Атаки на Wildberries: 17 складов, 280 млрд потерь и площади в Казахстане

Wildberries строит в Казахстане склады общей площадью 260 тыс. кв. м. Новость прозвучала на фоне серии атак на логистическую инфраструктуру маркетплейса в России: повреждено 17–22% всех мощностей компании. Потери селлеров могут достигать 280 млрд рублей. Wildberries уже выплатила компенсации: первый транш получили 88 тыс. предпринимателей, второй – 97 тыс. Депутат Госсовета РТ от КПРФ Николай Атласов считает, что в происходящем есть и доля ответственности самой компании: склады Wildberries «хорошо горят», а противопожарная безопасность на них вызывала вопросы ещё после пожара в Шушарах в 2024 году.

Компания Wildberries строит в Казахстане свои склады. Как сообщил министр торговли и интеграции РК Арман Шаккалиев, первые склады будут пущены в эксплуатацию в I квартале 2027 года в Астане и Алма-Ате, их общая площадь составит 260 тыс. кв. м.

Строительство складов в соседней стране Wildberries ведет уже не первый год. Но сейчас эта новость оказалась довольно громкой на фоне террористических атак Украины, которая с 18 июля начала системно наносить удары по складам данного маркетплейса.

Согласно информации эксперта по онлайн-торговле Артема Попова, за период с 18 июля по 5 августа пострадало 17 складов Wildberries. Первым из них стал логистический центр в подмосковной Электростали, где в результате вражеского удара погиб один и было ранено 57 человек, а возникший пожар тушили 4 дня. В тот же день также был атакован склад в Котовске (Тамбовская область). Потом какое-то время удары наносились с двух-трёхдневным интервалом, пока не перешли в режим ежедневных атак. Например, только за период со 2 по 5 августа пострадало пять складов Wildberries в Самарской, Владимирской, Ленинградской, Московской и Тульской областях.

Последствия вражеских ударов оказались серьезными. По оценке ведущего аналитика исследовательского агентства Data Insight Сергея Семко, по состоянию на 2 августа общая площадь пострадавших складских помещений Wildberries оценивалась в пределах от 890 тысяч до 1,15 млн кв. м. Это составило 17–22% от официально заявленных компанией 5,2 млн кв. м ее логистической инфраструктуры.

Довольно велики и потери предпринимателей, работавших с данным маркетплейсом, чьи товарные запасы были уничтожены полностью или частично. Точное количество пострадавших селлеров неизвестно. Экспертные оценки разнятся – называют от десятков до сотен тысяч. При этом общий объем потерь в денежном эквиваленте, согласно данным Forbes, приближается к 280 млрд рублей. Сама Татьяна Ким заявляла о миллиардных убытках, которые понесли десятки тысяч предпринимателей не только из России, но и Киргизии, Белоруссии, Казахстана, Армении, Узбекистана и Китая, работающих в экосистеме Wildberries.

Террористические удары Киева по складам российского маркетплейса привели к значительному снижению оборотов пунктов выдачи заказов (ПВЗ) Wildberries. Президент Ассоциации развития сети ПВЗ Ольга Козыркина утверждает, что по итогам июля оборот ПВЗ данного маркетплейса снизился на 30–50% по отношению к предыдущему месяцу, а в ряде регионов снижение оказалось еще более высоким. Впрочем, председатель совета по электронной коммерции Торгово-промышленной палаты РФ Алексей Федоров считает такие оценки завышенными, полагая, что снижение не превысило 30%.

Очевидно, что удары по складам Wildberries, как и по нефтеперерабатывающим заводам, являются частью системных попыток киевского режима спровоцировать внутри России политическую дестабилизацию. Но, как признают эксперты даже в самой Украине, достичь этой цели пока не удалось.

На уровне правительства России хорошо понимают данные риски, разрабатывая меры поддержки как самого маркетплейса, так и селлеров. Как вариант – рассматривается возможность предоставления селлерам отсрочки по выплате кредитов сроком до года, а банкам могут разрешить реструктурировать такие займы без дополнительных требований по формированию резервов. Также обсуждается возможность предоставления льготных кредитов на пополнение оборотных средств через государственные микрофинансовые организации. В числе других возможных мер поддержки – налоговые послабления, снижение ставок по упрощенной системе налогообложения, а также предоставление доступа к складской инфраструктуре «Почты России» и другим государственным логистическим объектам.

Впрочем, пока большинство селлеров остается со своими проблемами наедине. Компания Wildberries выплатила многим из них финансовую компенсацию, но, как утверждают сами селлеры, данные выплаты не покрыли всего объема потерь.

Депутат Государственного Совета Республики Татарстан Николай Атласов считает, что в ударах по логистической инфраструктуре Wildberries косвенно есть доля ответственности и самой компании.

– В прессе неоднократно поднимался вопрос о качестве противопожарной безопасности на складах этого маркетплейса, – отмечает депутат Атласов. – Многие до сих пор помнят масштабный пожар в Шушарах (Санкт-Петербург) в январе 2024 года. Питерская пресса оценивала его как крупнейшее чрезвычайное происшествие в истории российских маркетплейсов. Напомню, тогда огонь охватил 70 тысяч кв. м, уничтожив не только склад, но и товары на несколько десятков миллиардов рублей. Хорошо, что при этом обошлось без жертв, пострадал лишь один человек. Но у многих предпринимателей после этого случая возникли вопросы к системе пожаротушения на складе. Я не берусь утверждать однозначно, но хорошо помню, что ряд специалистов после этого ЧП обвиняли маркетплейс в экономии на системах противопожарной безопасности. Хотя сама компания сразу же отвергла эти обвинения как необоснованные. Но сейчас почему-то удары наносятся именно по складам Wildberries, которые хорошо горят. Напомню, для украинского бандеровского режима очень важен пиар-эффект. К сожалению, картина, которую мы видим, создает такой эффект.

Справедливости ради следует отметить, что, по официальной версии киевского режима, склады Wildberries выбраны в качестве мишеней якобы из-за их использования для целей СВО.

Депутат Атласов по этому поводу высказался сдержанно:

– Я не знаю, была ли эта компания как-то вовлечена в поддержку СВО. У меня нет таких данных. Хотя, если говорить объективно, все мы понимаем, что поддержка СВО – это святое дело. Но, как мне кажется, крупным системообразующим компаниям не стоит светиться на этой теме. Мне точно известно, что крупный российский бизнес, в том числе работающий в Татарстане, активно поддерживает СВО. Но многие из них делают это аккуратно, стараясь не оставлять следов, чтобы избежать ненужных рисков. И такую позицию понять можно.

Также депутат Атласов обратил внимание на проблемы в логистике:

– СВО обнажила многие проблемы в российской экономике, которые не были заметны до 2022 года. Например, с точки зрения бизнеса, особенно крупного, всегда считалось, что концентрация производства и инфраструктуры является объективной потребностью, такой подход повышает эффективность производственной деятельности и снижает издержки. Но в условиях масштабных военных действий это оборачивается огромными потерями. Крупное производство легче вывести из оборота, если нанести удар по ключевым точкам. Многие наши НПЗ были на время выведены из производственного процесса после того, как украинские дроны поражали объекты первичной переработки нефти. То есть враг старается бить по узловым местам, так как эффект в случае успеха намного выше.

Этот новый опыт, отмечает депутат, заставляет переосмысливать привычные бизнес-подходы.

– Не просто так возникла идея строительства малых НПЗ, которую Владимиру Путину предложил забайкальский губернатор Александр Осипов, – отмечает Атласов. – Существующие военные угрозы требуют создания рассредоточенной производственной сети. В отношении НПЗ, возможно, реализовать такую идею сложно из-за технологических особенностей. Но создать рассредоточенную систему складской логистики с опорой на небольшие склады, которые трудно уничтожить, можно сравнительно быстро. И это поможет избежать чрезмерных потерь. Хотя в ряде крупных городов с этим уже есть проблемы. Я недавно слушал одного московского эксперта по недвижимости, который прямо заявил, что в таких городах, как Москва, Санкт-Петербург, Казань, ощущается большая нехватка средних и небольших складских помещений. Раньше они располагались в промзонах, которые сейчас разрушены и активно застраиваются новым жильем. Это новая проблема. Ее надо как-то решать, потому что ситуация требует этого.