Государственные закупки перешли на цифровой контракт с единственным поставщиком. Об этом на пресс-конференции сообщил председатель Государственного комитета РТ по закупкам Марат Зиатдинов.
Он уточнил, что такое решение обеспечивает заказчикам исключение ошибок при заключении контракта за счет последующего автоматизированного контроля, а поставщикам — достоверность условий контракта и снижение вероятности возникновения протоколов разногласий. По его словам, цифровое решение способствует «повышению прозрачности, управляемости закупок», а также обеспечивает максимальный охват цифровыми инструментами.
— Если по конкурентным процедурам цифровой формат полностью у нас в республике внедрен, то по закупкам у единственного поставщика только переходим, — объяснил чиновник.
Зиатдинов напомнил, что в 2024 году республика отработала новый функционал по заключению цифрового контракта с единственным поставщиком в пилотном режиме. Проект был запущен федеральным казначейством, и Татарстан стал первым регионом, чьи заказчики реализовали заключение таких контрактов.
В число пилотных проектов вошли Татарский театр им. Камала, Театр оперы и балета им. Джалиля, ГБУ «Безопасность дорожного движения», министерство здравоохранения Татарстана и госкомитет РТ по закупкам. Кроме того, в 2025 году Татарстан участвовал в пилотном проекте по заключению цифрового дополнительного соглашения по контракту. Такое соглашение было заключено министерством образования и науки РТ.
Зиатдинов пояснил журналистам, что закупка у единственного поставщика — это право каждого заказчика. Она производится в случае, если конкурентные закупки не состоялись.
— В национальном режиме есть много ограничений для иностранных поставщиков. Даются преференции отечественным производителям. Есть специфические закупки. Например, театр закупает сценическую одежду. Абы кому через конкурс это не поручишь. Это прописывается в положении [о конкурсе] и дает право заказчику закупить у единственного поставщика, — привел пример чиновник.
При этом Зиатдинов указал, что есть регионы России, которые предлагают ввести еще более жесткий контроль и сделать закупку у единого поставщика не правом, а правилом. Они объясняют свое предложение тем, что электронная площадка делает процедуру прозрачной, становится понятно, кто и какие суммы перечислил под решение каких задач. Однако руководитель госкомитета считает такое решение неоправданным.
— Мы потеряем конкуренцию. Когда он [поставщик] вошел в статус единственного поставщика, он может диктовать свои цены. Для чего нам нужны электронные площадки, конкурсы, аукционы? Для того, чтобы снизить цену, сэкономить бюджетные средства. Бывает еще обидно, когда наши местные производители ставят свою цену и ни копейки не хотят уступить. Это же тоже неправильно. Я согласен, что не всегда самое дешевое — это лучший вариант. Поэтому здесь закупщик имеет право заключить договоры с единственным поставщиком, — подчеркнул он, отвечая на вопрос KazanFirst.
За 11 месяцев 2025 года заказчики республики опубликовали извещение на общую сумму более 270 млрд рублей, в том числе порядка 39 млрд рублей пришлось на долю муниципальных заказчиков. Экономия бюджетных средств по результатам заключенных контрактов составила более 5 млрд рублей. Почти 71% от общего объема закупок — более 195 млрд рублей — пришлось на строительство. Среди наиболее крупных проектов 2025 года Зиатдинов выделил выполнение строительно-монтажных и прочих работ стоимостью порядка 3,5 млрд рублей. Закупки лекарств и медицинских изделий составили 10%, или почти 11 млрд рублей. Менее 7 млрд рублей (2,5%) заняла продукция обрабатывающих производств.
«Из всякой дряни сделают, и он просто не работает»
Заместитель председателя комитета Госсовета РТ по экономике, инвестициям и предпринимательству Марат Галеев указал KazanFirst, что доля контрактов с единственным поставщиком имеет относительно небольшой удельный вес в объеме закупок — меньше 10%. Тем не менее они бывают необходимы, когда «нужно оперативно решать вопрос». Он подчеркнул, что механизм закупок, который позволяет «сбить цену», — недостаток системы, потому что «не всегда самое дешевое выгодно».
— Ремонт жилых домов. Есть очень низкие цены на рынке на краны для теплоснабжения. Из таких материалов, которых ни в одном ГОСТе нет. Из всякой дряни сделают железной, и он просто не работает. Его будем покупать? Это же абсурд. Это напрасные траты ресурсов. Вопрос цена-качество играет роль, — привел пример депутат.
При этом он обратил внимание, что любое импортозамещение на начальном этапе может быть невыгодным государству.
— Национальное производство того или иного продукта на уровне импортозамещения в первые годы без поддержки вряд ли состоится, особенно по технологически сложным продуктам. Поэтому смотрят не на сиюминутную выгоду, а на долговременную перспективу. Санкции показали, что на рынке может быть дешевый импортный аналог, но если государство ничего не делает, а только закупает, ориентируясь на сиюминутную выгоду, на этом, как мы увидели, далеко не уедешь, — отметил депутат.
Галеев настаивал, что национальное производство по целому ряду критически важных продуктов нужно делать самим.
— Здесь уже смотрят на временной период, чтобы это через какое-то время стало выгодным и конкурентным. Это политика не сегодняшней выгоды, а перспективы по времени, — пояснил он.
«Многие нацелены на длинные деньги»
Председатель татарстанского отделения «Опоры России» Антон Баклашов напомнил, что в закупках нередко участвуют те, кто демпингует на рынке. По его словам, добросовестный поставщик оказывается в проигрышной позиции, потому что цена торгов может исключать не только коммерческую прибыль предприятия, но и налоговые отчисления.
— Если схема прозрачна, если она понятна, если можно у одного поставщика закупиться и исполнить этот контракт, мне кажется, это хорошая история. И она может быть востребованной, — оценил он цифровой контракт с единственным поставщиком.
При этом он отметил удобство установленного и контролируемого государством тарифа на конкретный товар или услугу.
— Если он складывается из рыночной стоимости, которая есть объективно. Это могут быть коммерческие предложения или подтвержденный итог, за какие деньги сегодня реализуется услуга или товар. Если из них выведен тариф, тогда это удобная форма, тогда бизнесу интересно, — указал предприниматель.
Он отметил, что бизнес предпочитает «пусть не гигантскую прибыль», но стабильную работу, про которую понятно, что она «вдолгую».
— Я с инвесторами общался, сегодня многие нацелены на длинные деньги, на длинные проекты. Пусть оно лучше работает стабильно… Не сразу иксы поднять за короткий период, а лучше потихоньку, стабильно и на долгий период, — поделился он опытом.
Эксперт указал, что в этой связи, например, набирает обороты популярность концессий и государственно-частного партнерства.
— Оно придет к концессии, к государственно-частному партнерству. Оно пока только в крупных, больших проектах рассматривается, но будет сходить до меньших объемов, до меньших сумм, до меньших объектов, где бизнес будет участвовать. Это еще не совсем открытая поляна для бизнеса. Но первопроходцы начинают нарабатывать опыт, который транслируется, который изучают другие, и начинают потихоньку в это входить, — рассказал Баклашов.