Сегодня вечером в Стамбуле должен начаться очередной раунд прямых переговоров между представителями России и Украины по вопросу возможного завершения российско-украинского конфликта.
Напомним, этот переговорный процесс начался с первой встречи 16 мая, но каких-то серьезных результатов не принес, если не считать гуманитарной составляющей – масштабного паритетного обмена пленными (прошел в несколько этапов), а также выдачи Украине более 7 тысяч тел погибших бойцов ВСУ (в ответ она передала России около 100 тел погибших россиян).
Нынешний этап переговорного процесса начинается после продолжительного перерыва. Украина изначально была настроена против продолжения переговоров, так как рассчитывает получить от Запада масштабную военную помощь и переломить ход военных действий в свою пользу.
Этим настроениям отчасти потворствует изменение отношения президента США Дональда Трампа к России. Долгое время Трамп пытался дистанцироваться от российско-украинского конфликта, называя его войной Байдена. Но в последнее время он стал выражать недовольство твердой позицией российского руководства и лично Владимира Путина по поводу условий завершения конфликта. Сенсацией стало заявление Трампа о выдвижении им ультиматума Путину – требование в 50-дневный срок завершить военные действия, в противном случае последуют жесткие вторичные санкции. На Украине это восприняли с воодушевлением – как свидетельство перехода Трампа на проукраинскую позицию.
Среди международных экспертов мнения разделились. Одни заговорили о том, что глобалистам все-таки удалось продавить Трампа в сторону поддержки Украины. И теперь российско-украинский конфликт стал войной Трампа, а значит, он будет нести политическую ответственность в случае поражения Украины. Другие эксперты, напротив, считают, что ничего принципиального не изменилось, поскольку Трамп выполняет предвыборные обещания по изменению подхода к финансированию военной поддержки Украины. Если при Байдене США были главным военным спонсором Украины, причем в значительной степени безвозмездно, то теперь Трамп перекладывает финансовое бремя на страны Европы. При этом оказание военной поддержки Украине рассматривается Трампом как инструмент давления на Россию. И это вполне соответствует его предвыборным заявлениям.
Впрочем, в позиции США до сих пор не все однозначно. С одной стороны, налицо ужесточение трамповской риторики в адрес России. С другой – позиция России остается неизменной, и этому благоприятствует стабильная внутриполитическая ситуация и успешный ход военных действий. При этом в пику мнению Запада наблюдается ужесточение позиции Китая, который укрепляет стратегические связи с Россией. В начале июля глава внешнеполитического ведомства Китая Ван И заявил европейским лидерам, что Поднебесная не заинтересована в поражении России. Эта позиция заметно отличается от прежних нейтральных заявлений китайского руководства и воспринимается на Западе как открытая поддержка России. Там даже заговорили о том, что Китай может начать открыто оказывать военную помощь нашей стране, при том, что даже в существующих формах его поддержка России имеет и без того масштабный характер.
Что касается ультиматума Трампа, то в России его восприняли спокойно. Дмитрий Медведев, выступающий в роли «ястреба» (плохого полицейского), фактически высмеял его. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков дал более спокойную оценку, отметив, что переговорный процесс очень сложен и не следует ждать от него быстрого результата.
Последнее утверждение явно подчеркивает определенный скепсис официальных лиц России в отношении миротворческих усилий Трампа. Преобладает мнение, что Трамп во внешней политике не особо силен, не понимает сложности международных проблем и необходимости скрупулезного, поэтапного и системного их решения. Отсюда скороспелые предвыборные обещания Трампа, что он закончит российско-украинский конфликт за 24 часа. Потом были «сто дней» и прочее.
Вместе с тем, несмотря на ужесточение трамповской риторики в адрес России, президент США не отходит полностью от своей условно миротворческой позиции. Украинское руководство, вдохновленное ультиматумом Трампа Путину, очень скоро было вынуждено охладить свои ожидания. В середине июля в Киев на несколько дней приехал спецпосланник президента США по урегулированию конфликта на Украине Кит Келлог. Как утверждают в ряде западных СМИ, он, несмотря на свои симпатии к Украине, заставил Владимира Зеленского не срывать переговоры и заявить о необходимости их продолжения. Это нарушило планы украинского руководства окончательно похоронить переговорный процесс. Так что Зеленский после визита Келлога был вынужден заявить о продолжении переговоров, формально выступив инициатором нынешнего раунда.
К настоящему времени обе делегации – и российская, и украинская – находятся в Стамбуле. В составе российской переговорной команды четыре основных члена делегации и четыре эксперта. Российскую делегацию возглавляет помощник президента России Владимир Мединский, который руководил переговорами еще с 2022 года. Мединский твердо выдерживает линию президента России на продавливание условий, которые заявлены Путиным еще в июне 2024 года. Это нейтральный статус Украины, сокращение ее Вооруженных сил, отказ от военного сотрудничества со странами НАТО, признание Украиной российскими Крыма с Севастополем, ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей, восстановление прав русского языка и т.п. Такая принципиальность не нравится не только Украине, но и представителям Запада. Неделю назад недовольство Мединским высказал генсек НАТО Марк Рютте, заявивший, что Россия отправила на переговоры с Украиной в Стамбуле делегацию во главе с историком, что, по его мнению, является «несерьезным».
Украинскую сторону возглавляет Рустем Умеров. Он начинал переговорный процесс, еще будучи министром обороны, но теперь продолжит его в статусе секретаря Совета национальной безопасности и обороны (СНБО) Украины (это аналог российского Совбеза).
В ходе предыдущего переговорного раунда стороны обменялись проектами меморандумов, в которых обозначены их подходы к завершению военных действий. Базовые российские условия известны (смотри выше), украинские же, насколько известно из публикаций СМИ, предполагают безусловное перемирие с последующими переговорами по обсуждению условий мира. Россия, однако, отвергает украинскую позицию, так как обоснованно считает, что Украина воспользуется перемирием для получения необходимой ей паузы в военных действиях, перегруппировки войск, пополнения боеприпасов для последующего возобновления войны.
Формально предметом предстоящих переговоров должно стать сближение позиций сторон, которые должны быть отражены в двустороннем меморандуме. Однако большинство экспертов считают, что в нынешних условиях это невозможно. Косвенно данная точка зрения подтверждается заявлениями официальных лиц с обеих сторон. Так, Дмитрий Песков заявил, что разговор в ходе переговоров будет сложным, так как проекты меморандумов по урегулированию диаметрально противоположны. Замглавы МИД Украины и член переговорной группы Сергей Кислица в свою очередь заявил, что ничто в российском проекте меморандума неприемлемо для Украины.
Скептический настрой по поводу переговоров очевиден многим. Главная проблема – это диаметральность позиций сторон и отсутствие почвы для компромисса. Отчасти это объясняется тем, что Россия не доверяет ни Украине, ни Западу как гаранту соглашений, поэтому наша страна намерена продавливать свои требования военным путем, где она имеет очевидный успех. Украина же, воодушевленная изменением в позиции Трампа по отношению к России, рассчитывает окончательно перетянуть его на свою сторону, получив масштабную военную поддержку.
При этом обе стороны идут на переговоры, но не столько из желания договориться, сколько для Трампа. Для России нынешние переговоры с Украиной имеют смысл только в одном аспекте – гуманитарном. Наша страна готова продолжать обмен пленными на паритетной основе, а также передать безвозмездно Украине еще тысячи тел бойцов ВСУ. Но для ведения серьезных переговоров требует наличие легитимных властей с украинской стороны, так как Зеленский является узурпатором власти. Поэтому какие-либо системные договоренности с ним юридической силы не имеют, а значит, бессмысленны.
На этом фоне более перспективной, с точки зрения переговорного процесса, считается ожидаемая 3 сентября встреча в Пекине Си Цзиньпина и Путина. Учитывая юбилейный контекст этой встречи (она пройдет в рамках празднования 80-летия завершения Второй мировой войны), не исключен визит в Пекин и Трампа (китайская сторона направила ему приглашение). И только в рамках этой встречи есть шанс выработать какие-то реальные шаги на пути к долгосрочному и устойчивому миру.