Как работает Ассоциация предпринимателей-мусульман России и зачем она нужна. Рассказывает председатель Айдар Шагимарданов

Наиболее распространенная и многочисленная в России ассоциация мусульман работает в тесном контакте с муфтиятом Татарстана. Число её членов достигает 1500 человек
Экономика 15:24 / 13 декабря 2016
4

Ильнур Ярхамов— Казань 

Сегодня татары в России представлены большими сетевыми структурами. Одна из них — Всемирный конгресс татар, взаимодействующий с многочисленными национально-культурными автономиями и диаспорами. Не секрет, что татары свои этно-культурные ячейки в регионах России используют как финансовые проводники и экономические агенты влияния. Таким образом, народ умело капитализирует, в прямом смысле это слова, свою этничность. В плюсе все: Республика Татарстан, её экономика и предпринимательское сообщество. Позитивное видят и сами татары в республике и за её пределами, ощущая своё этническое, культурное и языковое единство.

Развивается и другая влиятельная сетевая организация — Ассоциация предпринимателей-мусульман России. Она тесными узами связана с татарстанским муфтиятом, религиозные иерархи занимают в ней ключевые позиции.

Недавний международный успех ассоциации — заключение партнерского соглашения с крупной турецкой бизнес-ассоциацией Musiad. Теперь российские мусульмане-предприниматели получают возможности экспорта и импорта практически во все исламские государства. Об этом и не только в интервью KazanFirst рассказал президент ассоциации Айдар Шагимарданов.

— Зачем вам турецкая Musiad?

— Это самая большая в мире ассоциация мусульманских бизнесменов. Они работают в 70 странах мира, у них более 50 000 членов. Большинство крупных предприятий Турции — члены этой ассоциации. Они контролируют около 30% экспорта товаров и услуг страны. Для нас близок их подход к бизнесу и к объединению мусульманских бизнесменов. У нашей организации — Ассоциации предпринимателей-мусульман России — схожие с ними интересы. Мы развиваемся так же, как они, просто у нас ассоциация молодая, а у них существует свыше 30 лет. Учитывая все вышесказанное, мы подписали с ними договор о взаимодействии и партнерстве.

— Что от сотрудничества получаете вы, а что они?

— Они получают выход на рынок России через нашу структуру, работают напрямую с надежными контрагентами, являющимися членами нашей ассоциации. Мы — крупнейшее мусульманское бизнес-объединение страны, у нас свыше 1500 членов в 30 регионах страны.

А мы в свою очередь получаем аналогичные условия с турецкой стороны. Отныне наши члены могут напрямую выходить и работать с ведущими компаниями не только в Турции, но и в 70 странах мира, где есть представительства Musiad.

Приведу пример. Какой-то производитель сельскохозяйственных товаров желает предложить свои товары и услуги, например, в Египет. Но, к сожалению, у нас там нет ни представительства, ни членов, ни партнеров. Мы выходим на Musiad, интересуемся, есть ли у них там свои представительства. Если да, то целенаправленно посылаем туда информацию и создаем режим наибольшего благоприятствования для наших членов и партнеров.

— Вы говорите, что масштаб их ассоциации больше, ваша ассоциация моложе. Зачем они выбрали вас, а не другие ассоциации предпринимателей или Торгово-промышленную палату России, например?

— Мы ни в коем случае не пытаемся конкурировать с государственными или окологосударственными структурами. Действительно, государство делает очень многое для развития малого и среднего бизнеса. Но это ни в коем случае не дает нам право расслабляться и ничего не делать. Я считаю, чем больше разных инструментов поддержки предпринимателей, тем лучше. В нашу ассоциацию преимущественно входит малый и средний бизнес. Мы стараемся соединить его с аналогичными бизнесменами из-за рубежа для совместного дела. Тем самым мы привлекаем инвестиции в Россию, а также помогаем экспортно-ориентированным предприятиям.

— Долго добивались договоренностей с турецкими партнерами?   

— Мы к этому шли достаточно долго. Почти два года.

— Сбитый российский самолет в Сирии отразился на ходе ваших переговоров?

— Конечно. У нас из-за этого всё заморозилось. Изначально мы планировали подписать соглашение о партнерстве в 2015 году. Как только российско-турецкие взаимоотношения восстановились, мы возобновили переговоры о совместной скоординированной деятельности.

— Когда восстановились отношения, кто в этом  больше всего нуждался: вы в них или они в вас?  

— Не согласен с формулировкой вопроса. Сегодня мир глобален, ни одна страна не может закрыться и развиваться самостоятельно, существует глобальная взаимозависимость. Поэтому Россия и Турция в равной степени нуждаются друг в друге. В среднесрочной перспективе каждый партнер выиграет от этого взаимодействия и кооперации.

— Какая специфика базы их предпринимателей? Чем они занимаются?

— У них малый, средний и крупный бизнес. У них есть абсолютно все сферы бизнеса, за исключением запрещенных исламом видов деятельности, например, продажа алкоголя, игровые автоматы, выращивание свиней и т.д.

— Есть готовый пример вашего взаимодействия?

— Да. Есть первые плоды взаимодействия. Например, мы уже заключили соглашения с турецкими партнерами по поставке из России в Турцию молочной продукции и пшеницы. Со своей стороны они предложили нашим членам ряд выгодных проектов в области недвижимости.

— А кого вы рекомендуете турецкой ассоциации?

— Только членов и партнеров нашей ассоциации. Мы не благотворительная структура, чтобы помогать всем, но в то же время мы открыты для всех желающих работать с нами на обоюдовыгодных условиях.

— Когда организовалась ваша ассоциация и зачем?  

— Организация наша имеет истоки с 2005 года. У нас в Казани существует некоммерческое партнерство предпринимателей-мусульман — группа «Тархан». В неё входят 35 предпринимателей. Бизнес-ассоциация объединяет в своих рядах предпринимателей средней руки. Это, например, рестораны, торговля автомобилями, строительство, отделочные работы, сельское хозяйство, информационные технологии.

В 2011 году Духовное управление мусульман Татарстана выступило с инициативой создания федеральной организации, которая бы собрала под свои знамена мусульманских предпринимателей России. Естественно, мы сразу поддержали инициативу бывшего тогда муфтием Татарстана Илдуса хазрата Файзова. За основу был взят опыт группы «Тархан», однако Ассоциация предпринимателей-мусульман России (АПМ) и некоммерческое партнерство предпринимателей мусульман — группа «Тархан» сохранили юридическую независимость. Таким образом, при ДУМ РТ была создана АПМ, которая начала работу по объединению исламских бизнесменов страны.

— А что вы выиграли от того, что создали другую организацию?

— Мы не знали, как пойдет развитие АПМ. Поэтому не хотели все риски перекладывать на действующую структуру, хотели сохранить ей репутацию. У нас уже 11 лет существует группа «Тархан» и по милости Всевышнего благополучно работает и функционирует. На сегодняшний день группа «Тархан» —полноправный юридический член ассоциации.

— Что вы имеете в виду под рисками?

—Ассоциация тоже ведь проект, он может благополучно работать, а может и остановиться. На первых этапах становления ассоциации теоретически было возможно, что проект мог остановиться и увести за собой  действующий здоровый проект. Зачем это нужно? Поэтому мы разделили риски. «Тархан» шел своим путем, АПМ шла своим. В 2015 году мы объединили усилия и получили мощный синергетический эффект.

— В вашей ассоциации есть мусульманский компонент. А что он из себя представляет? Достаточно того, чтобы бизнесмен был только мусульманином?

— У нас специфика лишь в том, чтобы в структуре бизнеса наших членов не было харама, то есть запрещенных исламом вещей. Например, человек может заниматься сельским хозяйством. Это абсолютно халяльное направление, но если он выращивает свинину, то членом нашей ассоциации уже не может быть. Хотя вроде как он сельским хозяйством занимается, что по исламу разрешено.

Перед вступлением в нашу ассоциацию мы внимательно изучаем структуру бизнеса организации. Отсутствие харамной, то есть запрещенной деятельности очень важно для нас, по этим всем вопросам мы обращаемся к комитету халяль при ДУМ РТ. Мы на себя эту ответственность не берем. Это компетентный орган, который проверяет предприятие и выносит свой вердикт.

Скажем, у нас есть член ассоциации, у которого есть ИT-компания. Мы его проверили, у него нет в структуре бизнеса ни свинины,ни алкоголя, ни игровых автоматов. Мы ему разрешили стать членом нашей организации, помогаем развивать его направление, он также участвует в работе АПМ.

— У нас в России много муфтиятов. У каждого есть свой комитет халяль. Почему именно вы обращаетесь в татарстанский муфтият?

— Комитет халяль – член нашей организации. Мы им максимально предоставляем работу, услуги и блага. Поэтому если другие комитеты халяль станут членами нашей организации, то с удовольствием и с ними будем работать. Мы очень гордимся нашим сотрудничеством и дружбой с Духовным управлением мусульман Татарстана. Муфтий Камиль хазрат Самигуллин — наша опора, к нему мы зачастую обращаемся за советом и наставлением. Он не по годам очень рассудителен и мудр, настоящий духовный учитель и авторитетный предводитель мусульман республики.

— К вам могут вступить кредитные организации?

— Традиционные кредитные и финансовые организации не могут вступить в АПМ.  Мусульманам, как и представителям других традиционных конфессий, запрещено вступать и поддерживать ростовщические взаимоотношения. Сегодня в России начали открываться банки и финансовые учреждения, работающие на основе исламских норм экономики, естественно, эти организации являются нашими членами, мы с ними плотно работаем и помогаем им.

— Какие у вас членские взносы?

— У нас есть два варианта участия в жизни ассоциации: бесплатный и платный. Платное участие предполагает ежемесячный членский взнос в размере 5000 рублей. Один вид участия от другого отличается так же, как персональное обслуживание в банке. Например, человек приходит в Сбербанк, ему хочется что-то оплатить. Если он простой клиент Сбербанка, то нажимает кнопочку и получает талончик, 10-20 минут ждет очереди и потом подходит к окошку.

Кто хочет, чтобы его за ручку водили, вступают в «Сбербанк-премьер» или «Сбербанк 1». Здесь всё зависит от уровня привилегий, которые он хочет получить.

У нас то же самое. Бесплатное членство дает большой объем услуг сразу же с первой минуты, как предприниматель становится членом нашей ассоциации. Но если ты хочешь, чтобы тебя «водили за ручку», чтобы у тебя был персональный менеджер и круглосуточный доступ к исполнительной дирекции, которая будет прорабатывать и лоббировать каждый вопрос, то для этого необходимо платное членство.

— Как примерно происходит это лоббирование?    

— Например, у наших бизнесменов есть постоянная потребность в денежных оборотных средствах. У нашей ассоциации есть договорные отношения с тремя мусульманскими кредитными организациями: торговый дом «Амаль», Центр партнерского банкинга и финансовый дом «Саада».

⇒Рашид Низамеев: «На всю Россию всего три компании работают на постоянной основе с населением и бизнесом в сфере исламских финансов»

Мы им приводим члена нашей ассоциации и в зависимости от уровня его проекта выводим его на достаточный уровень, вплоть до руководства этих финансовых организаций. Они в индивидуальном плане создают для этого бизнесмена максимально комфортный режим получения оборотных средств. Они это и так осуществляют. Но когда человек приходит с улицы, долго работает механизм службы безопасности. А мы говорим, что это наш член ассоциации — уже проверенный и надежный. У нас как минимум в два-три раза ускоряется время получения оборотных средств. А, как известно, время – это не только деньги, но и самый важный ресурс.

— Как вы действуете за пределами Татарстана?

—Мы открыты в регионах России и за рубежом. В России у нас есть постоянные представительства в Москве, в Татарстане, Башкортостане, в Пермском крае, Оренбурге, Дагестане, Адыгее, Ингушетии, в Кировской области, Крыму и Севастополе. В ближайшее время у нас будет открыто представительство в Ямало-Ненецком автономном округе. За рубежом у нас открыто представительство в Турции, Кувейте, Катаре, Бахрейне, Литве, Бельгии, Люксембурге и в Нидерландах.

В начале следующего года намечено несколько открытий в странах Африки. Нами планируется обширная командировка.

— Где ваша штаб-квартира?

— Штаб-квартира в Москве, но «сервера» и «сердце» ассоциации в Казани. В Татарстане у нас около 300 членов.

— Исполнительный орган вашей ассоциации – это кто? Люди, которые сами занимаются бизнесом, или нанятые менеджеры?

— Нанятые менеджеры. Всего у нас шесть сотрудников в центральном офисе. Также дополнительно в каждом региональном представительстве есть свои четыре-шесть человек.

— С чем связано ваше присутствие в регионах, которые традиционно не относят к местам распространения ислама? Бельгия, Люксембург, Ямало-Ненецкий округ, например.

— Мусульмане, слава богу, есть везде. Особенности ведения мусульманского бизнеса практически везде одинаковы. Мусульманский фактор играет все большую роль в современном мире. Это огромный рынок, оценивающийся в сотни миллиардов долларов.

— Что можно выиграть в Ямало-Ненецком округе? По моим стереотипам, там только олени, нефть и газ.

—Этот регион — один из центров нефтяной и газовой добычи России. У них большая потребность в закупке продуктов, товаров и услуг. Этим Ямало-Ненецкий округ привлекателен для членов АПМ. Региону постоянно необходимы фрукты, овощи, халяльные сладости, торты, молочные продукты, куры и мясо-халяль. По неофициальной статистике до 30% населения Ханты-Мансийского автономного округа и Ямало-Ненецкого округа — это мусульмане.

— Как вы будете реагировать на предпринимателя, который входит в вашу ассоциацию, но дискредитировал себя и свой бизнес?

— У нас вице-президент ассоциации — Абдулла хазрат Адыгамов. Он казый Казани, хорошо и глубоко знает шариат. Также у него есть международная степень MBА. То есть он глубоко погружен одновременно как в исламские, так и экономические знания. Такого второго человека в России больше нет. Он наделен полномочиями третейского судьи при ассоциации. Если член дискредитирует ассоциацию, то наш казый ставит на голосование перед президиумом вопрос об исключении этого человека из организации.

Условно говоря, человек заявил, что не занимается свиноводством, а через год вскрылось обратное: колбасу делает из свинины. В таком случае вопрос об уходе ставится ребром.

— Расскажите о себе. Чем занимались до прихода в ассоциацию? Большая ли у вас семья?

— Я всю свою жизнь занимаюсь бизнесом: строительство, инвестиции, управление недвижимостью. В 2005 году мы с ребятами решили создать группу предпринимателей «Тархан». До сих пор она благополучно существует. Мы с 2005 года каждую неделю собираемся по понедельникам уже 11 лет.

У меня несколько высших образований: первое базовое — юридический факультет Казанского университета, потом финансовый институт — бывший КГФЭИ. Также у меня есть степень MBA. Сейчас получаю образование в Российском исламском университете — 4-й курс, шариатский факультет.

Я родом из Казани, мне 44 года. Я отец трех детей, женат. В исламе я был всегда, но плотно практиковать религиозные нормы начал с 2004 года.

 

КОММЕНТАРИИ (12)
Казанец
Не планируют ли создать Ассоциацию светских предпринимателей, т.е. тех людей, которые не будут делать выгоду на религии и пиариться на вере в Бога?
0
ОТВЕТИТЬ
Маша
Прэлесть
0
ОТВЕТИТЬ
Элария
Ах, какой бицепс большущий!
0
ОТВЕТИТЬ
Артем
А Миронов ещё не вступил в эту ассоциацию?
0
ОТВЕТИТЬ
Вася
Ц мусульман довольно тесные общины, это сразу заметно. Помощь и взаимодействие это хорошо. Правда, опять пропадает честная и здоровая конкуренция в бизнесе))
0
ОТВЕТИТЬ
Пумба
Еще и по пять тыщ собирают…похоже очень на спекуляции на вере.
0
ОТВЕТИТЬ
Альфред
Отличная ассоциация. Много о ней слышал. Моему другу они реально помогли в бизнесе. Успехов вам АПМ РФ
0
ОТВЕТИТЬ
Динара
Незная канонов не нужно судить.
0
ОТВЕТИТЬ
Динара
Не знаете канонов не судите.
0
ОТВЕТИТЬ
Ильшат абы
Это очень хорошие ребята ! Работа и еще общественная отнимает много времени ! Требует само отдачи и внимания . Они ведут здоровый образ жизни и не забывают традиции добра ! Удачи им !!!
0
ОТВЕТИТЬ
Магомед Герасиев
Я бы так сказал! что такая тема давно нужна, и что ребята стараются в чем я и желаю помощи Всевышнего Творца! Глобальным бизнес проектом, в исламских канонах, бизнес сообщество приведет к развитию мусульман!
0
ОТВЕТИТЬ
Якуб
Вагрызском районе работал медресе в деревне Иж Буби в нем в одно время обучалось до 600 шакирдов их содержали мусульманские бизнесмены того времени а медресе в Нурлатском районе д Кизлэу где обучались Габдрахман Утыз Имэни Ризиатдин Фахретдин и большой знаток ислама проработавший более 20 лет в мечети им Ш Марджани до 1995 года 120 летие которого отметили у него на родине д Кульбаево Мараса летом 2016 года шакирдами которого являются почти все муфтии РФ Словом доброе начало а цыплят будем считать осенью удачи и процветание в ваших благих делах Дорогу осилит Идущий
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое

Артур Абдульзянов, «Зарница»: «Мы составим конкуренцию Lego, начав изготовление конструктора с татарстанским лицом»

Вторая часть интервью с генеральным директором производственного объединения «Зарница», депутатом Госсовета РТ
Экономика 07:45 / 1 ноября 2016
15

 Беседовала Кристина Иванова

Парк ДК Химиков — любимый в нашей семье. Ребенок фанатеет от качелей, на которых можно кататься с взрослыми и «запускать» папу в космос.

У гендиректора производственного объединения «Зарница», депутата Госсовета РТ, председателя Федерации автошкол республики Артура Абдульзянова оригинальное оформление этого парка в химической стилистике — предмет гордости. Для казанцев же «Зарница» в первую очередь ассоциируется с детским научно-развлекательным центром на стадионе Kazan Arena. В интервью KazanFirst он рассказывает о будущем робопарке «Кибернетикум» и всероссийском проекте детских технопарков.

Перед интервью нам с фотографом организуют полуторачасовую экскурсию по цехам. Повсюду плакаты с лозунгами советских лет. «Быстро, качественно, дешево» — точно не потерял актуальности. На предприятии — полный замкнутый цикл: от разработки инженерной идеи до ее воплощения и производства. Нам показывают тренажер «Камаз» с пневматическими цилиндрами вместо колес — когда водитель садится за руль, у него возникает полное ощущение, будто он едет по дороге с ухабами. Такие тренажеры поставляются МЧС для экономии топлива и расходных материалов — виртуальный тест-драйв имитирует вождение реального грузовика. Цена тренажера — более 1 млн рублей.

⇒ Артур Абдульзянов: «Мы заключили контракт с Денисом Осокиным и будем снимать фильм в Казани с участием Гришковца»

В шоуруме — линейка продукции, производимой «Зарницей». Из новинок — стрелковый тренажер для силовых структур с полной имитацией выстрела. Повсюду стоят манекены с имитацией человеческой ткани, например, для тренировок  введения инъекций. На манекене с именем Искандер можно учиться извлекать инородное тело из глотки. На днях один из мастеров завершает ювелирную работу по сборке крейсера «Дмитрий Донской» с исторической достоверностью — модель нужна для экспозиции на выставке.

________________________________________

ООО «Производственное объединение “Зарница”» специализируется на учебном оборудовании. Здесь 15 направлений: детский сад, школа, учебное лабораторное оборудование, ПДД для детей, детские автогородки, конкурс «Безопасное колесо», автошкола и автодром, начальная военная подготовка, пожарная безопасность, учебное оборудование для МВД, подготовка ж/д специалистов, нефтегазовая и горная отрасль, таможенное дело, доступная среда, медицинское учебное оборудование.

________________________________________

— Сразу бросается в глаза советский дух на производстве — везде развешены агитплакаты того времени, лозунги… 

— Это нужные правила, которые уже, к сожалению, уходят — дешевле, качественнее, быстрее. Времена меняются, но законы экономики только трансформируются, приходят к единому знаменателю — нам сейчас нужны и качество, и эффективность.

— Но вся эта стилистика — больше дань ностальгии или тому, что в советские времена было хорошее качество и низкие цены, и вы последователи этого подхода?

— Я был пионером и комсомольцем. Я сентиментальный человек и вывел внутреннюю корпоративную агитационную составляющую на уровень того времени. В наше время нет идейных вдохновителей к труду, нет нового опыта — мы его только сейчас формируем. Новое пробивается, опираясь на прошлые заслуги и решения, историю, традиции. Если нет опоры, то идти сложнее. Но эту опору мы трансформируем на наше время. Я думаю, нам это удалось.

— Мы прошлись с экскурсией по кластеру зданий в поселке Левченко. Сделанное впечатляет. С чего все начиналось?

— Здесь раньше располагалось второе здание объединения «Тасма», желатинового завода. Когда мы сюда пришли в 2005 году, то здесь было все в развалинах — царила полная разруха. Мы восстановили шесть объектов, два еще в процессе. В Левченко мы занимаем общую площадь 25 000 кв. м. Из них запущено в эксплуатацию порядка 20 000, еще 5 000 находятся в процессе капитального строительства. Один из этих объектов строится специально под направление профессиональной медицины.

— Что сейчас представляет собой «Зарница»?

— «Зарница» сегодня — это фабрика учебного оборудования. Мы производим учебное оборудование, посредством которого граждане могут защитить себя от техногенных катастроф, катаклизмов, обезопасить себя на дороге, изучить правила дорожного движения, пожарной безопасности, жизнедеятельности. Человек посредством своих знаний создает иммунитет безопасности. В наше время это очень важно — мы работаем по направлению антитерроризм, у нас есть интересные охранные комплексы, мы поставляем оборудование в МЧС и Росатом. У нас в клиентах РЖД, министерства здравоохранения, образования — они нас все знают благодаря тому, что мы единственные в России, кто производит учебное оборудование сразу по нескольким направлениям.

— По скольким направлениям вы сейчас работаете? 15-ти?

— Да. Наше недавнее направление — профессиональная медицина. Все тренажеры и симуляторы, которые применялись в России, ранее для этих целей завозились из Германии, Италии, Японии, Америки. Когда мы первый раз поставили наше оборудование в Екатеринбургский университет, а это были тренажеры с имитацией человеческой кожи для тренировок введения инъекций, они не могли поверить, что в России начали производить их.

— Это когда было?

— Около года назад. Второе очень важное и новое для нас направление — робототехника. На прошлой неделе мы подписали соглашение о вступлении в особую экономическую зону «Иннополис» как резиденты. В кабмине президент [Татарстана Рустам Минниханов] утвердил нас как компанию с нужным потенциалом, способную решать важные правительственные задачи, связанные с экономическим и стратегическим развитием республики.

В «Иннополисе» мы откроем свое дополнительное подразделение. Оно будет связано с робототехникой. Вроде бы о роботах много говорят в стране, а на самом деле практически никто в России их не производит — все роботы иностранного производства. И мы взялись за эту проблему. Мы будем выпускать оборудование, связанное с обучением специалистов, которые работают на предприятиях с роботами-манипуляторами. Мы готовим учебно-лабораторный комплекс, с чем и заявились в «Иннополис». Выработаем программное обеспечение, методику, с помощью которых будем готовить своих специалистов для промышленности России, чтобы они могли обслуживать эти машины.

Сейчас они этому не обучены — им поставили роботов-манипуляторов, а как обслуживать — чуть что, вызывают иностранных специалистов. Мы также стремимся к тому, чтобы закрыть в этом направлении обучения студентов вузов, ссузов и школьников. Мы хотим не то что составить конкуренцию Lego (LEGO Mindstorms — конструктор, набор сопрягаемых деталей и электронных блоков для создания программируемого робота), но сделать продукт не хуже, который будет иметь свое, татарстанское лицо.

— Вы имеете в виду конструктор?

— Да, конструктор. Он будет с большим функционалом, чем Lego. Lego завязан на детей младшего возраста. У нас будет посерьезнее программное обеспечение, дополнительные функции. Думаю, в феврале-марте следующего года начнем  презентовать наши разработки. Это сложно — специалистов практически нет, федеральных стандартов не существует. Мы работаем с Министерством образования России, совместно разрабатываем программы. Направление прогрессивное, связанное с развитием экономики, и нужно шаги первые делать. А если мы будем делать первые шаги с прямой зависимостью от импортных комплектующих, к чему мы придем? Так что президент РТ отнесся к этому вопросу с пониманием и открыл нам прямую дорогу в резидентство «Иннополиса», где у нас будут большие возможности в этой сфере.

— А как ваше новое направление затронет школьников?

— В январе [на стадионе] Kazan Arena мы откроем еще один центр — на этот раз по робототехнике. Он будет называться «Кибернетикум». Рассчитан на посещение детьми от 5 до 16 лет. Дети здесь станут учиться по методике, разработанной в «Иннополисе», а оборудование будет изготавливаться в «Зарнице». В помещениях под «Кибернетикум» уже ведется серьезный ремонт. Центр займет порядка 450 кв. м. В России нет роботоцентров с такой площадью.

— Раз открытие намечено на январь, значит, оборудование уже изготавливается?

— Да, у нас уже есть пилотные опытные образцы. Для детского центра мы изготавливаем робота-манипулятора, который снабжен лабораторными установками. Робот будет в разрезе, дети смогут узнать, из чего он состоит. Будут мини-роботы, на которых дети смогут учиться программированию. Да, может быть, роботы поначалу не будут такими совершенными, но отставать от импортных аналогов точно не будут.

— Это будет больше развлекательный центр как «Зарница» или как кружок робототехники?

— Там будет вестись кружковая работа. Помимо робототехники будут проходить занятия по авиамоделированию, судостроению. Мы выступим в качестве дочернего обучающего центра по подготовке будущих специалистов, начиная с 5-летнего возраста. Важно увлечь детей. Когда их заставляют учиться, поле для принятия информации у них не открыто. А здесь все будет проходить в развлекательной форме. Но нам еще придется формировать учебные курсы для преподавателей, которых в этой сфере пока очень мало. Это колоссальная работа, тяжелый пласт.

Обычно все заканчивается покупкой Lego и преподавателем, который хоть мало-мальски разбирается в предмете. У нас будет целый учебный план и специальная программа.

— Ваши планы выходят за пределы Казани?

— Мы планируем открыть детский центр и в Набережных Челнах. Там он будет представлен как наукоград — дети смогут изучать физические, химические опыты, правила дорожного движения, поведения при пожаре, оказание первой медицинской помощи и многое другое. Мы делаем акцент на увлекательной форме подачи материала. Когда из центра «Зарница» в Kazan Arena забирают детей, они плачут — хотят остаться. Вот бы в школе так!

— Когда центр в Челнах собираетесь открывать?

— Пока идут переговоры. Мы ищем помещение, нам нужна поддержка, потому что это проект социальный. Как и «Кибернетикум». Для нас это как площадка для испытания оборудования и показатель того, что мы в дальнейшем сможем открыть такие центры в других городах, а наши заказчики представлены от Калининграда до Владивостока.

— Путину на недавнем форуме «Деловой России» не удалось презентовать свой проект детских технопарков в подтрибунных помещениях футбольных стадионов после ЧМ-2018?

— Да, не сложилось. Но этот проект на контроле у помощника президента России Андрея Белоусова. Я думаю, после чемпионата мира мы доведем проект до конца и будем воплощать его в жизнь на территории России.

— Какое из направлений вашей работы сейчас максимально востребовано?

— По программе оснащения колледжей учебным оборудованием в этом году финансирование снизилось. Так что мы активнее идем по профессиональной медицине — изготавливаем тренажеры, симуляторы, манекены по оказанию первой помощи. Сейчас это направление востребовано и в военных структурах. Мы также исполняем ФЦП по безопасности дорожного движения, пожарной безопасности.

По программе «Юнармия» мы делаем электронные тиры с отдачей. Для уроков ОБЖ — очень много манекенов по оказанию первой помощи. Когда иностранцы изготавливают манекены, они получаются такими страшными, будто уже окочурились, а им оказывают помощь в пугающем для оказывающего состоянии. Мы же сделали манекены улыбающимися, с глазами, в париках — они же должны быть похожими на людей.

— А для оборонки что делаете?

— Для Росатома изготовили уникальную интерактивную установку, для МЧС — теплодымокамеры.

— Можете вспомнить самый дорогостоящий и сложновыполнимый заказ за последнее время?

— Для Росатома в прошлом году изготовили установку по пожарной безопасности со сложным программным обеспечением стоимостью 28 млн рублей. У нас работают 280 инженеров, 60 айтишников-программистов, поэтому мы можем изготовить сложный продукт, не имеющий аналогов.

А всего у вас сколько сотрудников?

— 675.

А инженеров откуда привлекаете?

— Буквально по крупицам собираем отовсюду. Их практически нет. Студенты слабые идут из технических вузов. Их приходится тут воспитывать — у них не то, что знаний, даже дисциплины нет.

— В прошлом году вы участвовали в президентской программе парков и скверов. Как вам этот опыт?

— В Муслюмово, Мамадыше, Бугульме, Зеленодольске и Казани мы строили детские площадки. Никто кроме нас в стране не делает детские площадки по авторским разработкам. Мы совместно работали с [внештатным помощником президента РТ по паркам и скверам] Наталией Фишман, ее команда вдохновляла нас. Мы сложно и кропотливо работали. Площадки получились неплохие, достойного качества. Но остался задел, что мы можем сделать еще лучше. Безупречной получилась площадка в ДК Химиков в виде химических колб и с соответствующими теме атрибутами. Мы уже сейчас готовимся к следующей программе — будем делать масштабный, не имеющий аналогов проект. Площадку под него утвердят в декабре-январе. Детская площадка будет очень оригинальной, нам нужно свое лицо — копировать у других у нас нет желания.

— Как испытывают оборудование для детей?

— Во-первых, все изготавливается по ГОСТу. Мы строго придерживаемся стандартов, но меняем форму, цвет, элементы, которые и придают площадке уникальность. Главное,  чтобы ребенку было безопасно и комфортно. Также должно быть обязательно представлено оборудование для людей с ограниченными возможностями здоровья.

Мы чувствуем себя уверенно на рынке, потому что реализуем сразу несколько направлений. Если «карусельный» период стагнирует, мы перебрасываем людей на изготовление оборудования по безопасности дорожного движения, пожарной безопасности. Летом все усилия кидаем на строительство автогородков — практически по всей стране они построены нами. Больше 200 городков мы точно построили — они есть почти в каждом региональном центре.

— Какой сейчас оборот компании?

— На уровне прошлого года. В год у нас бывает порядка 200 государственных контрактов.

— Несколько лет из Татарстана у вас шло всего 3% заказов. А сейчас?

— Уже порядка 20%. За счет программы парков и скверов, оборудования ресурсных центров.

— Можете вспомнить, с чего начинался ваш бизнес?

— Когда я женился в 1993 году, нам подарили 15 000 «свадебных» денег. Вроде бы немаленькие деньги, но джинсы-варенки стоили 9 000 рублей, мне и на кепку еще хватало. Но я решил идти другим путем. Когда я начинал бизнес, то был одним из предпринимателей Кировского района. Я имел свидетельство частного предпринимателя за номером 2. Не знаю даже, кто был первым, но я был вторым. Начинали бизнес мы с изготовления интересных китайских картин со мхом, корой.

— На что в итоге истратили эти 15 000?

— Купил разные материалы, фанеру, из которых делали китайские картины и поставляли в магазин «Юность». Тогда был глубочайший дефицит, в магазинах — пустые прилавки, и даже наши картины пользовались спросом.

Как-то директор школы, в которой я учился, попросил меня оформить классы. Я был художником-оформителем, окончил художественную школу. Моя работа директору очень понравилась. С тех пор мы стали оформлять школьные классы, изготавливать стенды по физике, химии, другим предметам. В том же школьном подвале арендовали цех. Потом мы придумали подсвечивать стенды и делать их электронными, да еще и с пультом дистанционного управления, а тогда только телевизоры с пультами стали появляться. Потом мы начали изготавливать магнитные доски. А вскоре пошли заказы из Москвы — помню, первый был на 25 000 рублей. У нас тогда годовой оборот был 100 000 рублей, а тут один заказ на 25 000. С тех пор все пошло-поехало. Потом я понял, что надо развивать другие направления, диверсифицировать производство. Нас в то время поддержала ГИБДД РТ в лице Рифката Минниханова — он одним из первых в стране начал внедрять классы по безопасности дорожного движения со световыми табло, автогородками, магнитными досками в виде машинок.

КОММЕНТАРИИ (16)
Артём
Инновации вот где-то рядом же есть
0
ОТВЕТИТЬ
Олег
Интересно, а какие проблемы есть на предприятии. Не бывает же так, что совсем нет проблем.
0
ОТВЕТИТЬ
Петрович
А какая средняя зарплата у работников?
0
ОТВЕТИТЬ
Пумба
ага, еще можно вместо покемон го сделать приложение поймай шурале
0
ОТВЕТИТЬ
Кубик
вообще интересными и полезными делами на зарнице занимаются, судя по интервью…
0
ОТВЕТИТЬ
Таня
Работаю тут . проблем море.
0
ОТВЕТИТЬ
Ильдар
Неприятный, непорядочный, человек.
0
ОТВЕТИТЬ
Артём
Ильдар, а можете обосновать свои слова, пожалуйста?
0
Антон
Как же вы правы!!!!!!!!
0
Аноним
«Мы составим конкуренцию Lego, начав изготовление конструктора с татарстанским лицом» С этим в КВНе можно выступать.
0
ОТВЕТИТЬ
Тимур
Если за счет государства — то знаете как покупать будут :)))
0
Сергей
Артур, капитализация фирмы «Lego» порядка 18-20 миллиардов долларов. Это одно из самых технологичных мировых производств. И где находится «Зарница»? Все эти тренажеры,выпускаемые Вашей фирмой, это все вчерашний день, прошлый век, не в обиду будет сказано. Весь успех Вашей фирмы — это аффилированность с бюджетом. Поэтому вы никогда и близко не приблизитесь к «Лего». Так что прежде чем что то говорить, надо изучить матчасть и Вы не оконфузитесь, оставив о себе впечатление недалекого человека.
0
ОТВЕТИТЬ
Елена
Сергей, а кто вы интересно? Вы открыли большое предприятие например где работает полтысячи людей, или может быть построили детский центр, аналогов которому нет в России. Легко критиковать. К сожалению, таких как вы в нашей стране тысячи, которые могут только писать в интернете, а сами сидят с толстым пузом и попивают пиво возле ящика. С глубоким уважением я отношусь к людям, которые в нашей стране развивают бизнес, да еще и связанный с учебным оборудованием, не вывозят свое бабло за рубеж, не вкладывают в пивные ларьки, которые снабжают необходимых таких как Сергей! А делают, не боятся делать! Конечно как и на любом предприятии есть проблемы. И без афеллированости не обойтись, а в нашей стране иначе не выжить. Но то что человек делает, а не болтает как Сергей, уже за это можно его уважать
0
ОТВЕТИТЬ
Роман
Все правильно. Работаю тут и после 10 лет опыта работы в разных компаниях, корпоративный дух компании, социальный пакет для сотрудников не видел аналогов нигде. Мне нравится, у нашего руководства, можно учиться и нужно! Всегда есть недовольные люди, без них никуда. Значит есть к чему стремиться. Пределу совершенства нет. «Генералы диванных войск» всегда будут. Мне очень нравится тут и мне не платят огромных денег, так же вставляют за косяки, но есть на кого ровняться и будем это делать. Мы одна, большая семья. Удачи Зарнице, все еще впереди!
0
Сергей
Смешно читать «заряженные» посты в защиту героя репортажа. Один и тот же стиль.
0
ОТВЕТИТЬ
Сергей
Роман, ты смешон.
0
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
самое читаемое
наверх