В деле о несостоятельности казанской дорожно-строительной компании ООО «Волгадорстрой» появилось заключение теперь уже бывшего арбитражного управляющего компании Ильдара Габбасова о наличии признаков преднамеренного банкротства. Документ содержит анализ финансового состояния предприятия и его сделок за период с марта 2022 года по 2025 год.
В итоговой части проверки Габбасов делает прямой вывод: у должника выявлены признаки преднамеренного банкротства. Однако оснований для проверки на фиктивное банкротство не установлено. Это означает, что банкротство компании признаётся реальным. При этом анализ показал, что действия руководства и контрагентов могли существенно ухудшить положение предприятия и привести его к неплатежеспособности.
Согласно документу, с которым ознакомился KazanFirst, общий объем операций, вызвавших вопросы у управляющего, может превышать 5 млрд рублей.
Напомним, в Казани зарегистрированы два одноименных юридических лица — ООО «Волгадорстрой». Оба принадлежат бизнесмену Айрату Миннуллину. Старший «Волгадорстрой» был создан в 2008 году. Генеральным директором компании ранее являлся Игорь Гранфельд.
За годы работы фирма получила ряд крупных строительных заказов как в Татарстане, так и за его пределами. По данным СБИС, крупнейшими заказчиками «Волгадорстроя» были ГКУ «Главтатдортранс» (160 контрактов на сумму 17 млрд рублей) и федеральное учреждение «Волго-Вятскуправтодор» (20 контрактов на 15 млрд рублей). Выручка компании от основной деятельности в 2024 году достигла 25,4 млрд рублей, общий доход — 34,9 млрд. Год был завершён с убытком 3,6 млрд рублей, тогда как ранее «Волгадорстрой» показывал прибыль — например, в 2023 году она превышала 2,2 млрд рублей.
Весной прошлого года с заявлением о банкротстве в Арбитражный суд Татарстана обратилось ООО «БЛС Инжиниринг», работавшее на трассе М-12 по субподрядному договору. Эта компания стала банкротом по иску Татсоцбанка. После этого кредиторы подали иски о банкротстве других структур, связанных с Айратом Миннуллиным. Под удар попали второе ООО «Волгадорстрой», строившее транспортный комплекс «Восточный», а также сам автовокзал. Кроме того, Арбитражный суд Татарстана начал процедуру банкротства самого Миннуллина — в феврале этого года была введена процедура реализации имущества.
В отношении старшего «Волгадорстроя» конкурсное производство открыто в сентябре 2025 года. На тот момент требования кредиторов превышали 12 млрд рублей, и эта сумма продолжает расти.
43 сомнительные сделки: продажа техники без оплаты и взаимозачеты с контрагентами
Как выяснил Ильдар Габбасов, ликвидность этого предприятия последние три года была ниже нормативных значений и постоянно снижалась. Так, если в 2023 «Волгадорстрою» требовалось 9–17 месяцев выручки, чтобы рассчитаться с кредиторами, то к началу 2025 года этот срок вырос до 135 месяцев, то есть более 11 лет. Анализ также показал, что стоимость имущества предприятия в последние годы не покрывала его долгов. Существенное ухудшение платежеспособности компании выявлено в начале 2024 и в начале 2025 года.
Управляющий выявил 43 «подозрительные сделки» на общую сумму около 200 млн рублей. В их числе массовая продажа автомобилей и техники с занижением цены, передача имущества без оплаты, взаимозачеты вместо реальных денег, сделки с аффилированными лицами и отчуждение активов перед банкротством.
Так, например, в конце 2024 года «Волгадорстрой» продал ООО «ЮлБарс» экскаватор Hyundai 2016 года выпуска за 3,2 млн рублей. Техника была передана покупателю по акту, однако денежные средства за неё так и не поступили. По мнению управляющего, в результате сделки компания лишилась ликвидного имущества, не получив взамен денежных средств.
Похожая ситуация описана и с продажей фронтального погрузчика XGMA 2012 года выпуска. Его продали по договору в конце 2022 года за 309 тысяч рублей, однако покупатель технику не оплатил вообще, что фактически делает сделку безвозмездной. Есть примеры, когда техника была реализована за 1,4 млн рублей, тогда как стоимость аналогичных машин на рынке может достигать 9 млн рублей.
Айрат Миннуллин получил займ, его супруга — помещение
В числе подозрительных операций указана и сделка с недвижимостью. В январе 2025 года нежилое помещение площадью 14,2 кв. м на улице Ибрагимова в Казани было продано Светлане Миннуллиной — супруге Айрата Миннулина. По договору ИП Миннуллина должна была оплатить почти 2 млн рублей, но затем было заключено соглашение о зачете встречных требований. В итоге задолженность ООО перед супругой его владельца составила 42,8 млн рублей. Как считает Габбасов, «Волгодострой» «лишился ликвидного имущества», не получив ничего взамен.
Среди других операций — переуступка прав требований и выдача «Волгодорстроем» займов. В том числе более 120 млн рублей получил сам Айрат Миннуллин (вернул только 20 млн), более 52 млн рублей было списано в пользу автовокзала «Восточный», а почти 30 млн рублей получил второе ООО «Волгодорстрой», а еще 23 млн рублей — ООО «Ирбит-Строй». Многие займы погашались зачетом встречных требований, то есть денег обратно предприятие не получило. В общей сложности, как считает Ильдар Габбасов, это «привело к замещению наиболее ликвидного актива (денежных средств) в сумме 202 млн рублей сомнительной к возврату дебиторской задолженности».
В бухгалтерском учете компании также числятся материалы, переданные третьим лицам (в том числе аффилированным) на переработку. Их стоимость оценивается в 1,17 млрд рублей. Акты сверки, удостоверяющие фактическое наличие или использование на настоящее время данных материалов получателями, отсутствуют, вследствие чего, «достоверность данного актива не подтверждена», приходит к выводу Габбасов.
Оплата услуг компаниям с «формальным штатом» и без активов
Наконец, арбитражный управляющий обратил внимание на расчеты «Волгодорстроя» с компаниями, которые имели «признаки «технических» фирм». Их сумма оценивается в 4 млрд рублей.
Так, в 2022–2024 годов почти 1,28 млрд рублей были перечислены ООО «ВДДС» за поставку сырья и материалов. Однако у этой фирмы отсутствуют значительные активы, производственные мощности и ресурсы, сопоставимые с такими объемами поставок. «ВДДС» прекратило свою деятельность в конце 2024 года по решению налоговой — задолженность перед бюджетом превысила 500 млн рублей. При этом производство по делу о банкротстве было прекращено в связи с отсутствием финансирования.
Компания ООО «Нур-1» с 2022 года по сентябрь 2025-го получила от «Волгадорстроя» 2,24 млрд рублей. У компании в штате один сотрудник, нет основных средств, имеется «резкое» наращивание выручки от продаж при отсутствии соразмерных финансовых результатов. Как указал Ильдар Габбасов, в производстве Ново-Савиновского райсуда Казани находятся уголовные дела с участием «Нур-1». Она задолжала бюджету 250 млн рублей. Банкротство компании было закрыто из-за отсутствия каких-либо средств.
Еще почти 600 млн рублей в 2022-2025 годах получило ООО «БашНедраРесурс» в оплату поставок сырья и материалов и услуг субподрядчика. Компания эта продолжает работать, но Габбасов также обращает внимание, что «имеется формальный штат в 2-4 сотрудника, отсутствуют основные средства, лизинговое имущество».
Как указал в своем отчете Ильдар Габбасов, по многим сделкам он уже обратился в Арбитражный суд Татарстана с заявлениями о признании их недействительными. Если суд согласится с выводами анализа, имущество может быть возвращено в конкурсную массу для расчетов с кредиторами.
Новым управляющим «Волгодорстроя» стал экс-депутат Сергей Кондратьев
Отметим, что в настоящий момент в деле о банкротстве «Волгадорстрой» Габбасов сложил свои полномочия. С 27 февраля конкурсным управляющим должника утвержден Сергей Кондратьев, в прошлом замглавы исполкома Казани и депутат городской думы. В прошлом он также занимался банкротством ОАО «Вамин — Татарстан». Именно Кондратьеву теперь предстоит заниматься продажами активов «Волгодорстроя» для расчета с кредиторами.
Против утверждения кандидатуры Кондратьева выступал Татсоцбанк. Однако Судья Альберт Насыров оставил требования этого кредитора без удовлетворения. Сергею Кондратьеву за работу с «Волгадорстроем» ежемесячно будут платить по 30 тысяч рублей.
Ранее Татсоцбанк также выступил против утверждения финансового управляющего Никиты Вахромеева в деле о личном банкротстве Айрата Миннуллина. Банк указывал, что Вахромеев якобы родственник Сергея Кондратьева и такой управляющий будет действовать только в интересах Ак брас банка. Но суд с доводами Татсоцбанка о зависимости Вахромеева также не согласился.
Напомним, что личные долги Айрата Миннуллина оцениваются в сумму около 6 млрд рублей, но большинство из них связаны с поручительством по кредитам «Волгадорстроя». В том числе долг перед Татсоцбанком — 1,7 млрд рублей, Ак Барс банком — 2,6 млрд рублей.
В ноябре 2025 года Миннуллина задержали по делу о возможных хищениях при строительстве участка Дюртюли — Ачит трассы М-12. Следственный комитет возбудил уголовное дело по статьям о мошенничестве и растрате в особо крупном размере, ущерб оценивался в 2,4 млрд рублей. Бизнесмена поместили в СИЗО, позже в деле появился дополнительный эпизод мошенничества на сумму 1,7 млрд рублей.
«Возникает вопрос — компания обанкротилась сама или ей в этом помогли?»
— По сути управляющий говорит: компания могла оказаться в банкротстве не только из-за долгов или сложной ситуации на рынке, но и из-за конкретных решений руководства или операций с контрагентами. Проще говоря, возникает вопрос — компания обанкротилась сама или ей в этом «помогли», — разъяснил KazanFirst управляющий партнер «МФ-Консалт» Равиль Файзуллин.
По его словам, «если суд и управляющий сочтут выводы убедительными, это может привести к оспариванию сделок и попытке вернуть активы в конкурсную массу.
Теоретически оспорить можно практически любую сделку, если доказано, что она причинила вред кредиторам. Но если речь идет о расчетах с так называемыми «техническими» компаниями, которые уже ликвидированы и по которым частично отсутствуют документы, доказать такие эпизоды бывает сложнее. В таких случаях обычно используют косвенные доказательства — движение денег по счетам, налоговые данные, финансовую отчетность, — указал эксперт.
Файзуллин добавил, что смена арбитражного управляющего «сама по себе не меняет ход процедуры, но может повлиять на ее динамику». Новый управляющий не связан выводами предшественника и вправе заново оценить сделки и финансовое состояние должника. Поэтому отчет предыдущего управляющего — это «важный ориентир, но дальнейшее развитие дела во многом будет зависеть от того, какую стратегию выберет новый управляющий», подчеркнул собеседник KazanFirst.