В этот период её сыну исполнилось 18 лет, после чего он подписал контракт на участие в специальной военной операции.
— Почему Верховный суд тянул? Та сторона, в первой инстанции, заявила ходатайство, чтобы привлечь эксперта третьим лицом. Они намеренно сделали процессуальную ошибку. Это ходатайство нужно было отклонить. Именно к этой ошибке придрался Верховный суд.
После выявления процессуальных нарушений была назначена повторная психиатрическая экспертиза. Для её прохождения Лидию направили в Москву, в ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.М. Бехтерева». Новый этап разбирательств растянулся почти на два года. Но не только длительные судебные тяжбы изматывали женщину как физически, так и морально. В январе 2025 года еще один удар — сын женщины без вести пропал на СВО.
Однако и повторная экспертиза не поставила точку в споре. По словам Лидии, её выводы лишь подтвердили результаты предыдущего исследования.
— В новой психиатрической экспертизе они пишут черным по белому: «Она не осознавала, что она делает». А дальше они как будто не читали… Они, как и в первой экспертизе, пишут, что в момент подписания договора я не осознавала своих действий и находилась под мнимым воздействием. Они дополнили первую экспертизу, они не написали новое, они не написали против. Они просто поставили «плюс».
Лидия убеждена, что затянувшееся рассмотрение дела было связано не только с процессуальными вопросами. По её мнению, решение суда могло зависеть и от иных обстоятельств.
— На разных заседаниях Хасан говорил разное: сначала он якобы сам строил дом полностью, потом якобы улучшал жилищные условия. В итоге он подделал технический план. Я написала в Ассоциацию кадастровых инженеров Поволжья, они провели проверку. План признали недействительным.
После этого женщина направила в суд соответствующее ходатайство. Однако, по её словам, документ не был принят во внимание, а признанный недействительным кадастровый план остался в материалах дела. При рассмотрении спора Верховный суд не учел ряд представленных доказательств и встал на сторону ее оппонента. Помимо этого, по словам Лидии, документ о недействительности технического плана должны были вынести в отдельное определение. После этого женщина могла бы обратиться в суд. Однако этого не произошло, что нарушает закон.
— Здесь либо сговор какой-то, либо взятка. Помимо этого, его нынешняя жена Анна Власова продала свой фитнес-клуб. Интересное совпадение. Я понимаю, что она тоже находится под воздействием: у них уже двое детей. Ему просто нужно было играть роль примерного семьянина. Как бы она потом не пожалела, что продала.
Сегодня Лидия живёт в съёмной квартире. Судебные процессы продолжаются, но главным делом её жизни стала не борьба за недвижимость, а поиски сына. По ее словам, спустя год после исчезновения военнослужащего могут официально признать погибшим. Сама женщина в это не верит и продолжает надеяться, что он жив.
Несмотря на череду неудач и затянувшиеся разбирательства, отказываться от борьбы она не намерена. Лидия планирует обращаться в кассационные инстанции, а также направлять обращения в Следственный комитет, прокуратуру и ФСБ, добиваясь пересмотра решений и возвращения своего дома.