Депутат горсовета Челнов Николай Атласов: «Пора перестать рассматривать мусор как то, что срочно необходимо выкинуть, вывезти, закопать в землю, а взглянуть на него как на источник сырья и материальных благ»

Бизнесмен, руководитель компании «Проминдустрия» Николай Атласов рассказал в интервью KazanFirst о своем видении решения наболевших мусорных проблем
Общество 15:24 / 20 марта
2

Михаил Ляпунов ― Набережные Челны

Депутат горсовета Набережных Челнов Николай Атласов ― один из немногих в Татарстане, кто на своем предприятии занимается переработкой вторичных материальных ресурсов. В интервью KazanFirst он рассказал, в чем разница между сортировкой и переработкой, как научить жителей России раздельному сбору и почему сортировать мусор может быть выгодно даже крупным промышленным предприятиям.

2017 год объявлен Годом экологии в России. Государство начало войну против мусорных свалок, говорит Атласов.

— Считаю, что в борьбе за цивилизованное обращение с отходами все средства хороши. Свалки продолжают занимать всё больше земельных участков. Наша с вами задача ― снижать воздействие на окружающую среду всеми возможными способами.

Поэтому переработка отходов выходит на первый план. Приоритетная задача, определенная правительством, ― создание комфортной среды для граждан страны. Невозможно создать действительно полноценные экологически безопасные условия без четко выстроенной схемы переработки различного мусора.

Важно различать между собой два понятия: мусоропереработка и мусоросортировка. Эти направления взаимодополняют друг друга, но при этом мусоросортировка ― лишь этап подготовки сырья к переработке. Вторую жизнь дает именно мусоропереработка.

Сейчас в России акцент делается на создании комплексов по мусоросортировке, но при этом незначительное внимание уделяется теме переработки. Зачастую эти производства в состоянии отсортировать до 100% мусора, но по причине отсутствия покупательской способности со стороны переработчиков не могут это сделать, что является большой проблемой.

Порой отдельные чиновники употребляют термин «утилизация», не понимая, что на самом деле он означает. Необходима четкая классификация работ по обращению с отходами. Наше общество должно различать понятия: захоронение, обезвреживание, утилизация, обработка, переработка, транспортировка отходов.

Поступательно двигаясь вверх, государство не должно забывать, что каждый процесс, начиная с мусороудаления, тянет за собой ряд операций и на каждом этапе возможности отраслевиков разные. В республике достаточно хорошо отлажена система сбора, транспортировки и захоронения отходов производства и потребления. И, действительно, в ней появились свои профессионалы, которые выстроили оптимальные логистические, финансовые и иные схемы.

Сейчас отрасль, завязанная на переработке отходов, находится на пути становления. И важно безотлагательно встроить её в существующие схемы по мусороудалению. Пора перестать рассматривать мусор как то, что срочно необходимо выкинуть, вывезти, закопать в землю, а взглянуть на него как на источник сырья и материальных благ.

Макулатура, пластик, металл, стекло, органические отходы способны генерировать добавленную стоимость, прибыль предприятий, рабочие места. При этом наша земля вздохнет чистым дыханием, будет радовать уютными природными пейзажами, хрустальными реками и озерами.

― Что нужно для этого?

― Экологический успех по решению проблемы утилизации мусора зависит от слаженных действий государства, отраслевиков, связанных со сбором, транспортировкой, захоронением, сортировкой и переработкой мусора.

Исторический опыт у страны есть, успешные реализованные кейсы есть ― они родились благодаря активной пропагандистской и слаженной работе Советского государства, которое воспитывало экологическую культуру в области обращения с макулатурой и металлоломом.

По всей стране были созданы картонно-бумажные, металлургические комбинаты, которые стали гордостью страны, там сегодня успешно реализуются заложенные ещё в советское время примеры правильной утилизации этих видов сырья.

Все мы помним времена, когда осуществлялся прием стеклотары, работали магазины «Стимул», где за сданное вторичное сырье приобретался дефицитный товар, пионеры собирали макулатуру и металлолом. А что мешает сейчас нам тоже запускать образовательные проекты по извлечению иных видов сырья из коммунальных и производственных отходов для создания современных новых производств? Ответ: нужна государственная политика, которая включает в себя: срочное принятие необходимых нормативных актов, образование, культуру, желание заниматься этим вопросом на местах. Сейчас этого, к сожалению, нет. Нужны идеологические локомотивы этого процесса.

__________________________________________________________________

В прошлом году утверждены законодательные изменения, в соответствии с которыми вводится запрет на захоронение отходов, пригодных для вторичного использования. На недавнем заседании Госсовета России принято решение внести в законодательство изменения, направленные на стимулирование сферы переработки отходов. Идея дать отходам вторую жизнь становится доминирующим трендом

__________________________________________________________________

Население республики готово раздельно собирать мусор, главное ― создать необходимую инфраструктуру, но чиновники пока стараются отмахиваться от этой идеи.

Считаю необходимым поэтапно внедрять путем принятия необходимых законов и подзаконных актов, постановлений раздельный сбор отходов в местах их образования. На первом этапе, на мой взгляд, нужно внедрить раздельный сбор мусора во всех государственных и муниципальных органах. В основном отходы госучреждений, минуя переработку, направляются прямиком на свалку, в том числе огромное количество бумаги. На втором этапе надо внедрить селективный сбор в жилых микрорайонах. Однако первый и второй этапы могут идти параллельно друг другу.

Необходимо обратиться к европейскому опыту. Там предприятия, которые занимаются переработкой вторсырья, получают субсидии от государства. Также работают дотации предприятиям, которые выпускают упаковку с содержанием в своем составе вторсырья.

Фото: ТАСС Ι Зураб Джавахадзе

― Что кроме пропаганды нужно, чтобы жители России начали селективно собирать мусор?

— Необходимы законодательные инициативы. Сейчас большинство, вне зависимости от того, сколько образовалось отходов, платит фиксированную сумму за вывоз ТКО. Если мусора, который вывозится на свалки, станет меньше за счет селективного сбора, то это должно отразиться в платежках за услуги ЖКХ. В Европе пошли по этому пути, ничего гениального изобретать не надо. Все механизмы уже придуманы.

Сортировка мусора даст не только прямые, но и косвенные доходы. Полимерные гранулы, произведенные на моем предприятии из отходов полиэтилена, на 30% ниже по стоимости, чем первичное сырье. Стоимость картона также различается в зависимости от того, из какого сырья он был выпущен. Это положительно сказывается на цене готовых изделий, товаров народного потребления.

Ещё один из плюсов ― патриотическое воспитание и соревновательный дух. Старшее поколение помнит, с каким энтузиазмом в Советском Союзе проводились сборы макулатуры и металлолома. Инициировались соревнования между школами и классами. Этот опыт оказывал позитивное влияние и на патриотизм, на становление личности в будущем, выявлял, в том числе, и лидерские качества.

Пожалуй, последнее, но от этого не менее значимое: при селективном сборе мусора полиэтилен, другие ресурсы, которые могут оказаться на свалке и отравлять окружающую среду длительный срок, идут в переработку, экология не страдает. Сохраняя экологию, мы сохраняем здоровье себе, своим родным, близким.

Вместе мы сможем пройти этот тяжелый, но позитивный путь. Научившись раздельно собирать и перерабатывать отходы, мы сохраним устойчивую тенденцию на увеличение продолжительности жизни, здоровья и долголетия наших с вами сограждан.

⇒«Эти вещи очень часто заканчиваются глубоким фиаско»: в правительстве Татарстана решились на радикальную реформу рынка твердых бытовых отходов

 

КОММЕНТАРИИ (10)
Олег
То есть никаких мусоросжигающих заводов? Только переработка?
0
ОТВЕТИТЬ
Тимур
Атласов один из адекватных людей в нашей республике — предлагает важную и нужную вещь, хоть и сложно реализовать её, но стремиться нужно
0
ОТВЕТИТЬ
Рим
Такое впечатление будто он один такой. А кругом одни дебилы ходят. Ничего особенного.
0
Олег
Может и не один, но только он не стесняется сказать об этом. Остальные молчат как то
0
Зайнур
Вы знаете, я вот готов собирать раздельно, если это дешевле будет реально
0
ОТВЕТИТЬ
Дороже
В том-то и дело, что это будет дороже. А у нас народ за копейку удавиться готов
0
Бабай
идея правильная, но в племенах варваров принято кидать кости через плечо, а там собаки подберут, так что у нас вряд ли все это воплотится в реальность
0
ОТВЕТИТЬ
Ризван
Не переплюнуть ему наше КБК. Кишка тонка
0
ОТВЕТИТЬ
Петр
А зачем ему кбк переплевывать? Вроде общее дело делают. Он туда картон так то поставляет…
0
Просто так
Вообще-то николай с челнинским КБК сотрудничает. Вместе акции проводят экологические.
0
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ

«То, что сейчас одевается на никах, – точная восточная культура. Это не относится к татарской культуре», — рассказывает дизайнер сценической татарской одежды Нурия Зарипова

О том, что такое стилизованная татарская одежда и как у нас развита национальная индустрия, в интервью KazanFirst
Общество 09:44 / 12 марта
5

Дария Ярхамова — Казань

В Казани не так много дизайнеров национальной татарской одежды. А если журналист их находит, то они, как правило, начинают проявлять недовольство тематикой беседы для обычного издания с фактологической нацеленностью. А некоторые и вовсе могут счесть вопросы журналиста неуместными для ремесленника, художника.

Нурия Зарипова — дизайнер стилизованных национально-татарских платьев и аксессуаров. Еще она изготавливает сценическую татарскую одежду. О том, развита ли в республике национальная индустрия, как помочь Татарстану завоевать подиум высокой моды и можно ли сделать единичную продукцию массовой, она рассказывает в интервью KazanFirst.

— С чего вы начали производство национальной одежды?

—  В детстве я очень много рисовала: костюмы, платья, аксессуары. Всегда тянулась к национальным татарским традициям. После института я начала рисовать костюмы с использованием национального орнамента.  Самая первая моя коллекция называется «Пробуждение корней». Она так названа, потому что в генах сидит осознание: «Я — татарка», которое в один момент пробуждается. В коллекции пять комплектов. Это история девушки в костюмах.

— Это были платья для никаха?

— Нет, это вещи сценического характера. Но в них скрыта мудрость и наше наследие, основанное на татарской мифологии. До того как мы стали мусульманами, мы были язычниками. Мы имели такие символы, как Зилант, Солярис, птица Умай. Наши предки поклонялись им. Воплощение этих символов я перевела в костюмы.

— Сколько платьев было в каждом комплекте?

— Один комплект — одно платье. Просто комплект — это целый ансамбль, включающий головной убор и все аксессуары. Другими словами, комплект — это полный образ.

Первый — это птица Умай. В него входит юбка, верхняя одежда, головной убор, украшения. Второй – Зилант. Также комплекты образа Соляриса и Ветра Перемен.

История такова: парень с девушкой встречаются, знакомятся. У них зарождается любовь. Эту историю можно увидеть в моих орнаментах.

— Где была показана ваша первая коллекция?

— Я участвовала с ней в конкурсе «Этномириада», заняла второе место. Публика была немножко не готова. Нужно глубоко изучить мифологию и историю, чтобы воспринимать эту коллекцию как национальную.

90% людей не знают своей истории, своих корней и своего наследия. Когда ты начинаешь им показывать коллекцию, они не совсем понимают, что это вообще относится к татарскому. Например, в этой коллекции у меня платья с открытыми рукавами. Это просто образы мифологических символов.

После конкурса я начала заниматься своим вторым проектом — «Национальный». Это большой проект по сохранению и развитию нашего наследия, объединяющий национальных производителей, ремесленников.

— Вы изготавливаете одежду только для подиума или у вас есть и повседневные вещи?

— На сегодня повседневного и массового продукта еще нет, но я очень активно над этим работаю. Сейчас у меня есть сценическая одежда, есть платья для никаха. Именно татар никах күлмәкләре (татарские платья для никаха). Я призываю девочек, чтобы они стремились хотя бы на никах одевать одежду в татарских традициях. Я считаю, что если мы не будем сохранять свою культуру, мы потеряем свое наследие.

— Разве сейчас одевают на никах что-то вне татарских традиций?

— На никах одевают только платок и просто платья. Но дело в том, что у нас так платок не завязывали. У нас всегда был калфак. У нас всегда была женская тюбетейка и шаль. Шаль  — это большой платок, который завязывался определенным образом. То, что сейчас одевается на никах, – точная восточная культура, это не относится к татарской культуре.

— В чем особенность ваших платьев для никаха?

— Головные уборы приближены к нашим традиционным. Присутствует традиционная вышивка, но нетрадиционные композиция, подача. Есть украшения. Я сотрудничаю с признанным ювелиром Рафкатом Мухаметшиным. Вдохновившись этими украшениями, я создала эскиз для вышивки. А после у меня родился эскиз росписи по шелку. Техника называется батик, шелк расписывают специальными красками.

— Сколько времени нужно, чтобы изготовить одно платье?

— Могу сказать, что сшить платье можно в хорошем качестве за неделю. Но месяц может уйти на то, чтобы его создать в голове. А на самом деле и годы, потому что можно идеально сшить вещь, но если она не будет гармонично сочетаться или будет плохо продумана, то ее никто не будет носить.

Я умею шить и вышивать, но архитектор не кладет кирпичи. Он делает проект. Есть архитектор, а есть строители. Есть дизайнер, художник по костюмам, а есть мастера, которые это делают. Каждый человек должен получать удовольствие от своей работы. Я делаю эскизы, продумываю цветовую палитру, подбираю ткани. Я получаю от этого удовольствие, и это отражается на моих работах. У меня есть швея, которая в восторге от того, что она шьет. Есть вышивальщица, которая получает наслаждение от процесса вышивания. Если мастер с удовольствием делает свое дело, то его продукт пропитывается определенной энергетикой.

Первую коллекцию я отшивала в Бугульме, вторую в Казани. Стоит отметить, что казанские мастера — большие профессионалы своего дела.

— Где вы закупаете ткани?

— Всегда по-разному, но самый лучший шелк — это традиционный китайский. Я ездила в Китай и привезла оттуда небольшой метраж. Сейчас все заказываю в интернете. Традиционные китайские вещи очень дорогие. Китайский шелк зародился там же, традиционно его там и производят. Он дорогой, как и китайский фарфор или китайская шелковая вышивка.  Цена зависит от классификации ткани и от того, сколько там присутствует шелка. Есть шелковый бархат, есть шелковый шифон и шелковый атлас, есть шелковый крепдешин. В среднем от 1 000 рублей за метр и выше. Если розничная цена, то может быть даже 3 500 за метр.

Всё традиционное — очень дорогое, искусно выполненное и очень качественное.

— Сколько ткани нужно на одно платье?

— В зависимости от кроя. Может уйти от двух до пяти метров на платье.

— Сколько нужно человек на пошив одного образа в среднем?

— Вышивальщик, художник, швея, я и ювелир. Всего пять человек. Если нужно еще изготавливать обувь к образу, то от шести человек и больше.

— Ювелир сам придумывает дизайн украшения или вы ему подсказываете?

— Я использую уже созданные им изделия, потому что он мастер по изготовлению традиционных украшений. На сегодняшний день я сотрудничаю с ним по схеме: он вводит традиционную вещь в образ, я ввожу традиционные элементы и сочетаю их со стилизованными вещами.

— Какой металл, камни используются для украшений?

— В основном это серебро. Камни — бирюза и коралл.

— У вас очень высокозатратное производство. Какова цена на ваши платья?

— Да, очень высокозатратное. Платье премиум-класса по розничной цене стоит около 50 000 рублей за полный комплект. Украшения не всегда входят в эту стоимость. Украшения — это безумно кропотливая работа и очень дорогое удовольствие.

— Какой спрос на ваши коллекции?

— Я занимаюсь этим чуть больше года. Только-только запускаю свой сайт. Даже в соцсети не выставляю фотографии платьев, чтобы не было плагиата. Нужно очень сильно подготовиться, чтобы взять и появиться на рынке.

У меня есть частные заказы. В основном я работаю именно с эстрадой. Сейчас я плотно занимаюсь тем, чтобы создавать доступные по цене вещи в национальном стиле для населения.

— Сколько у вас сейчас заказов в месяц?

— Если честно, то заказов может быть много, но я не беру больше трех в месяц. Мне некомфортно брать больше этого количества. Это кропотливая работа, требующая огромного количества времени, потому что я ко всему отношусь основательно. Чтобы подобрать цвета, нужно пройти все магазины Казани, а иногда и не только Казани; чтобы подобрать подходящую тон в тон ткань и нитки к ней. Если есть маленькое расхождение в цвете, то это уже наводит дисгармонию.

— Каков ваш средний месячный доход?

— Я практически не получаю никакой прибыли. Я все вкладываю в свой проект. Работаю на своё имя. Не просто ввожу в моду новый продукт, а пытаюсь поменять отношение и восприятие людей. Дело провалится, если дизайнер в первую очередь думает о прибыли.

— Как у нас сейчас относятся к национальной продукции?

— Люди, с одной стороны, хотят этого. Но на рынке мало продукции, которую можно адекватно использовать. Эта проблема стоит на правительственном уровне.

Я считаю, правительство должно взять на себя ответственность, чтобы эта индустрия бурно развивалась. Если мы посмотрим снимки 1963 года дома моды Dior, то на сегодня, когда прошло уже больше полувека, у нас нет такого дизайнера, который бы был столь же узнаваем. Почему Италия и Франция — это престиж? Потому что там дизайн и мода. Там есть чем гордиться.

Сегодня мы очень много вкладываем в архитектуру, в туризм, в спорт, но не нужно исключать моду. Завоевать подиум высокой моды — это авторитет для республики. [Глава Чечни] Рамзан Кадыров поддерживает своих дизайнеров, и о Чечне знают не только в России, но и во всем мире. Он продвигает свою моду на подиум высокой моды. Это престиж.

— Что нужно сделать, чтобы развить татарскую моду? Она сейчас узко развита?

— Очень узко. У нас очень много талантливых девочек и мальчиков, которые хотят работать в национальном колорите. Но у них недостаточно знаний или ресурсов. Если бы республика взяла на себя госпрограмму, например, отправлять самых лучших дизайнеров обучаться за границу. Пусть это будут хотя бы два дизайнера. Ведь там колоссальный опыт, и чтобы нам приблизиться к этому, нужно получать знания соответствующего уровня.

— Откуда эти дизайнеры узнают о национальном татарском колорите, если их отправлять во Францию?

— Национальный татарский колорит им прививается на родине. Они поедут во Францию, чтобы узнать новые технологии шитья, кроя и покраски тканей.

— Допустим, люди отучились и вернулись. Куда им дальше идти, вы их к себе возьмете?

— С удовольствием. Я люблю команду, а команда — это сила. Если у тебя есть сильная команда, ты идешь вперед.

Нам не нужно создавать новых производственных цехов. Нужно создавать новые продукты на базе старых организаций.

Например, у нас есть Зеленодольская швейная фабрика. У них колоссальные возможности, но им не хватает идей. Дизайнер устраивается на эту фабрику и работает там. Если зеленодольская или, скажем, чебоксарская фабрика возьмет в свой коллектив молодого талантливого дизайнера, это плюс для всех. Для дизайнера — это опыт, для производства — новый продукт.

Я вижу, что Зеленодольской швейной фабрике нужны новые идеи. Я вижу, например, Казанскую швейную фабрику, их продукт, и я вижу, что он сегодня неактуален на рынке. По крайней мере экспортировать эти вещи мы точно не сможем.

— Неужели эти фабрики будут шить дизайнерские вещи?

— Это будут разные вещи: как повседневные, так и дизайнерские. У продукции Zara есть массовый и лимитированный элементы. Здесь все зависит от производителя: как они будут развиваться и как сотрудничать с дизайнерами.

— Повседневная национальная продукция сейчас широко развита?

— Она широко востребована, но она совершенно узко развита.

— Можно ли вашим покупателям самим участвовать в дизайне?

— Да, конечно. Когда я работаю с заказчиком, я всегда стараюсь узнать его личность. Мне не хочется навязывать ему свой дизайн. Если это сценический образ, то я изучаю его репертуар. Я пропитываюсь человеком, узнаю о его предпочтениях.  Если я активному клиенту предложу неудобную модель, в которой он будет красиво сидеть, то он будет красиво выглядеть, но чувствовать себя некомфортно. Подборку цвета, темперамент костюма — я все делаю соответственно личности человека.

— Есть ли базовый шаблон пошива сценического костюма?

— Нет шаблона. Он бывает, когда одежда массовая. Есть, конечно, крой. Стандартный крой традиционной татарской жилетки.

Я совмещаю как традиционные, так и новые технологии. Здесь должны быть симбиоз и гармония. Если бы наши предки не были вынуждены приостановить своё культурное развитие в силу революций, войн и госпереворотов, они бы все время развивались. И на сегодня наш традиционный костюм бы выглядел совершенно по-другому.

Я очень уважаю традиционные костюмы. Они дают нам основу. Только опираясь на традиционный костюм и орнамент, мы можем развивать и стилизовать одежду.

Что такое традиционный орнамент?

— Есть определенные составляющие традиционного орнамента. Есть какие-то композиции, например, тюльпан. Это узор. А когда есть сочетание композиции, то это уже орнамент.

— Какие традиционные техники вышивания вы используете?

— Вышивка канителью (вышивка маленькой пружинкой), золотое шитье (вышивка золотыми нитями). И также золотой канителью. Еще используем вышивку жемчугом, бисером и вышивание ушком (пришиваются равные по размеру сложенные ленточки).

— Вы называете свою продукцию стилизованной. Что это значит?

— Стилизация — это соответствие современным трендам. Я беру традиционные составляющие как основу и использую современную технику, крой. Это называется стилизация.

Я сегодня окрашиваю ткани с татарским орнаментом и делаю из них вещи с современным кроем. Это стилизация. Но я использую традиционную технику вышивания.

— Как сделать вашу одежду массовой?

— Сделать конечный продукт доступным для покупателя. Я очень хочу сотрудничать с российскими или татарстанскими фабриками, которые бы мне предложили выгодные цены. Я бы с удовольствием пошла бы с ними сотрудничать. Зачем мне сотрудничать с заграницей, если я могу это сделать на выгодных условиях здесь. Но на сегодняшний день, если я буду заказывать пошив платьев на какой-нибудь фабрике Татарстана, они назначат очень высокую цену. И у меня массовый покупатель не сможет их купить.

Я хочу, чтобы мой продукт был доступен людям. Почему мы носим платья в китайской орнаментике, тунику — в египетской, шарфы — в восточной и считаем это нормальным и уместным? Нужно поменять мышление людей, их взгляд на традиционную татарскую культуру. Сейчас если кому-то из девочек хочется сделать красивую фотосессию, она просто арендует платье. Или если она хочет одеться на никах и не покупать простенькое платье за 5 000 рублей, она лучше отдаст 5 000 рублей за аренду и оденется как королева. У нее будут на голове вещи — произведения искусства.

— А если заменить ткани, чтобы уменьшить себестоимость платья?

— Есть шелк, есть покраска ткани. Краска ложится только на шелк. Я не могу заменить ткани.

А вообще каждому нужно стремиться к тому, чтобы развивать республику. В этом должны быть заинтересованы и правительство, и производители, и творцы. Это общий проект.

⇒Как шьется современная татарская тюбетейка. Рассказывает мастерица Таисия Усманова

Фото: Василий Иванов

 

КОММЕНТАРИИ (7)
загит кызы
Кыз һәм киемнэрре биг матур.
0
ОТВЕТИТЬ
Манго
Отличная статья, очень интересно посмотреть работу мастера изнутри! Видела эту девушку на JadidFest, в потрясающе красивой тюбетеечке и теперь поняла, кто это)
0
ОТВЕТИТЬ
Владимир
а мне понравилась автор. такая милая, симпатичная, ласковая девушка, а голос — просто песня…. слушал бы и слушал
0
ОТВЕТИТЬ
Кадерле Имаметдин
Бу юнэлеш дорес, яхшы. Тик боларнын да урыс телендэ сойлэшулэре татарнын бету юлын билгели тугелме?!
0
ОТВЕТИТЬ
Алия
абсолютно верный смысл. то, что сегодня носят под именем татарской одежды, вообще к нам никакого отношения не имеет. я всю жизнь прожила в своем доме и все соседки и соседи всегда выглядели ярко, с вышивкой, платок у бабушек был яркий или белый и носили они его перевзявая поперек по лбу и вниз , шлейф тоже оставался…да буквально перенеситесь мысленно на 15-20 лет назад, еще же ездили на транспорте, были на рынках, вспомните наших бабушек. а сейчас вы среди кого? нет..это не татарская культура. но незаметно у молодежи даже понимания не будет, как реально выглядят настоящие (наши) татары….
0
ОТВЕТИТЬ
Адель
Сначала сама одевайся, как положено мусульманке, а потом учи других…
0
ОТВЕТИТЬ
Татьяна
И неплохо бы, наконец, научиться отличать слова «одевать» и «надевать»…
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
наверх