«Образцы дороги брать не будем»: кто заплатит миллиарды по долгам «Волгадорстроя»

Дело о банкротстве «Волгадорстроя» набирает обороты сразу на нескольких фронтах. Конкурсный управляющий Сергей Кондратьев пытается привлечь к ответу контролирующих лиц дорожного подрядчика — владельца Айрата Миннуллина, его родственников и заместителей. Одновременно он оспаривает акт сальдо с подрядчиком трассы М-12 СК «Автодор» на сумму более миллиарда рублей, а также ряд других сделок, за которыми «реальных хозяйственных операций» не стояло. Конкурсная масса оценивается почти в 7 миллиардов, но по итогам торгов кредиторы, очевидно, получат меньше.

ООО «Волгадорстрой» — одно из крупнейших дорожно-строительных подрядчиков Татарстана — уже больше года находится в банкротной процедуре. Наблюдение в компании ввели в апреле 2025 года, в сентябре суд открыл конкурсное производство. Объем требований кредиторов, числящихся по балансу, превышает 18 млрд рублей. В реестр требований на данный момент включено более 8 млрд.

«Волгадорстрой» десятилетиями строил и ремонтировал дороги в Татарстане и соседних регионах, участвовал в крупнейших инфраструктурных стройках — от Большого Казанского кольца до платной трассы М-12 Москва — Казань — Екатеринбург. Компания принадлежит Айрату Миннуллину, в чью орбиту входит целая группа фирм: еще один «Волгадорстрой», «Волгадорстрой-Эксплуатация», «Мосты и водоотводные сооружения», «Автовокзал „Восточный“», «Азимут», «Гелон». Сам Миннуллин с ноября 2025 года находится в СИЗО по уголовному делу о хищениях при строительстве М-12.

Выручка «Волгадорстроя» за 2023 год превышала 28 млрд рублей при чистой прибыли 2,2 млрд. Но уже 2024-й компания закрыла с выручкой 25,4 млрд и убытком 3,6 млрд рублей. К этому времени на ней висели обязательства перед банками: Татсоцбанк кредитовал «Волгадорстрой», в том числе выдал в конце 2024 года кредитную линию под залог прав требования к заказчику по М-12, а Ак Барс банк выступал гарантом по обязательствам компании.

Банкротство «Волгадорстроя» инициировал субподрядчик «БСЛ Инжиниринг», работавший под ним на участке М-12 в Кайбицком и Апастовском районах Татарстана, — причем к тому моменту сам «БСЛ» был банкротом, поэтому заявление подавал его конкурсный управляющий, требования составляли свыше 78 млн рублей. Следом в дело вошли банки-кредиторы: крупнейшие требования у Ак Барс банка — свыше 2,5 млрд рублей и Татсоцбанка — около 1,7 млрд. Первым, на стадии наблюдения, временным управляющим был Ильдар Габбасов, с конца февраля 2026 года конкурсным управляющим стал Сергей Кондратьев (экс-депутат Казани, ранее он вел банкротство в прошлом крупнейшего агрохолдинга региона «Вамин-Татарстан»).

За долги «Волгадорстроя» хотят спросить с шести человек, но круг ответчиков могут расширить

Один из ключевых для судьбы банкротства споров — о привлечении контролирующих «Волгадорстрой» лиц к субсидиарной ответственности. Если конкурсной массы не хватит, долги компании могут переложить на тех, кто ею управлял.

Заявление подал еще прежний управляющий Ильдар Габбасов, суд принял его 13 января 2026 года. В первоначальный круг ответчиков вошли пятеро. Это единственный участник и фактический владелец компании Айрат Миннуллин и его супруга Светлана Миннуллина. Вместе с ними — бывший генеральный директор Игорь Гранфельд, руководивший компанией с 2020 по 2025 год, и его сестра Инна Гранфельд, которая, как утверждает управляющий, была финансовым директором и контролировала хозяйственные операции (по данным сервиса Saby, на это имя в Зеленодольске зарегистрировано ИП в сфере консалтинга). Пятый ответчик — член совета директоров «Волгадорстроя» Эдгар Багаутдинов (по данным Saby, совладелец ООО «Авангард», производящего бетон, счета которого заблокированы с конца 2025 года).

Позднее к ним добавили шестого — Валерия Шуреева, заместителя гендиректора. Согласно позиции управляющего, он был подписантом по доверенности огромного количества документов за «Волгадорстрой» — эти документы сейчас оспариваются в суде. В сервисе Saby Шуреев значится как ИП в Лаишевском районе с деятельностью в сфере аренды и управления недвижимостью.

22 июля в этом споре выступил директор субподрядчика «БСЛ Инжиниринг» Сергей Салихов. Он подробно изложил суду, кого считает виновным в банкротстве «Волгадорстроя» наряду с Миннуллиным, и настаивал на привлечении этих лиц соответчиками. По его версии, компанию намеренно вели к несостоятельности: сомнительным операциям придавали законный вид, а долги стягивали на «Волгадорстрой» со связанных структур.

В числе тех, кто помогал разрабатывать схемы по выводу активов, Салихов назвал юристов, работавших с «Волгадорстроем». На следующем заседании, 29 июля, трое названных им — Некрасов, Халиков и Марат Бикбов — сами пришли в суд и попросили привлечь их третьими лицами, чтобы защищаться до того, как станут ответчиками по этому спору. Все трое настаивали, что работали на компанию по договору оказания юридической помощи, к выводу активов отношения не имеют, а Салихов оговорил их «по мотиву мести» — сам он находится под уголовным преследованием, где потерпевшим признан «Волгадорстрой».

Суд в привлечении их третьими лицами отказал. Однако на этом же заседании Анастасия Андреева заявила, что круг ответчиков по субсидиарной ответственности будет расширяться за счет других лиц — имена их она не раскрыла. Рассмотрение спора продолжат в сентябре.

Все нажитое ушло на жену — по договору, о котором не знали банки

Светлана Миннуллина, которую в деле компании пытаются привлечь к субсидиарной ответственности, одновременно оказалась стороной другого спора — уже в личном банкротстве мужа. И именно там всплыло обстоятельство, о котором кредиторы прежде не знали: брачный договор супругов Миннуллиных.

Соглашение супруги заключили еще в сентябре 2001 года. По нему все имущество, нажитое в браке, принадлежит Светлане Миннуллиной. О существовании договора кредиторы узнали случайно, только в конце 2025 года: когда суд наложил обеспечительные меры на ее имущество, она сама предъявила документ. Ни один из банков о нем не знал — выступая поручителем по многомиллиардным кредитам, Миннуллин о брачном договоре не сообщал, а его жена при сделках давала нотариальные согласия, где указывалось, что договор не заключался.

От того, устоит ли этот документ, зависит, какое имущество попадет под взыскание в пользу кредиторов. Финансовый управляющий Миннуллина Айрат Галимов (затем его сменил Никита Вахрамеев) оспорил брачный договор, добиваясь возврата активов в общую собственность супругов. Светлана Миннуллина — директор ресторана «Пражский клуб»; ее совокупный доход за 16 лет в суде оценили примерно в 500 млн рублей, в собственности у нее семь земельных участков, а также здания и помещения. Через своего представителя Сухроббека Басырова она настаивала, что с бизнесом мужа не связана, а активы приобретены на ее собственные доходы.

Управляющий с этим не согласен. На заседании в апреле представитель «Волгадорстроя» Анастасия Андреева утверждала, что доходы Светланы Миннуллиной напрямую связаны с деятельностью компании ее мужа: фактически, по словам Андреевой, Миннуллина «кормила креветками и омарами» работников «Волгадорстроя» на стройках, а других посетителей у нее не было.

В конце мая 2026 года Арбитражный суд Татарстана признал брачный договор недействительным и восстановил режим общей собственности супругов. Светлана Миннуллина обжаловала решение в Одиннадцатом арбитражном апелляционном суде в Самаре — рассмотрение назначено так же на сентябрь.

Зачет или сальдо с СК «Автодор» — управляющий недосчитался дебиторки на миллиард

Отдельный спор конкурсный управляющий Сергей Кондратьев ведет с генподрядчиком «Волгадорстроя» по трассе М-12 — ООО «СК «Автодор». Речь о договоре субподряда на участке Дюртюли — Ачит в Башкирии, по которому 19 мая 2025 года стороны подписали акт об определении итогового сальдо взаимных обязательств. Этим документом взаимные требования «Волгадорстроя» и СК «Автодор» были сведены к одной итоговой цифре — и управляющий добивается признания акта недействительным.

Согласно материалам суда, достройку за «Волгадорстрой» вели другие подрядчики: работы передали ООО «СК «Инвесткапитал» по договору на 1,07 млрд рублей, а исполняла их ООО «Волгадорстрой-Эксплуатация» — компания, на 99% принадлежащая самому «Волгадорстрою», которую возглавляет Миннуллин. Был и отдельный договор на достройку — еще на 911 млн рублей.

По версии управляющего, эти объемы фактически выполнил сам «Волгадорстрой» — на 1 млрд 114 млн рублей сверх сметы. Эти деньги должны были вернуться в компанию как дебиторская задолженность и пополнить конкурсную массу, из которой рассчитываются с кредиторами. Но вместо этого «СК «Автодор» закрыл их стоимостью собственные претензии по недоделкам на основной смете.

Право требования к «СК «Автодор» по тому же договору «Волгадорстрой» еще в ноябре 2024 года заложил Татсоцбанку под кредитную линию, а оспариваемый акт это заложенное требование обнулил, оставив банк без обеспечения. Ак Барс банк выступал по обязательствам «Волгадорстроя» гарантом и уже выплатил «СК «Автодор» за недоделки около 2,5 млрд рублей, а вернуть эти деньги он рассчитывал как раз из той дебиторки, которую забрал акт сальдо.

В команде конкурсного управляющего считают, что стороны провели обычный зачет, но назвали его сальдированием умышленно: зачет можно оспорить и вернуть деньги в массу, а сальдо — простое подведение итога по одному договору — по общему правилу оспорить нельзя.

— Ранее эти стороны — «Автодор» и «Волгадорстрой» — всегда заключали соглашения о зачете, и только этот документ назвали актом сальдирования. Вообще, «Волгадорстрой» со всеми своими контрагентами заключал только зачеты. По нашему мнению, они сделали акт сальдирования намеренно, чтобы выйти за оспоримость: якобы это не оспаривается. А мы это оспариваем, — пояснила KazanFirst Андреева.

По оценке Андреевой, при отмене акта в конкурсную массу вернется как минимум 1,114 млрд рублей дебиторской задолженности.

Спор об этом акте идет с начала 2026 года. На заседании 29 июля управляющий добивался истребования документов у надзорных органов и готовился к судебной экспертизе, которая должна установить реальный объем работ «Волгадорстроя» на трассе.

— Мы рассуждали, не брать ли образцы дороги, и пришли к выводу, что это не требуется. Скорее всего экспертиза будет документарной, — пояснила Андреева на заседании.

По ее словам, часть работ на трассе «Волгадорстрой» «не заактировал, но реально выполнил», а эти объемы ушли другим подрядчикам. Косвенным подтверждением она называет сроки: заключение о соответствии по объекту, по данным СМИ, выдали практически сразу после того, как договор с «Волгадорстроем» расторгли. Значит, рассуждает Андреева, к моменту расторжения дорога была в высокой степени готовности — иначе ее нельзя было бы ввести в эксплуатацию.

Андреева также рассказала, что ей звонила Светлана Миннуллина — по поручению мужа. По словам представителя управляющего, собственник «Волгадорстроя» выразил недоумение из-за сальдированной суммы и заявил, что об акте не знал.

«СК «Автодор» претензии управляющего не признает. При этом против истребования документов его представитель не возражал. Рассмотрение отложили на начало сентября.

Конкурсную массу оценили в 7 млрд, но на торгах получат меньше

В беседе с KazanFirst Андреева назвала обособленные споры с «СК «Автодор» и о субсидиарной ответственности одними из приоритетных для процедуры банкротства, также сообщила, что в настоящее время готовятся и иные заявления об оспаривании сделок.

Кроме того, «Волгадорстрой» оспаривает сделки с целой группой контрагентов — «Автодорснаб», «Башнедраресурс», «ТК Кояш», ООО «Транспортная нерудная компания», ООО «СК «Инвесткапитал» и другими. Совокупная сумма требований по уже поданным искам превышает 4 млрд рублей. По словам Андреевой, заявления об оспаривании сделок основаны на том, что спорные сделки «реальных хозяйственных операций под собой не подразумевают», в данном случае с указанной позицией согласился и налоговый орган, так же участвующий в процедуре.

— У нас рассматриваются объединенные споры, где они к нам хотят в реестр, а мы оспариваем сами все хозяйственные операции с ними, какие были, — пояснила Андреева.

Юрист полагает, что сейчас это «наверное, крупнейшее дело» и на анализ первички уходит много времени: «ежедневно «Волгадорстрой» совершал огромное количество операций по счетам, за три года, предшествующих банкротству, это значительный массив работы в части анализа».

Саму конкурсную массу оценивают примерно в 6,9 млрд рублей.

— Это рыночная оценка. Сложно сказать, по какой цене оно будет реализовано на торгах в конечном итоге, — заключила Андреева.

Уголовные дела параллельно с банкротством

Параллельно с арбитражными спорами вокруг «Волгадорстроя» идут уголовные процессы. Айрата Миннуллина задержали в ноябре 2025 года, он находится в СИЗО. Ему вменяют хищения при строительстве участка трассы М-12 Дюртюли — Ачит (по версии следствия, «Волгадорстрой» завысил объемы работ по авансу от генподрядчика на 2,4 млрд рублей), а также вывод средств и мошенничество при кредитовании — всего порядка 4 млрд. Вину Миннуллин не признает.

Под уголовным преследованием и руководитель генподрядчика по М-12 — «СК «Автодор» (дочерняя структура государственной компании «Автодор»). Директора Рамиля Шайдуллина арестовали в октябре 2025 года по делу о присвоении и легализации более 18 млрд рублей на строительстве федеральной трассы. Вину он так же не признает.