Депутат Госсовета РТ от КПРФ Николай Атласов в авторской колонке, написанной специально для KazanFirst, рассуждает о корнях мусорного конфликта Казани с районами и о системном провале реформы, из-за которой столица Татарстана оказалась завалена чужими отходами. Возмущение мэра Ильсура Метшина, обрушившегося на практику своза мусора из четырёх районов на полигон «Восточный», абсолютно справедливо, считает парламентарий. Однако проблема глубже: это симптом тотального краха мусорной реформы, которую проводили с вопиющими ошибками.
Несколько дней назад мэр Казани Ильсур Метшин подверг жесткой критике сложившуюся с 2020 года практику, когда отходы из четырех районов республики – Зеленодольского, Пестречинского, Высокогорского и Лаишевского – свозят в Казань и захоранивают на полигоне «Восточный». Власти столицы республики озабочены созданием дополнительных полигонных мощностей, но они быстро заполняются благодаря тем объемам мусора, которые свозятся из соседних районов. При этом в самих этих районах мусорные полигоны закрыли.
Возмущение Метшина по-человечески понятно. Это все равно что в контейнеры, расположенные на мусорной площадке вашего многоквартирного дома, за вывоз содержимого которых вы платите деньги, будут бесплатно сбрасывать свои отходы, к примеру, какие-нибудь торговцы из близлежащего рынка. Подобное частенько происходит во многих городах республики.
На реплику главы компании-регоператора ПЖКХ Евгения Чекашова по поводу того, что районы у себя полигонами не занимались, мэр заметил:
– Ключевое в вашем ответе – «этим районы не занимались». Наша инициатива наказана, потому что мы постоянно занимались этим вопросом. У нас полигоны в соответствии со всеми стандартами, но мы их делали не для того, чтобы к нам везли мусор Лаишево, Зеленый Дол (огромный город и район), Пестрецы, Высокая Гора. Давайте обострим эту тему, соберемся с коллегами из правительства – пусть занимаются. Нам своего мусора хватает! Это экологическая нагрузка на город. Они не занимались пять лет назад, три года назад и в этом году не занимаются. А мы спокойно относимся к тому, что к нам везут весь мусор. Полигон и так растет за счет казанского мусора, еще их мусор. У них есть своя территория, это их полномочия – пусть занимаются. Если вопрос не обострим, то и на следующий год будут везти, и через пять лет.
Справедливости ради надо отметить, что такая практика возникла не случайно, а в результате реализации на территории Татарстана пресловутой мусорной реформы, о провале которой не пишет разве что ленивый.
В связи с этим следует напомнить, что согласно утвержденной ещё в 2019 году Территориальной схеме обращения с отходами в Республике Татарстан предполагалось создание пяти межмуниципальных мусорных полигонов. При этом существовавшие в каждом районе свои полигоны было запланировано закрыть, и в большинстве районов их в итоге закрыли. Правда, такие меры должны были вводиться не сами по себе, а как один из элементов новой системы обращения с отходами, которую должны были создать в рамках мусорной реформы, но так и не создали.
Вкратце напомню суть мусорной реформы. Ее инициаторы формально руководствовались благой целью – создать эффективную систему обращения с отходами, отличительной особенностью которой должно было стать радикальное снижение полигонного захоронения отходов и кратный рост их переработки с вовлечением в той или иной форме во вторичный оборот. За основу была взята как одна из наиболее вероятных моделей финская система, многие элементы которой были заимствованы нашими разработчиками реформы. Правда, наши мусорные горе-реформаторы, большинство которых давно уже отправлено в отставку, забыли принять во внимание тот факт, что финны свою систему создавали на протяжении нескольких десятилетий, поэтапно, без спешки. Россия же, по мнению инициаторов нашей мусорной реформы, должна была преодолеть этот разрыв за одно десятилетие, не принимая во внимание ни размеры нашей страны с ее региональным многообразием, ни острое желание многих участников рынка поучаствовать в распиле бюджета под видом реформирования отрасли. Результат, естественно, оказался соответствующим.
В Татарстане принятая в рамках мусорной реформы территориальная схема обращения с отходами предполагала, что созданные в двух зонах (западной и восточной) компании-регоператоры организуют весь процесс движения отходов от мест их образования к местам их переработки и частичного захоронения. То есть они должны были наладить их регулярный вывоз с доставкой на сортировку, здесь часть отходов должна была отбираться для вторичного использования (в идеале это должна быть большая часть), остальное (меньшая часть): в восточной зоне – захоранивается на межмуниципальных полигонах, в западной зоне – сжигается на мусоросжигательном заводе с выработкой электроэнергии, и лишь малая толика должна была быть захоронена на межмуниципальном полигоне. Такая схема предполагала, что с 2019 по 2024 год в республике должны были быть построены: пять межмуниципальных полигонов, сортировочные станции, в западной зоне должен был заработать МСЗ, берущий на себя утилизацию основной массы ТКО Казани и окрестностей, также должна была возникнуть развитая инфраструктура переработки отходов. Кроме того, под эту схему должна была быть разработана адекватная финансовая модель, которая смогла бы обеспечить выгодные условия для переработчиков отходов. Потому что без этого невозможно достичь главной цели реформы – кратного увеличения переработки отходов и соответствующего сокращения объемов их захоронения. Я уже не говорю про необходимость широкого внедрения раздельного сбора отходов, который способствует радикальному увеличению доли тех отходов, которые пригодны к переработке.
Эта система могла бы заработать и давать результат, если бы были созданы все ее базовые элементы и налажена система оборота отходов между ними. В реальности, как известно, ничего из вышеназванного за эти годы не построили. А провал со строительством МСЗ стал притчей во языцех, поэтому об этом объекте сейчас уже стараются не вспоминать. Единственное, что успели сделать, если говорить о реальных достижениях, – обновить контейнерный парк, но это как раз-таки второстепенный вопрос. Также зачем-то поспешили закрыть мусорные полигоны в районах, в том числе в тех, о которых упоминал Метшин. При том, что другие элементы системы обращения с отходами – сортировочные станции, перерабатывающие мощности и многое другое – так и не появились. А без них закрывать районные полигоны было бессмысленно, потому что сортировка и переработка вкупе с МСЗ должны были взять на себя львиную долю отходов. Только при наличии всей этой инфраструктуры можно было безболезненно закрывать районные полигоны. Но у нас кто-то шибко умный предпочел поставить телегу впереди лошади – районные полигоны закрыли, и теперь, как результат, Казань задыхается в отходах.
Сейчас уже принято решение о строительстве двух межмуниципальных полигонов – в Пестречинском и Тукаевском районах. Пестречинский полигон после ввода в строй, вероятно, возьмёт на себя часть тех отходов, которые сейчас захораниваются на территории Казани. Но принципиально это не решит проблемы. Потому что главным элементом всей системы должна стать переработка отходов. Без развитого перерабатывающего сектора мы только и будем заниматься тем, что строить новые полигоны и расширять мощности действующих. Это означает, что мы как захоранивали отходы в земле, так и будем их дальше захоранивать. А вот об изначальных целях мусорной реформы уже давно никто и не вспоминает.
Корень проблемы не в жадности районов, а в системном провале. Закрыли полигоны по бумажному плану, а завод по переработке и сжиганию так и не построили