стоимости товаров.
Чуть меньше года назад казанский предприниматель Линар Хуснуллин заявил о создании татарстанского аналога AliExpress с созвучным названием KazanExpress. Несмотря на идентичность имени, казанский аналог доставляет товары не более чем за один день. Как рассказывает предприниматель, идея появилась после того, как заказ с «алика» не пришел вовремя.
— Расскажите подробнее о создании сервиса.
— Я подумал, когда товары приходят людям за 30 дней, — это ненормально. Я знал, где эти товары можно взять, за сколько их продают, и был уверен, что если мы их будем доставлять быстро, наверное, бояться не стоит. Сегодня практически ежедневно появляются такие маркетплейсы (сервис по предоставлению информации о продукте. — Ред.), их создают и крупные бренды, а когда мы анонсировали создание KazanExpress, конкурентов не было.
— Сколько времени прошло от идеи, создания сайта до первых продаж?
— Около четырех месяцев. Изначально мы создали МVP (Minimal value product — минимальная рабочая версия. — Ред.), уже 1 декабря можно было что-то купить. В первые дни работа велась в бета-режиме. Сегодня сайт работает в доработанной версии, но уже 24 октября мы выпускаем новую площадку и приложения для iOS и Android. К этому мы шли год.
— Какое количество человек работает над сервисом?
— Без учета сотрудников склада, которые постоянно меняются в связи с изменением нагрузки, над сервисом работают 15 человек. Среди них техподдержка, разработчики и один маркетолог. Нам не нужна большая команда, потому что у нас другая бизнес-модель — мы дискаунтеры. Первое время у нас даже офиса не было — нам бесплатно предоставляли площадку в коворкинге Иннополиса. Для нас это было очень удобно — большая часть сотрудников — бывшие или нынешние студенты университета Иннополиса. Социальными сетями занимаются сами сотрудники: «саппорты» ведут Facebook, а Instagram — остальная команда. В XXI веке такое количество людей считается нормой. Мы стараемся выстраивать систему, которая позволит нам быть суперэффективными.
— В своем блоге вы писали, что не можете спать, зная, что ваш сотрудник, у которого есть ребенок, получает 20 тысяч. Сколько у вас минимальная и максимальная зарплата?
— Например, сотрудники склада получают от 35 до 50 тысяч, я считаю, это хорошо. Офисные сотрудники получают около 60 тысяч рублей. Максимальная зарплата — 120 000 рублей, которую получает разработчик — технический директор Кевин Ханда. К нам он пришел из Сбербанка, где получал намного больше. Сейчас другие компании предлагают ему суммы гораздо больше, но он с нами. Первые полгода он работал с нами в рассрочку — когда у нас не было инвестиций, он отказывался от своей зарплаты для того, чтобы заплатить другим. Надо сказать, что почти все так работают. Многие говорили, что хватает 15 000 в месяц.
— Как набирали команду?
— Мы набираем идейных, тех, кто верит в проект, — людей с «горящими» глазами, чтобы они вкладывали свои силы в развитие даже тогда, когда я далеко. Я стараюсь проводить на должность минимум 20-30 собеседований. Соискателей ищем через HH, «Авито», даем платную рекламу в соцсетях. Лучше отдать несколько тысяч рублей на рекламу и получить множество соискателей, чем получить единственного и незаинтересованного кандидата. Сегодня у нас потребности в кадрах нет.
— Каким образом формируется ассортимент?
— Мы не планируем закупки товара. Мы предоставляем возможность продавцам самим выбирать ассортимент, ставить цены. Мы получаем товар, когда продавец нам его привозит. Даем возможность самим учиться, набивать шишки. Сила AliExpress в том, что у них сотни тысяч продавцов, за счет этого и достигается тот уровень цен. В России с этим пока проблемы. Многие живут в парадигме, что надо кому-то что-то дать, чтобы где-то начать торговать. KazanExpress — открытая площадка, которая продает разрешенные товары, даже игрушки для взрослых.
— Вы говорили о том, что в перспективе будете доставлять фермерские продукты. Есть наработки? Как будете конкурировать с Instamart?
— Пообщавшись с Петром (владелец Instamart. — Ред.), мы работаем по другой схеме. Мы не будем заниматься доставкой из супермаркета, мы строим российский Amazon, и это несмотря на созвучность названия с AliExpress. Как бы мы ни старались что-то придумать, все уже придумано. Эта тема вообще пошла от президента Татарстана Рустама Минниханова, озвучившего ее на наблюдательном совете в Иннополисе. Для Татарстана тема реализации сельхозпродукции — в принципе узкая тема. Этого нет ни у кого, это будет хорошим преимуществом. С оборудованием сложности нет, проработаем схему со специалистами, наверное, придем где-то через год.
— Что с инновациями? Будут ли нам доставлять продукты роботы на беспилотном авто?
— Хотелось бы, но нет. Уровень российских зарплат таков, что роботы не окупятся даже за 40 лет эксплуатации. Другое дело — программное обеспечение, направленное на повышение эффективности — увеличение количества собранных заказов за час. Для этого мы делаем специальную систему, основанную на действии GPS-датчиков. Все делается для ускорения логистики. Программа будет видеть ряд и как выглядит товар, прокладывать к нему максимально короткий путь и забирать. Говорить о тотальной роботизации пока рано, но заменять людей в логистике невыгодно, к тому же ты создаешь новые рабочие места.
— Кто основные покупатели и много ли среди них юридических лиц?
— В основном молодежь в возрасте от 16 до 34 лет, которая любит no name товар — не бренды типа Apple или Samsung, Xiaomi и т. д. Если говорить о половом делении, то как мужчины, так и женщины покупают в равной степени. Есть оптовые покупатели, но «юриков» нет — им мы пока не отгружаем. Аналогичный сервис развит за рубежом, мы придем к нему попозже. Средний чек не могу раскрыть. Сейчас мы продаем практически 1 000 товаров ежедневно, в августе мы продали около 11 тысяч товаров, в сентябре — 20 000, в октябре планируем увеличить до 30 000.
— В своих интервью вы говорили о том, что будете увеличивать присутствие в других регионах, в том числе на Урале. Как с этим обстоят дела?
— Мы пересмотрели планы (улыбается). Если один гигантский центр находится в Казани, он позволяет отправлять ежедневно одну фуру в Москву. В случае открытия новых центров нам придется распылять товар по всем центрам, а это невыгодно. Еще и вопрос с работниками — пока отправить фуру в Москву выгоднее, чем платить московскую зарплату.
— Чувствуете конкуренцию других онлайн-торговых площадок? «Озона» или Яндекс.Маркета?
— Сейчас у Яндекс.Маркета есть совместный со Сбербанком проект «Беру», из-за которого он перестал оказывать только посреднические услуги и начал продавать товар. Хотя его и захейтили из-за отсутствия продавцов. Мы своим продавцам показываем, как работать с фабриками, посредниками. «Озон» же за 20 лет работы занял только 2-3% всего рынка онлайн-торговли. Можно бороться за средний класс, но 90% людей покупают там, где дешевле. Основной конкурент — WildBerries, который перестал продавать только одежду и расширил ассортимент. Правда, из-за их «раздутости» они стали неповоротливыми, а мы знаем эти места и готовы действовать.
— А что со стереотипом по поводу продажи китайских товаров, к качеству которых многие относятся скептически?
— Такой стереотип был. Сегодня в Китае собираются айфоны, там одно из лучших производств в мире. Все высокие и современные технологии там. Это первый или второй технологический рынок в мире. Стереотип остался с тех пор, когда были «Абибасы», которые шили «кустарники». Сегодня они ушли с рынка, в том числе благодаря программам поддержки бизнеса, когда всем раздавали миллионные кредиты, на которые покупали современное оборудование, как следствие — процесс полностью автоматизирован. Мы в свою очередь продаем не только китайские товары, хоть и делаем на них акцент из-за их дешевизны. Сейчас будем работать с российскими производителями, к примеру, хендмейд-товары, одежда, бытовая химия и т. д.
— Что нужно, чтобы начать продавать на площадке?
— Нужно создать личный кабинет, указать данные юридического лица, создать карточки товаров, напечатать штрих-коды, наклеить их на каждый товар и привезти к нам в логистический центр, расположенный в Новой Туре. Через день твой товар начинает продаваться, за каждый проданный товар мы удерживаем комиссию от 3 до 20%, при этом хранение товара бесплатное.
— Как определяется, на какой товар какая комиссия?
— Максимальная комиссия идет на все высокомаржинальные продукты типа зарядника на телефон (наценка на него может доходить до 400-500%), из-за низкой маржинальности комиссия на брендовые вещи всего 3%, на все остальные — 10%.
— Так сколько в действительности стоит чехол на телефон или зарядный кабель?
— Берете цену AliExpress и делите на пять — получаете реальную цену вещи. Чехол стоит 10-15 рублей, зарядки до 30 рублей. Все чуть дороже, чем бесплатно. Сам продавец получает от 300 до 500% цены, а производитель — всего 30%. Мы сначала хотим научить продавать. Казань всегда славилась как торговый город. Затем мы хотим, чтобы продавцы переквалифицировались в производителей. Создание AliExpress стало триггером для создания производств. Сначала появились покупатели, только потом — производители.
— Когда догоните AliExpress?
— Мы планируем за пять лет завоевать 25-30% рынка интернет-торговли. Это реалистичный прогноз.
— В одном из интервью вы говорили о том, что сервис создан только на личные финансы, без привлечения кредитов и инвестиций со стороны государства. Во сколько оцениваете вложения?
— Я считаю, что бизнес должен приносить деньги, а не клянчить их. За год мы вложили 40 миллионов. Пока говорить об окупаемости нельзя, но мы прибыльны. Мы хотим развиваться и расти.
— Как относитесь к программам, реализуемым в Татарстане? К примеру, вчера открыли Единый центр кредитования бизнеса. Нужен ли он?
— Это круто, мне нравится. В Татарстане занимаются реальной поддержкой. У нас делают нужное дело. Тот же Иннополис — это не Потемкинская деревня. Там собрались крутые специалисты, для которых предоставляются шикарные условия в виде дешевой аренды квартир, современного спортзала, университета, ОЭЗ. Все в одном месте — это классно. Казань все больше похожа на Европу — по трассе едешь, а там газон пострижен.