Эдуард Шарафиев: «Нам не следует питать иллюзий на скорое завершение СВО»

Про­шло пол­то­ра меся­ца с момен­та встре­чи Вла­ди­ми­ра Пути­на и Дональ­да Трам­па на Аляс­ке, а ожи­да­ния от нее ока­за­лись явно завы­шен­ны­ми. Мно­гие наши поли­ти­ки, жур­на­ли­сты и экс­пер­ты в кон­тек­сте этих ожи­да­ний пола­га­ли, что отно­ше­ния меж­ду дву­мя стра­на­ми будут посте­пен­но нала­жи­вать­ся, а укра­ин­ский кри­зис нач­нет раз­ре­шать­ся. Одна­ко после­до­вав­шие за этим собы­тия подо­рва­ли этот опти­мизм.

Трамп, утра­тив тер­пе­ние, пере­шел к дав­ле­нию на Рос­сию, все чаще исполь­зуя уни­чи­жи­тель­ную рито­ри­ку в адрес нашей стра­ны и угро­зы нарас­тить воен­ную под­держ­ку Укра­ине. Парал­лель­но с этим актив­но рас­кру­чи­ва­ет­ся воен­ная эска­ла­ция со сто­ро­ны Евро­пы. Наблю­да­ет­ся обостре­ние на Бал­ти­ке. В ряде евро­пей­ских стран то и дело под­ни­ма­ет­ся исте­рия вокруг появ­ле­ния в их небе яко­бы рос­сий­ских дро­нов или же бес­пи­лот­ни­ков неиз­вест­но­го про­ис­хож­де­ния. А неко­то­рые евро­пей­ские поли­ти­ки ста­ли откры­то гово­рить о гря­ду­щей войне с Рос­си­ей, обос­но­вы­вая тем самым уре­за­ние соци­аль­ных рас­хо­дов и уси­ле­ние воен­ной под­держ­ки Укра­и­ны.

В Рос­сии на исте­ри­ку Евро­пы и разо­ча­ро­ва­ния Трам­па в Путине реа­ги­ру­ют внешне спо­кой­но, давая понять, что реше­ние укра­ин­ско­го вопро­са долж­но быть систем­ным и дол­го­сроч­ным, то есть с уче­том закон­ных инте­ре­сов РФ в обла­сти без­опас­но­сти. А на ско­ро­спе­лые пред­ло­же­ния Трам­па по рос­сий­ско-укра­ин­ско­му зами­ре­нию, к тому же без вся­ких усло­вий, наша стра­на реа­ги­ру­ет отри­ца­тель­но. Пото­му что цена тако­го зами­ре­ния ока­жет­ся слиш­ком высо­кой – оно не при­ве­дет к дол­го­сроч­но­му миру, а лишь под­го­то­вит поч­ву для новой боль­шой вой­ны с куда более худ­ши­ми послед­стви­я­ми для нашей стра­ны.

Вме­сте с тем про­во­ци­ру­е­мая Укра­и­ной и Евро­пой воен­ная эска­ла­ция остав­ля­ет все мень­ше надежд на уста­нов­ле­ние мира в бли­жай­шие меся­цы, о чем так наде­я­лись мно­гие. Укра­ин­ские уда­ры по рос­сий­ским НПЗ уж вызва­ли топ­лив­ный дефи­цит в ряде реги­о­нов стра­ны. В ответ на это Рос­сия нано­сит нарас­та­ю­щие мас­си­ро­ван­ные уда­ры по воен­ной, транс­порт­ной, про­мыш­лен­ной, энер­ге­ти­че­ской инфра­струк­ту­ре Укра­и­ны с целью под­ры­ва спо­соб­но­сти вра­га к сопро­тив­ле­нию. Парал­лель­но с этим идет посте­пен­ное выдав­ли­ва­ние вра­же­ских войск с наших кон­сти­ту­ци­он­ных тер­ри­то­рий, сопро­вож­да­ю­ще­е­ся жесто­ки­ми боя­ми на мно­гих участ­ках линии фрон­та. На этом фоне рас­тет пони­ма­ние того, что воен­ные дей­ствия, веро­ят­но, будут про­дол­жать­ся не толь­ко в этом, но и в сле­ду­ю­щем году – со все­ми выте­ка­ю­щи­ми из это­го послед­стви­я­ми.

Учи­ты­вая это, мы обра­ти­лись к депу­та­ту Гос­со­ве­та Татар­ста­на, дей­ству­ю­ще­му участ­ни­ку СВО, коман­ди­ру доб­ро­воль­че­ской бри­га­ды «Свя­той Геор­гий» Эду­ар­ду Шара­фи­е­ву с прось­бой отве­тить на несколь­ко наших вопро­сов отно­си­тель­но­го хода воен­ных дей­ствий и пер­спек­тив СВО.

– Эду­ард Сулей­ма­но­вич, в одном из про­шлых ком­мен­та­ри­ев в пред­две­рии встре­чи Трам­па и Пути­на на Аляс­ке вы доволь­но сдер­жан­но оце­ни­ли ее буду­щие резуль­та­ты по дости­же­нию мира. Как вы сей­час оце­ни­ва­е­те пер­спек­ти­вы СВО и шан­сы на мир?

– Мне слож­но судить, как эти шан­сы оце­ни­ва­ют­ся за пре­де­ла­ми зоны СВО, но здесь, нахо­дясь в зоне бое­вых дей­ствий, мы не видим ника­ких при­зна­ков к миру. Мы выпол­ня­ем свою рабо­ту по дости­же­нию заяв­лен­ных целей СВО. Что каса­ет­ся внеш­не­по­ли­ти­че­ских усло­вий, сей­час они скла­ды­ва­ют­ся не в поль­зу мира. Запад будет и даль­ше ока­зы­вать воен­ную под­держ­ку Укра­ине, и я думаю, что эта помощь будет нарас­тать, в том чис­ле бла­го­да­ря аме­ри­кан­цам. Меня­ет­ся толь­ко под­ход. Если рань­ше США пере­да­ва­ли Укра­ине боль­шую часть помо­щи бес­плат­но, то теперь – за день­ги, а финан­си­ро­вать про­дол­же­ние вой­ны будет Евро­па. Неко­то­рые гово­рят, что у Евро­пы яко­бы на это нет денег. Но я уве­рен, день­ги на вой­ну у них най­дут­ся. Пото­му что наша побе­да на Укра­ине будет вос­при­ни­мать­ся всем миром как пора­же­ние Запа­да. Так что Запа­ду крайне важ­но не допу­стить тако­го сце­на­рия, поэто­му он будет и даль­ше помо­гать Укра­ине. Не будь запад­ной под­держ­ки, с Укра­и­ной дав­но было бы покон­че­но.

– Как вы оце­ни­ва­е­те ход бое­вых дей­ствий? Насколь­ко зна­чи­тель­ны про­дви­же­ния наших войск?

– Про­дви­же­ние наших войск идет на боль­шей части ЛБС, но его ско­рость соот­вет­ству­ет теку­щим бое­вым усло­ви­ям и нашим воз­мож­но­стям. Идет посто­ян­ная рабо­та по совер­шен­ство­ва­нию так­ти­ки и опе­ра­тив­ной состав­ля­ю­щей. Рос­сия исполь­зу­ет метод дав­ле­ния вдоль всей линии ЛБС. Так как ВСУ не спо­соб­ны плот­но дер­жать фронт на таком боль­шом рас­сто­я­нии, пери­о­ди­че­ски в том или ином месте у них воз­ни­ка­ют про­ре­хи, куда про­са­чи­ва­ют­ся малы­ми груп­па­ми наши бой­цы. Конеч­но, такой под­ход нару­ша­ет тра­ди­ци­он­ные прин­ци­пы воен­ной нау­ки, кото­рые пред­по­ла­га­ют скры­тую кон­цен­тра­цию войск для нане­се­ния глав­но­го уда­ра по про­тив­ни­ку на его сла­бом участ­ке. Одна­ко сей­час про­во­дить такие опе­ра­ции не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным.

Нынеш­няя вой­на лома­ет при­выч­ные сте­рео­ти­пы. Актив­ное исполь­зо­ва­ние дро­нов и дру­гих средств пора­же­ния созда­ет доволь­но широ­кую поло­су так назы­ва­е­мой «килл-зоны», в кото­рой опе­ра­тив­но уни­что­жа­ет­ся про­тив­ник. Впро­чем, то же самое осу­ществ­ля­ют и ВСУ, так что в этом смыс­ле мы нахо­дим­ся с ними в рав­ных усло­ви­ях. И это обсто­я­тель­ство силь­но затруд­ня­ет скры­тую кон­цен­тра­цию войск на опре­де­лен­ном направ­ле­нии для нане­се­ния глав­но­го уда­ра. В таких усло­ви­ях Рос­сия, исполь­зуя свое пре­вос­ход­ство в ресур­сах, стре­мит­ся осу­ществ­лять дав­ле­ние по всей линии фрон­та. Рас­чет на то, что про­тив­ник будет вынуж­ден пере­бра­сы­вать свои огра­ни­чен­ные резер­вы на угро­жа­ю­щие ему направ­ле­ния, там, где нам уда­ет­ся про­дви­же­ние. А это ведет к ослаб­ле­нию на дру­гих участ­ках ЛБС, созда­вая для нас воз­мож­но­сти про­дви­же­ния уже в этих местах. Так посте­пен­но и осу­ществ­ля­ет­ся выдав­ли­ва­ние про­тив­ни­ка и пере­ме­ща­ет­ся вглубь его тер­ри­то­рии ЛБС.

При­ве­ду при­мер в Купян­ске, где воз­ник­ли бла­го­при­ят­ные для нас усло­вия про­дви­же­ния, когда рос­сий­ские вой­ска успеш­но закре­пи­лись в окрест­но­стях горо­да и в части город­ской застрой­ки. Теперь ВСУ пере­бра­сы­ва­ют сюда резер­вы, ого­ляя дру­гие участ­ки фрон­та, где воз­мож­но наше сле­ду­ю­щее про­дви­же­ние. Конеч­но, такая так­ти­ка обес­пе­чи­ва­ет посте­пен­ное про­дви­же­ние и исклю­ча­ет глу­бо­кие про­ры­вы фрон­та. Но с этим ниче­го не поде­ла­ешь, тако­вы реа­лии совре­мен­ной вой­ны.

– В послед­ние меся­цы Рос­сия нара­щи­ва­ет уда­ры по воен­ной и про­мыш­лен­ной инфра­струк­ту­ре Укра­и­ны. Какую цель пре­сле­ду­ют эти уда­ры? Насколь­ко они важ­ны для наших бой­цов, кото­рые про­дви­га­ют­ся по зем­ле?

– Каж­дый удар по про­тив­ни­ку име­ет чет­кие цели в зави­си­мо­сти от уров­ня задач. На стра­те­ги­че­ском уровне уда­ры нано­сят­ся бал­ли­сти­че­ски­ми раке­та­ми и дро­на­ми типа «Герань». Их цель – уни­что­же­ние рабо­та­ю­щих на вой­ну про­мыш­лен­ных пред­при­я­тий и склад­ских поме­ще­ний, транс­порт­ных узлов, объ­ек­тов энер­ге­ти­ки, топ­лив­ных объ­ек­тов (НПЗ, неф­те­ба­зы), выяв­лен­ных команд­ных цен­тров, в том чис­ле тех, где нахо­дят­ся офи­це­ры из стран НАТО. Под такие уда­ры могут попасть так­же и объ­ек­ты, кото­рые внешне не носят воен­но­го харак­те­ра, но в них могут раз­ме­щать­ся скры­тые про­из­вод­ствен­ные или склад­ские мощ­но­сти, рабо­та­ю­щие на вой­ну (они выяв­ля­ют­ся в ходе раз­ве­ды­ва­тель­ных опе­ра­ций). Глав­ная зада­ча таких уда­ров – ослаб­ле­ние тыла про­тив­ни­ка, нару­ше­ние снаб­же­ния. Тем самым ока­зы­ва­ет­ся суще­ствен­ная под­держ­ка нашим бой­цам на зем­ле. Дез­ор­га­ни­за­ция вра­же­ско­го тыла явля­ет­ся важ­ной зада­чей, так как от это­го зави­сит спо­соб­ность вра­га про­дол­жать сопро­тив­ле­ние.

На опе­ра­тив­ном уровне глав­ная цель наших уда­ров – это уни­что­же­ние выяв­лен­ных мест скоп­ле­ния про­тив­ни­ка и ослаб­ле­ние его логи­сти­ки, воз­мож­но­стей снаб­жать свою обо­ро­ну бое­при­па­са­ми и лич­ным соста­вом. В рам­ках этой зада­чи созда­ны так назы­ва­е­мые «килл-зоны», когда на рас­сто­я­нии 20–30 км от ЛБС вглубь про­тив­ни­ка наши дро­ны пыта­ют­ся уни­что­жать дви­жу­щие цели, то есть снаб­же­ние вра­га. Такой метод реа­ли­зу­ет­ся в рам­ках постав­лен­ных задач по окру­же­нию узлов обо­ро­ны про­тив­ни­ка. Наши вой­ска ста­ра­ют­ся не брать вра­же­ские узлы обо­ро­ны в лоб, так как это вле­чет боль­шие поте­ри. Мы пыта­ем­ся их обхо­дить малы­ми груп­па­ми, закреп­ля­ем­ся на новых тер­ри­то­ри­ях, посте­пен­но рас­ши­ряя наш кон­троль и созда­вая опе­ра­тив­ное окру­же­ние, то есть берем под огне­вой кон­троль пути снаб­же­ния, как, напри­мер, на Покров­ском и Кон­стан­ти­нов­ском направ­ле­нии, а если уда­ет­ся, то стре­мим­ся замкнуть вра­га в «коль­цо». Для реа­ли­за­ции этой цели и нано­сят­ся уда­ры по лини­ям снаб­же­ния вра­га, бла­го­да­ря чему ослаб­ля­ет­ся обо­ро­на про­тив­ни­ка.

Так­же на опе­ра­тив­ном уровне реша­ет­ся зада­ча по уни­что­же­нию мест раз­ме­ще­ния вра­же­ских дро­но­во­дов, кото­рые сво­и­ми дей­стви­я­ми фор­ми­ру­ют «килл-зоны» уже для наше­го пере­дви­же­ния и снаб­же­ния. Нуж­но пони­мать, что опи­сы­ва­е­мая мной ситу­а­ция име­ет зер­каль­ный харак­тер. Выиг­ры­ва­ет в такой ситу­а­ции тот, кто более эффек­тив­но нано­сит уда­ры.

Ну и на так­ти­че­ском уровне одна из задач при нане­се­нии уда­ров – это создать при­кры­тие и обес­пе­чить про­дви­же­ние нашим штур­мо­ви­кам на тех или иных участ­ках ЛБС. Здесь глав­ная цель наших уда­ров – кон­крет­ные точ­ки сопро­тив­ле­ния про­тив­ни­ка, кото­рые сто­ят на пути наше­го про­дви­же­ния.

– Когда, по ваше­му мне­нию, закон­чит­ся СВО?

– СВО закон­чит­ся тогда, когда будут достиг­ну­ты ее цели. Это при­зна­ние Укра­и­ной тер­ри­то­ри­аль­ных изме­не­ний, ней­траль­но­го (вне­бло­ко­во­го) ста­ту­са, ради­каль­ное сокра­ще­ние ВСУ (деми­ли­та­ри­за­ция), вос­ста­нов­ле­ние прав рус­ско­го язы­ка, кано­ни­че­ско­го пра­во­сла­вия и т.п. Но по сро­кам завер­ше­ния СВО сей­час никто ска­зать не смо­жет.

Нуж­но исхо­дить из того, что Рос­сия ведет борь­бу со всем Запа­дом, в рам­ках кото­ро­го Укра­и­на – это запад­ное прок­си, выпол­ня­ю­щее роль рас­ход­но­го мате­ри­а­ла. Режим Зелен­ско­го не живет инте­ре­са­ми укра­ин­ско­го наро­да, ина­че он дав­но бы при­нял наши усло­вия ради сохра­не­ния сво­ей стра­ны. Укра­ин­ское руко­вод­ство наме­ре­но вое­вать до послед­не­го укра­ин­ца. Это вид­но по теку­ще­му обостре­нию ситу­а­ции и нарас­та­ю­щей воен­ной эска­ла­ции.

Исхо­дя из это­го, нам не сле­ду­ет питать каких-то иллю­зий на ско­рое завер­ше­ние СВО. Я не исклю­чаю, что воен­ные дей­ствия будут про­дол­жать­ся и в тече­нии сле­ду­ю­ще­го года. Так что надо быть гото­вым к это­му.