«Не надо мешать политтехнологам обзывать татарский язык диалектом башкирского»

Ученый Искандер Измайлов убежден, что татары свою экспансию должны направить на цифровой мир.

Казанский историк Искандер Измайлов известен тем, что отметился глубокой критикой Стратегии татар. Один из посылов ученого заключается в том, что в ней нет никаких алгоритмов, признаков или идей, связанных с экспансией. То есть не заложены мысли, как продвигать татарскую культуру, татарскую идеологию, татарский язык. Встаёт вопрос: должна ли быть прописана национальная экспансия в таком документе? Например, в Стратегии башкирского народа экспансия есть, она там четко и явно прописана. Там определена территория экспансии - северо-западные районы Башкортостана, где преимущественно проживают татары. Определены инструменты башкирской экспансии - внедрение родоплеменной идентичности и популяризация якобы северо-западного диалекта башкирского языка.

Во время стрима на канале «Татары мира» Искандер Измайлов доказал, почему татары сегодня имеют право на свою стратегию экспансии. Также он указал сферы, где татары могут и должны совершать интервенцию. Во время общения с подписчиками канала Искандер Измайлов порассуждал и о роли городских татар в большой татарской нации, о том, что делать с запросом на памятник защитникам Казани в 1552 году, и так далее. 

- Искандер Лерунович, имеют ли татары сегодня право на экспансию?

- Что такое само понятие «экспансия»? С латинского этот термин переводится как «расширение», «развитие». И этим объясняется важность этого термина. Когда мы говорим о татарской идеологии, то мы должны понимать, что она должна расширяться, развиваться, занимать какие-то новые ниши, принимать какие-то новые формы.

Когда мы говорим об экспансии, то мы вообще говорим о существовании нации как таковой. Если нация закрылась, завернулась в какую-то раковину, то она в скором времени превратится в ископаемое. Живёт и проводит экспансию только какой-то живой организм.  

Когда мы говорим о татарской нации, то мы должны понимать, что экспансионизм имеет и негативную коннотацию.

- Потому что встаёт вопрос: как не мешать своим соседям, если мы взялись за экспансию?  

- Мне кажется, негативное понимание экспансии связано не с этим. Негативная оценка этого понятия связана с нашим прошлым. Лично у меня, у человека определенного возраста и поколения, экспансия связана, например, с «экспансией американского империализма в Латинской Америке». Очевидно, что у нашего более молодого поколения нет таких советских клише.

- А не поэтому ли у нас не получилась татарская Стратегия, что её писали люди вашего возраста, которым может быть стыдно, что у татар может быть своя экспансия?

- Я бы сказал, что в самой концепции татарской Стратегии нет никакого движения. Нет не просто ничего, нет про экспансию. Там вообще не предложено никакого развития. Считается, что мы уже возникли, окуклились, забрались в свою раковину и нам ничего уже не надо трогать. Считается, что нам так хорошо, что любое малое движение нас заставит выйти из этой раковины, из этой нашей национальной зоны комфорта.

- В каких направлениях татары должны выйти из своих зон комфорта?

- В постоянной борьбе среди татар между традиционализмом и прогрессом татары в основом выбирали сторону прогресса. Сейчас, как мне кажется, мы стоим на пороге очень серьёзного и переломного момента, как и весь мир. Может, мы вступаем в него чуть позже. Но у татар в этом есть определенное конкуретное преимущество. 

Во-первых, мы, татары, в основном урбанизированное население. Я думаю, что татары на 90% уже городское население. Во-вторых, татары имеют очень высокий уровень образования. Достаточно сказать, что из трёх вакцин от ковида, которые были разработаны в России, две - с участием медиков-учёных с татарскими корнями. 

- Выражу сомнение по вашим рассуждениям. Да, у этих разработчиков татарские фамилии и татарские имена. Но есть ли в них татарская идентичность?

- Об это можно поговорить... Итак, у нас есть огромный пласт людей, которые не связаны общинными связями. Они - городские жители. Они - дисперсны. Но... у всех людей есть желание объединиться, встретить знакомых, родных по крови людей и так далее. Потом понять, что нас объединяет. Вот такая тяга к объединению не отделима от понятия «идентичность».

- Так ли уж мы можем доверять городским татарам в деле продвижения татарской нации? Ведь, как известно, именно городские жители пребывают в состоянии расщеплённой идентичности. То есть человек в городе пребывает в состоянии, что он татарин, очень ситуативно. В других случаях он может существовать с другими идентичностями, скажем, быть болельщиком «Рубина», «Ак Барса», или жить с профессиональной своей идентичностью?

- Татарская идентичность многогранна. Она не прикрывается и не перекрывается другими идентичностями. Наоборот, я думаю, что татарская идентичность даже может подпитываться другими идентичностями.

Например, в своё время очень многие татары болели за «Спартак», потому что там играли Дасаев, Идиятуллин. Была огромная татарская спартаковская община. Но как только появился «Рубин» - появилась новая форма воплощения наших болельщицких идеалов. И так татарская идентичность стала укрепляться. И команда «Ак Барс» у нас тоже есть. Мне кажется, такая форма идентичности не отрицает нашу татарскую идентичность, а только ещё сильнее её укрепляет, показывает гордость за нашу команду, за нашу республику.

К городскому населению у нас, конечно, много претензий. Но, с другой стороны, о городском населении везде, уже с XX века, когда случилась массовая урбанизация, с которой столкнулись страны Европы и Америки, говорили, что это городское население будет снивелировано. Нам говорили, что глобализация и урбанизация нас поглотит. Но что-то нигде не получается такого, чтобы у города стереть этническую идентичность.

Всё равно где-то выплывают какие-то моменты, какие-то истории, которые показывают, что люди хотят быть причастными ещё к чему-то. Вот эта идентичность как раз становится востребованной. 

И вот как раз интернет, сетевое пространство, позволяет нам найти своих сородичей, своих соотечественников, не выходя из дома, погружаясь в это виртуальное пространство.

Я думаю, что татары второе дыхание для своей татарской нации найдут на просторах интернета. Дисперсное городское проживание нашу этничность нивелирует. Но выход в интернет-пространство, нахождение своих соотечественников нам поможет. Скажем, увидеть татарина, когда сам проживаешь, скажем, в заполярном Певеке, очень трудно.

- Ну вы и сами из Магадана, да?

- Да. Из Магадана. Когда там стали в своё время проводить первые Сабантуи, оказалось, что там проживает огромное количество татар. Тогда никто такого не ожидал. И везде такие Сабантуи за пределами Татарстана и Башкортостана проводятся как татаро-башкирские. У диаспорально проживающих татар и башкир нет никаких трений, нет никаких экспансий по отношению к друг другу.

Все татары и башкиры в диаспорах являются единой общностью. И никакие завывания идеологических кликуш из Уфы нашим отношениям не мешают. Например, приехал в Челябинскую область - там всегда будет какая-нибудь татаро-башкирская община, где все живут душа в душу.

Итак, если мы говорим о современной интернет-экспансии, чего, к сожалению, не было в этой самой концепции, там даже не было слова интернет, соцсети… В общем, заказ на Стратегию был такой. Заказ делали люди, которые имеют сельское прошлое, которые считают, что всё лучшее у них связано с этой сельской жизнью. Они считают, что просто нужно сельскую жизнь немного подрихтовать. Они на самом деле тоскуют не по настоящей сельской жизни, а по дому из калиброванного бруса на отшибе, где разбиты лужайки и им не надо бегать за скотиной.

- Резюмирую вашу мысль. Значит, татарская экспансия быть должна. У татар есть право на свою стратегию экспансии. У нас есть новое пространство для экспансии - это цифровой мир, это интернет, это соцсети и так далее. И вот в это пространство мы, татары, должны влезть со всем нашим историческим опытом по захватнической, по экспансионистской деятельности. А почему башкиры сегодня нуждаются в своей экспансионистской политике?

- Мне кажется, башкирская Стратегия построена неразумно. Башкирам прежде всего нужно развивать элементы своей культуры, подчеркивать те моменты, по которым они отличаются от татар.

Но примерно с 40-50-ыэх годов башкиры избрали другую политику, другую идеологию - максимально приблизиться к татарам. Они решили, что таким образом они создадут такой симбиоз на территории Башкортостана, который будет понятен и приемлем как для татар, проживающих на территории Башкортостана, так и для башкир. То есть будем всякие вещи называть башкирскими, а внутри, под оболочкой всё будет татарским.

- То есть этномародёрство?

- Я бы это называл без всяких отрицательных коннотаций. Это просто у них такая политика, больше ничего.

Итак, у нас получается, что через какое-то время, да вот прямо сейчас, башкиры пытаются выстроить свою идеологию. И у них получается, что они не могут оторваться от татарской культуры, от того, что они приписали себе. И создать отдельную башкирскую идентичность они уже не могут. А это очень плохо.

Если так и дальше пойдёт дело, то они будут неотличимые от татар. Ладно там, в языке у нас не такие большие отличия. Разговорный татарский и разговорный башкирский нивелируются.

Но само наполнение культуры, то есть государственные общественные деятели, практическая история, золотоордынское наследие, ислам - всё это общее у нас. Так получается. Тогда у нас встаёт закономерный вопрос: чем же мы тогда отличаемся друг от друга? В чем тогда заключается башкирская идентичность?  

И вот сейчас башкиры поняли, что им просто переработать вот этот пласт в виде одного миллиона татар в Башкортостане у них не получается. Поэтому они пришли к идее, что нужно переработать всех 5 млн татар. То есть башкиры могут победить только тогда, когда все 5 млн татар станут башкирами.

Так что сегодня башкирские политтехнологи делают огромную работу на пути по обзыванию татарского языка северо-западным диалектом башкирского языка. Не надо им мешать. Эти политтехнологи за свои деньги выполняют огромную работу, чтобы в конечном итоге снивелировать татарскую и башкирскую культуры. И вот в таком случае некая общая татаро-башкирская нация станет всё более и более актуальной, станет какой-то тат-баш нацией. 

 Новости СМИ2

Понравился материал? Поделись в соцсетях
7 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
Старец
Какая разница? Оба языка мертвые.
0
2
Ответить

Аноним
Ниче не понял, что он тут втирал, но ясно одно. Мужику нечем заняться походу просто и вот он решил зарыться в книжки и искать ответы на придуманные им же вопросы. Весело конечно, главное чтобы до шизы не дошло.
2
1
Ответить

Карина
@Аноним Сразу видно, что вы человек далекий от истории и о таком слове, как экспансия только в этой статье узнали. Так вот, этот человек историк и занимается очень важным делом, в отличии от вас!
1
2
Ответить

Фанис
Интересный эфир получился, спасибо! Тема конечно не однозначная, много споров вокруг нее, но я согласен с Искандером Измайловым.
1
0
Ответить

Тамара
Эти разногласия как между религиями так и между языками была и будет, с этим просто надо смирится
0
0
Ответить

Ринат
Борись,не борись,спорь, не спорь.Всё одно и то же, что в лоб, что по лбу. Один народ, две национальности.
0
1
Ответить

Наиль Багманов
Неоднократно высказывал мысль о том , что чинушам из Минобразования обоих республик надо обсудить мысль об обучении в национальных татарских и башкирских школах на учебниках с дублированием слов . Язык у нас практически одинаковый , но бывают разные окончания ( лар ,тар ,дар ) , некоторая разница в фонетике .
1
0
Ответить

downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite