«Слияние феминизма и радикального исламизма может стать нашим будущим»

Автор фото: Сергей Мухин и из личного архива Бориса Гуца
Культура 09:31 / 6 ноября
4
«Слияние феминизма и радикального исламизма может стать нашим будущим»

Режиссер Борис Гуц поминает эру сексуальности, которая заканчивается.

Фильм Бориса Гуца «Фагот» вызывал интерес публики уже одним своим исполнением - картину снимали на айфон, таким образом зрители могут наблюдать за происходящим глазами главного персонажа. «Фагот» - это не только современный подход к кинопроизводству, но и про современные взаимоотношения во всех их проявлениях.

В Казани при поддержке дирекции «Время кино» прошел предпремьерный показ фильма. На том история «Фагота» в столице Татарстана, по крайней мере пока, закончилась: в отличие от прокатчиков в других крупных городах, казанские от фильма с пометкой «18+» отказались.

Тем временем подходят к концу съемки нового фильма Бориса Гуца - «Смерть нам к лицу». Картина так же снимается на смартфон, правда, теперь причина этому не вынужденная экономия средств, а формат, совершенно новый и даже революционный для нашего кинематографа.

Журналист KazanFirst поговорил с режиссером, который снял самый провокационный фильм 2018 года в России. 

- Борис, какая самая неожиданная реакция на фильм «Фагот» из тех, что до вас доходили?

- Один человек - мужчина -сказал, что его в конце фильма пробило на грусть и слезы. Я этому очень удивился, потому что, наверное, это задача-максимум - растрогать мужчину среднего возраста в нашей стране. Если о репликах - они все ожидаемы. Понятно, что хейтеры ненавидят и поливают грязью - им даже трейлер не нужно смотреть. А уж если посмотрят, то все комплексы пробьются. Как же: там так много женщин, все красивые, сексуальные, что, конечно, тяжело для восприятия! Не все критики очень точно нашли ключ, который я закладывал в картину. Наверное, только один Антон Долин высказал мнение и определил мысль, которую я имел в виду. Чисто формально это фильм о тотальном прессинге со стороны женщин и это, мне кажется, очевидно, ведь у меня в кадре одни только женщины. И я очень порадовался, гештальт закрылся. 

- В России принято критиковать отечественный кинематограф. Чаще всего причиной тому называют плохие сценарии. Это из-за владения русским языком авторами или никакой проблемы нет?

- Есть общая тенденция ненавидеть и ругать российское кино. Мы сами заслужили это тем большим потоком треша и говна, который был особенно в девяностые и частично в нулевые. А сейчас это отношение идет по инерции. Потому что последние десять лет доказали, что у нас кино в порядке во всех пластах. Вот тебе нужно коммерчески успешное массовое кино - пожалуйста, 3 миллиарда сборов у «Движения вверх». Проблема с искусством? Да, пожалуйста, у нас каждый год кто-то получает приз в Венеции или даже в Каннах. Какие-то проблемы с независимым кино? На таком достаточно консервативном фестивале, как «Окно в Европу», из 14 фильмов половина снята не за деньги Минкульта. Сериалы, которые раньше сильно ругали, сейчас охотно смотрят, а их качество, объективно, очень хорошее - и по сценарию, и по актерской игре. 

Самое простое - у трейлера 100 тысяч просмотров и 100 комментариев из разряда «Какое говно», а 99 тысяч человек не отписались - понравилось им или не понравилось - это понять невозможно. Если говорить изнутри индустрии, то есть положительные тенденции по всем фронтам.

- И со сценарием все стало лучше?

- Если говорить о проблемах со сценарием, то они есть. Но они есть везде. Посмотрите голливудское кино - там дичайший кризис. Что говорить, если такой монстр, как «Дисней», выпускает фильм «Темные отражения». И он адски провалился - там очень плохой сценарий. И это компания, которая тысячу раз проверяет продукт перед тем, как выпустить. Все плохо тогда, когда авторы занимаются изначально вторичным продуктом. Пишут сценарии, как это часто делают студенты, графоманско-эпигонские: я хочу, как Тарантино или Кристофер Нолан. Это большая проблема, потому что чаще всего не получается сделать какой-то реверанс в сторону известного автора. Как правило, получается до мозга костей вторичная история, которую сто раз увидели, обсудили и которая уже никого не трогает. Или, в конце концов, человек не знает тему, не в курсе, о чем он пишет. Мне буквально недавно прислали идею сценария. Там сложная остросоциальная тема. И когда я спросил автора, откуда вы это знаете, мне ответили: «Я ролики в Ютубе смотрю плюс фантазия». Вот это «ролики в Ютубе» плюс новости и фантазия - совершенно порочный путь для автора. Кабинетный графоманский сценаризм ни к чему хорошему не ведет.

- Вы до начала интервью упомянули о новом проекте.

- Да, мы сейчас заканчиваем съемки нового фильма. Мы - это я, Mobile Filmmaker и создатель Максим Муссель - человек, который в последние годы продвигает идею съемок кино на мобильный телефон, и достаточно крупный кинопродюсер Игорь Мишин. Мы объединились как сопродюсеры, чтобы реализовать одну мою идею. Фильм называется «Смерть нам к лицу». Такая комедийная мелодрама, история про молодоженов, которые попали в достаточно страшную ситуацию и пытаются из нее выйти с юмором. И это все, что я могу сказать о сюжете. Съемки закончатся зимой, поэтому остальное держится в секрете.

На главные роли я долго искал таких молодых ребят, которые были бы очень органичными. Я искал не просто актеров под персонажи, я искал героев, потому что мы все так же снимем на айфоны, но в этот раз подошли глобальнее, провели работу над ошибками и используем различные объективы, стедикамы и уже понимаем, как выигрышно снимать, а как не надо снимать на айфоны. Поэтому у нас и бюджет уже побольше. Мы не только сами снимаем, но и персонажи постоянно должны снимать себя на смартфон. Это является ключевым элементом драматургии фильма. Главную роль играет Даниил Пугаёв - молодой актер «Сатирикона», парень, приехавший из Читы, реализовавший свою мечту - поступил к Райкину и теперь с ним играет в театре на одной сцене. Очень классный и талантливый актер. А его молодую жену играет Саша Быстржицкая, она сейчас у Михаила Сегала снималась в фильме «Слоны могут играть футбол». Волшебная актриса! Уже снялась Наталья Павленкова, Екатерина Волкова, Полина Ауг - для всех я специально писал роли. Но ставка на молодых ребят, на то, как они живут. К весне мы планируем закончить всю работу.

Все мои идеи по совмещению игрового и документального кино будут ярко представлены. В «Фаготе» это не так сильно видно, наверное, только в финале и в отдельных сценах. Здесь мы кино снимаем в метро, в автобусах, на кладбище, в ресторанах, кофейнях. Часто мы не договариваемся об этом заранее. Сейчас они [актеры] снимают себя дома и мне скидывают. Где-то летом Саша скинула что-то в «Инстаграм», а я говорю: присылай мне, это будет использовано в кино. Это такой эксперимент по превращению актеров в героев, фиксации этого слияния ежедневно, чтобы получить живой и органичный результат. При этом история абсолютно прокатная, хотя тема там непростая. 

- Скандал с харасментом в киноиндустрии сделал тему одной из самых обсуждаемых в мире. Как считаете, не перегибают ли с этим палку и не будет такого, что мужчины перестанут знакомиться с женщинами, опасаясь обвинений в домогательствах?

-  К сожалению, это началось с моими любимыми авторами. Я сейчас не говорю про Харви Вайнштейна, который, на мой взгляд, всегда был демонической фигурой. Я говорю про Луи си Кея, Вуди Аллена, отчасти Кевина Спейси. Луи си Кей и Вуди Аллен для меня - гуру жанра и авторского подхода к искусству. Об этой теме уже все сняли Коэны. В сериале «Фарго» мы видим, что простая деревенщина может уничтожить, в варианте Коэнов, любую организованную преступность, разрушить хитроумные планы сильных мира сего. Мы вошли в мир, когда одно неправильно сказанное слово может полностью уничтожить. Когда толпа может растоптать человека, которого еще вчера носили на руках. 

Мы идем в мир, в котором не то что говорить слова «вагина», «член», показывать грудь в «Инстаграме» и «Фейсбуке» уже запрещено, но и говорить женщине в присутствии мужчины о каких-то своих желаниях, это уже становится харам - есть такое понятие у мусульман. Странное слияние феминизма и радикального исламизма может стать нашим будущим. Когда тотальное психологическое переодевание в паранджу будет естественно для всех. Когда люди перестанут говорить о чувствах, о сексе, когда любое проявление флирта будет наказуемо. Для меня как человека, который пытался понять и говорить о сексуальности и отношениях мужчины и женщины, это грустно. Любые запреты всегда ведут в бездну. Так что перегнули палку. Никто не отменял уголовное право, законы, следствие. Но толпа просто отменяет все. Моя любимая история про Азию Ардженто, которая больше всех кричала о харасменте и ненависти к мужчинам, в итоге сама вляпалась (актрису обвинили в совращении несовершеннолетнего. - Ред.). «Фагот» - это история о том, что не нужно рыть другому яму. А с Ардженто и вообще с харасментом это очень показательно. Все эти революции заканчиваются плохо для тех, кто их начинает.

- В таком случае чем на эти вызовы может ответить искусство и вы как кинорежиссер?

- Ни в коем случае нельзя бояться. Искусство - это отражение реальности при помощи художественных методов. Поэтому своей задачей я вижу отражать, показывать по возможности качественными, талантливыми и доступными методами. Не просто говорить, а пытаться показать все проблемы или, наоборот, успехи и радости общества. Любовь на самом деле - одно из немногих хороших проявлений человечества. И я рад, что в новом фильме мои герои умеют любить. Потому что и в «Арбузных корках» и в «Фаготе» была тотальная нелюбовь, я никак не мог найти персонажей, которые бы любили, а и я бы верил им. 

А сейчас я встретил и прототипов, и актеров, создавших персонажей, которые умеют любить. И это тоже часть задачи авторов - показывать хорошее, если оно есть. Поэтому, отвечая на вопрос, скажу, что надо продолжать говорить честно, по возможности современно, без какой-либо самоцензуры. Хуже любой цензуры только самоцензура, когда ты сам говоришь: здесь я так не буду, а вот здесь я смягчу. Найдутся люди, которые запикают слово. Когда ты сам начнешь стесняться, тогда кино и накроется медным тазом. Во всем этом сумасшедшем мире остается только одно - быть честным.

КОММЕНТАРИИ (0)
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ

Диана Сафарова: Мы постепенно движемся к идеалу

Автор фото: KazanFirst
Культура 13:06 / 5 ноября
14
Диана Сафарова: Мы постепенно движемся к идеалу

Иммерсивное шоу «Анна Каренина» перевернуло представление о театральной Казани.

Одно из самых ожидаемых событий театральной Казани состоялось. Прошли первые дни премьеры иммерсивного шоу по одноименному роману Льва Толстого «Анна Каренина» и зрители уже разгадали тайну особняка Демидовых. Именно эта площадка была выбрана для показов. 

Запускали зрителей по группам из 15 человек. На входе все получали три монеты и буклет с номером группы. Деньги можно было использовать в ресторации, книжной, сувенирной и парфюмерной лавке, а также в таверне. Номинал 1 монета – 100 рублей. 

Перед тем, как попасть в зал, каждая группа проходит инструктаж, на котором ещё раз напоминают, что нельзя пользоваться телефоном, снимать маску, разговаривать и дотрагиваться до актеров.

Первая локация, в которой оказываются зрители - вокзал. Вокруг скамейки, небольшая забегаловка, огромные часы и рельсы. Там уже сидела первая группа, а потом присоединились «випы». Их можно отличить по цвету маски. Она у них красная. Первое время зрители не знали, куда себя деть. Кто-то стоял в углу, кто-то присел на скамейку. Спустя минут пять внимание некоторых переключилось на актера. Это был Стива. Он заказал стакан воды и приступил к чтению книги. Тут часть зрителей, скажем так, выдохнула и уже вела себя не так сковано. Один мужчина посмотрел, что за книгу он читает, а девушки, сидевшие на одной скамейке с актером, внимательно изучали его.

Когда часы пробили 19:00 шоу началось. Стива вновь заказал стакан воды. Зрители, выстроившись в большой полукруг, принялись вслушиваться, о чем же он говорит с официанткой. А спустя пять минут приехал поезд. 

Во время интервью с исполнительным продюсером шоу Кирилл Кирилюк не сказал, как поезд - весом почти в тонну - переместили на второй этаж. Подойдя ближе к самой декорации, стало ясно, что ее собрали по частям. Из поезда вышел Левин. Поговорив со Стивой, он двинулся к себе домой. Тогда зрителям открыли другие комнаты особняка, и все пошли врассыпную.

Локации действительно имеют свой аромат, но по одному запаху определить, чья эта комната удавалось не всегда. Мы прошлись по второму этажу, где была комната Вронского, дом Бетси, спальня Карениных, детская Сережи, кабинет Каренина и большая гостиная. Дом преобразили под эпоху XIX века. Многие вещи: шкатулки, часы, игрушки, украшения казались не из нашего времени. Это позволяло глубже проникнуться эпохой романа.

На первом этаже работала книжная и парфюмерная лавки. Некоторые зрители не прошли мимо и сразу решили использовать монеты, полученные перед началом спектакля. 

Идём дальше. Нам открывается комната Кити. Локация выполнена в светлых и нежных оттенках с большим зеркалом, украшениями, шкатулками и разными девчачьими штучками. Рядом комната Облонских, где мы и заметили главную героиню романа и всего вечера Анну.

Каренина готовилась к балу с Кити, к одной из главных сцен всего шоу. Бал прошел у главной лестницы. Герои танцевали мазурку, веселились, и тут началась линия Анна-Вронский. Они сразу же завоевали внимание зрителей. После сцены все двинулись за главными героями. Мы же пошли рассматривать дальше нижний этаж.

Напротив комнаты Кити была аптека, где доктор раздумывал над разными лекарствами. Далее следовала комната Лидии Ивановны. В ней явно царила атмосфера спиритизма, чего-то необычного и даже темного. На столе стояли свечи, лежало зеркало, миниатюрная колода карт. Рядом была комната писем, из которых сделано всё: стены, стул, вот только стол был из древесины.

Локация Левина – одна из самых полноценных. На небольшой площади организаторы смогли сделать сразу несколько площадок: гостиная, спальня, баня, за окном которой лежало сено. Даже место старинной печке нашлось. Создавалось полное впечатление, что зритель находится в деревне.

По ходу спектакля актеры взаимодействовали со зрителями: дотрагивались, разговаривали. Мы внимательно следили еще и за красными масками, ведь «випам» обещали экспериментальный опыт. Вот только обладатели билета за 15 тысяч рублей порой боялись самих актеров. Анна после ссоры с Карениным взяла за руку одну женщину и повела за собой, но та быстро убежала. Героиня не растерялась и подошла к другой девушке в красной маске и увела с собой. К слову, понять, у какого випа был свой «экспириенс» нам удавалось не всегда. Но когда Вронский забрал с собой женщину и удалился с ней в комнату, вышла она уже счастливая и с розой.

Хоть и у обычных зрителей билет не подразумевает «экспириенса», он все-таки был. В комнате Лидии Ивановны, куда за ответами пришел Каренин, доктор пытался ему их предоставить. Герой полностью погрузился в роль: он вошел в некий транс и стал вести себя странно. Зрителям именно это и понравилось. Доктор дотрагивался до них, шептал им что-то на ухо, курил трубку - куда, как нам показалось, спрятали обычный вейп- и прыгал на решетку.

Если говорить о сюжетных линиях, то назвать их можно равными. В спектакле они происходят одновременно, поэтому можно сказать, что никто никого не затмевает. Кстати, режиссер шоу выстроила диалоги так, что они идут друг за другом. К примеру, в доме Бетси, где встретились Анна и Вронский, а потом появился Каренин, разговор был слышен только одной пары. Лишь спустя время Бетси представила Каренина. Такое построение реплик дало понять, что Каренин до этого ходил по дому и еще не пересекался с другими героями. Линии действительно раскрываются полностью, главное – успеть за актерами и услышать, что они говорят.

Отличие спектакля от романа в том, что в первом есть еще один значимый герой – Фатум. Это девушка, которая визуализировала темные мысли Карениной. Она, словно смерть, передвигалась по особняку и привносила что-то мрачное в каждую сцену. Именно Фатум «поглотила» Каренину полностью и забрала с собой.

После завершающего монолога Левина на вокзале зрители вновь пошли врассыпную по особняку. Каждый герой замер в своей комнате. Казалось, действие закончилось, но музыка все играла и играла, поэтому некоторые зрители не понимали, уже можно расходиться или нет. Мы же зашли к парфюмеру Рамиле Карамуллиной и спросили, какие впечатления ей оставил иммерсивный спектакль.

- Меня очень впечатлило это шоу. Конечно, сначала было непонятно, куда бежать и что делать. Хотелось все успеть. В какой-то момент даже ноги заболели. Тогда решила присесть в ресторации и перевести дух, - говорит Рамиля. - Мне понравилось несколько сюжетных линий. Хотелось успеть увидеть больше, может, пойду еще раз. Так случилось, что я была уже два раза. Во второй раз мне было даже интереснее. Я пыталась понять, в какой момент лучше прийти. Много сцен до мурашек. Например, на балу. Вроде бы сцена без слов, но она сильно трогает. Локации обустроены некоторые прям полностью. У Левина ощущаешь себя как в деревне.

Пока мы разговаривали с парфюмером из игровой зоны все зрители уже ушли. Вдруг появилась режиссер Диана Сафарова и стала благодарить всех за работу. Мы спросили и её мнение о том, как она оценивает первые дни премьеры.

- Пока все получается. Сейчас мы идем к тому, чтобы играть компактнее, лучше. Первое время, естественно, сложнее: тяжело с таймингом, со зрителем. Когда зритель пришел, тайминг немного увеличился, потому что стали длиннее транзиты. Сейчас мы постепенно движемся к идеалу, - говорит Диана. - А так все идет по плану. В актерах я уверена. Тут важный момент – попасть в сцену и прийти вовремя, потому что многое зависит от тайминга. В целом, сегодняшним показом я довольна больше, чем вчерашним, а вчерашним, чем позавчерашним. У нас с каждым днем все получается лучше и лучше. Но главное, чтобы зрителю понравилось.

Выходя из особняка, мы встретили пару. Анастасия сходила на спектакль с мужем Евгением. По их эмоциям было непонятно, какое же впечатление осталось после шоу.

- Если честно, эмоции двойственные. Декорации, костюмы и как обустроили ЗАГС, мне понравилось, - говорит девушка. - Как только нашу группу запустили, мы стояли на вокзале. Ждали, когда придут другие зрители. Потом начался спектакль. Первое время вообще ничего непонятно было: куда идти, что за герой разговаривает. Я просто ходила за толпой, а потом уже сама смотрела, куда идти. Мне понравилось, что можно трогать декорации, сидеть за столом с актерами. Была свобода действий, да. Однако у меня не сложилось какой-то целой картины. Наверно, нужно было быстрее передвигаться. Но я могу сказать, что это точно что-то новое.

1/0

Иммерсивный спектакль – это новинка для Казани. Если вы хотите с ним познакомиться, то берите кроссовки, читайте роман и не бойтесь актеров, тогда эмоции вам гарантированы.

КОММЕНТАРИИ (0)
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
видео
наверх