Казанский бизнесмен: Людям нужен парикмахерский «фастфуд»

Редакция KazanFirst продолжает рассказывать об оригинальных бизнес-идеях молодых предпринимателей города. На этот раз героем нашей рубрики стал Ильназ Набиуллин. Не так давно он открыл в столице Татарстана японскую экспресс-парикмахерскую. Журналист редакции сходила туда, чтобы разобраться, чем же отличается российская цирюльня от салона красоты Страны восходящего солнца
Общество 07:00 / 17 июля 2017
6

Редакция KazanFirst продолжает рассказывать об оригинальных бизнес-идеях молодых предпринимателей города. На этот раз героем нашей рубрики стал Ильназ Набиуллин. Не так давно он открыл в столице Татарстана японскую экспресс-парикмахерскую. Журналист редакции сходила туда, чтобы разобраться, чем же отличается российская цирюльня от салона красоты Страны восходящего солнца. 


Светлана Буракова — Казань

Казань изобилует салонами красоты и новомодными барбершопами, в которые ходит разная аудитория — от людей с высоким достатком до студентов, желающих быть в тренде. Тем не менее для массового потребления подобные форматы не только не по карману, но и не по душе, а местные парикмахерские эконом-категории оставляют желать лучшего по части качества. Именно эти нюансы в сфере красоты и сформировали концепцию японской парикмахерской, которую в Казани открыл Ильназ Набиуллин.

foto_2

Начнем с того, что Ильназ — опытный бизнесмен, который реализовал в Татарстане и вывел на российский уровень ряд собственных проектов, сформированных методом проб и ошибок. Так или иначе, каждый из предыдущих бизнесов повлиял на становление и реализацию сегодняшнего проекта.

«Я хочу воспитать культуру эконом-парикмахерских: убрать рваный линолеум и заменить подход «тетя Люся» на «мастера Людмилу»

Наш герой рассказывает, что изначально не знал, в какой именно нише ему было бы интересно развиваться. Единственное, что Ильназ понимал – это будет эконом-сегмент и работа с людьми с уровнем дохода ниже среднего. До открытия парикмахерской были несколько проектов, которые помогли предпринимателю набраться необходимого опыта.

— Например, у меня есть сеть мужских украшений со средним чеком 1 500 рулей и сеть женских украшений с единой ценой 99 рублей. По выручке они примерно на одном уровне. Надо понимать, что реальные доходы населения падают. И тут ты как предприниматель либо подстраиваешься, либо умираешь, — делится мнением собеседник издания.

foto_3

Ильназ, как и многие его сверстники, долгое время был клиентом популярных и модных ныне барбершопов. Это такие хипстерские салоны красоты, где ты платишь не только за стрижку, но еще и за атмосферу, принадлежность к определенной группе людей.

— Начинал я с 600 рублей за стрижку. За три года стрижка подорожала до 1 000. Надо понимать, что это все-таки дорого. Ведь кто-то отдает просто за стрижку сумму, равную оплате одного его рабочего дня, например. И тогда я задался вопросом: а где же стригутся все остальные? В это же время мы с моими друзьями – владельцами барбершопов — обсуждали, что вообще творится в других парикмахерских и салонах Казани. Так, условно есть салоны красоты, где средний чек за стрижку тоже довольно высок, но это женский рай и мужской ад. Туда заходишь — там висят плакаты, играет непонятное радио, на столиках лежат журналы с безвкусными прическами. Кстати, на фоне этого барбершопы и набрали такую популярность. Опять же, есть парикмахерские, в которых стригут и за 150 рублей, но это полнейший «совок». И вот там порванный линолеум, пахнет сыростью и нет никакой атмосферы, — рассказывает Ильназ, как пришел к идее открыть качественную парикмахерскую эконом-класса.

Собрав все факты в целостную картину, молодой бизнесмен понял, что нужно «бить» именно по сегменту экспресс-парикмахерских, где клиенты смогут получить такую же модную стрижку в ненавязчивой и комфортной среде, но по значительно меньшей цене. Ведь «фишка» парикмахерских еще и в том, что если ты туда пришел один раз, тебя все устроило по цене, по качеству, то ты туда возвращаешься.

— Да и вообще, захотелось поработать над сегментом парикмахерских услуг. Убрать эти порванные линолеумы, убрать подход «тетя Люся» и сделать «мастера Людмилу», — улыбается собеседник издания.

foto_4

Предприниматель считает, что вслед за ним оживится и весь остальной сегмент. В конкуренции вырастет качество услуг, а их цена начнет соответствовать уровню доходов населения.

«Можно открыть обычную парикмахерскую, но первая японская парикмахерская — это уже совсем другое предложение»

Когда идея оказалась оформлена в голове, нужно было реализовать ее в реальности. И тут возникли первые сложности. Ильназ ничего не знал о парикмахерских услугах. Пришлось учиться всему с нуля.

— Что я первым делом сделал? Открыл интернет и по ключевым словам «управляющий парикмахерскими», «управляющий салонами красоты» начинал искать людей и обзванивать понравившихся кандидатов, приглашая на встречу под предлогом собеседования. Когда они ко мне приходили, я им рассказывал о своей задумке, говорил, что планирую открывать парикмахерскую, но ни сроков, ни точных данных у меня нет, а сейчас мне нужны их помощь, опыт и совет. Кто-то вдохновлялся, кто-то убегал, но это вопрос конверсии. Многие спокойно делились информацией, некоторые рассказывали даже больше, чем нужно. Кто-то даже от злости на своих прошлых работодателей сливал и негативные стороны. Я просто записывал. Попутно мне пришлось изучить нормы СанПиНа, чтобы еще глубже вникнуть в специфику работы. И вот здесь я был очень удивлен, потому что понял, что нигде, где я стригся, они не соблюдаются, — рассказывает Ильназ.

foto_5

Так день за днем, шаг за шагом, от одного собеседования к другому бизнесмен нашел управляющую. Вместе они промониторили почти все парикмахерские города, провели опросы, сформировав четкое понимание того, что в итоге у них самих должно получиться на выходе.

— Когда я исследовал мировой опыт, понял, что все мои замыслы уже реализованы в Японии. И тут у меня щелкнуло: все понимают, что такое эконом- и экспресс-парикмахерская. Но что такое японская парикмахерская? Это как минимум должно заинтересовать. Потому что открывать обычную парикмахерскую можно, но открывать первую японскую парикмахерскую — это уже совсем другое предложение. Самого по себе понятия «японская парикмахерская» нет, есть лишь некоторые принципы, — делится предприниматель.

Во-первых, отличие японской от обычной парикмахерской – время обслуживания клиента. В стандартных салонах мужская стрижка в среднем занимает 40 минут, у девушек – 60 минут и больше. В экспресс-варианте на всю процедуру уходит 15 минут.

— Вот мы и решили сконцентрироваться именно на стрижке в сухом остатке. Потребность именно у нашей целевой аудитории простая. Условно говоря, простые мужчины с завода не пойдут стричься в барбершоп, они пойдут к нам, где быстро и дешево. Понятно, что не все стрижки уложатся в 15 минут, где-то выходит и 20 минут, в зависимости от сложности стрижки. Мастера также владеют техниками барбершопов, но надо понимать, что это тоже будет подольше. Но здесь есть мотивация в цена — 200 рублей, — говорит Ильназ.

foto_6

Во-вторых, еще одно отличие — вместо классического администратора в японской парикмахерской установлен терминал оплаты, который поддерживает как наличный, безналичный, так и бесконтактный расчет через ApplePay. Так, владелец бизнеса экономит на сотруднике и предотвращает факты краж со стороны персонала.

В-третьих, время стрижки сокращается за счет воздушного мытья головы. После процедуры лишние волосы просто всасываются специальным аппаратом. Ну и плюс все оборудование, которое есть в парикмахерской,  — беспроводное и с дополнительными аккумуляторами. Таким образом, повышается мобильность и скорость работы мастеров.

Цена вопроса

Суммарное вложение в первую парикмахерскую составило 1,7 млн рублей. Это самая дорогая точка. Сюда входит составление бизнес-плана, разработка логотипа и прочее. Одна из главных затрат — мебель. Ее Ильназ заказывал в Казани у хорошей мебельной компании. Получалось довольно дорого. Теперь при дальнейшем расширении сети всю мебель планируют делать на собственном производстве, которое развивается параллельно. В результате экономия составит 40%, а затраты на открытие последующих точек упадут в разы – до 350 тысяч рублей.

FNR03624

— Окупимся мы очень быстро — до шести месяцев, ежемесячная прибыль должна быть в районе 100 тыс. рублей. Конкретно эта точка расположена в очень удобном месте с максимальной концентрацией нашей целевой аудитории. Суть ведь в том, чтобы поход к нам был ситуативным. Ты сюда не идешь целенаправленно, не записываешься заранее. Люди увидели, зашли, быстро постриглись и пошли. Это «фастфуд» в парикмахерской. Скоро открываем еще две точки — хотим протестировать модель в месте с бешеным трафиком, — раскрывает планы собеседник издания.

Ильназ Набиуллин уверен, что модель японской парикмахерской очень выгодная и антикризисная.


Читайте также: Инструкция по применению: сколько стоит открыть бургерную в Казани


 

КОММЕНТАРИИ (5)
Вадим
Молодец парень. Давайте больше таких репортажей, о наших людях, которые сами поднимаются. Это хороший пример.
0
ОТВЕТИТЬ
кирилл
а где находится эта парикмахерская?
0
ОТВЕТИТЬ
Владислав
Чистопольская 11, напротив Магнита
0
Ильгиз
В торговом центре проспект открыли.
0
ОТВЕТИТЬ
Марат
Сегодня постригся за репост !
0
ОТВЕТИТЬ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое

Сергей Юшко: У нас обеспечены условия, чтобы студенты учились, а не бегали со взятками к преподавателям

Пока еще и. о. ректора КНИТУ-КХТИ дал интервью KazanFirst, в котором обозначил три первых шага в новом статусе и прокомментировал слухи о кандидатуре Равиля Муратова в качестве президента вуза
Общество 07:42 / 29 июня 2017
2

Пока еще и. о. ректора КНИТУ-КХТИ дал интервью KazanFirst, в котором обозначил три первых шага в новом статусе и прокомментировал слухи о кандидатуре Равиля Муратова в качестве президента вуза.


Беседовала Кристина Иванова

В понедельник, 26 июня, 46-летнего Сергея Юшко, более 10 лет возглавлявшего технопарк «Идея», представили в качестве и. о. ректора КНИТУ-КХТИ. А уже на следующий день в новом ранге он участвовал в заседании «Татнефтехиминвест-холдинга», где был представлен президентом Татарстана Рустамом Миннихановым, который пожелал новому руководителю успехов и поручил наметить совместный план работы с химическими предприятиями республики. Чуть позже Юшко вместе с другими ректорами ведущих вузов Татарстана рассказал об особенностях приемной кампании-2017.


Читайте также: Стоимость платного образования оставила в недоумении ректоров вузов Татарстана


— На брифинге вы смогли пообщаться практически со всем ректорским корпусом. Каким раньше было ваше представление о новоиспеченных коллегах?

— Во время работы в технопарке «Идея» мы с ректорами контактировали постоянно. Но мне было особо интересно — на брифинге среди ректоров по теме приемной кампании я выступал впервые. Мне казалось, что с точки зрения бизнеса такая встреча с журналистами в начале приемной кампании — это центральное событие для промоушена своего вуза. На таких мероприятиях коммерческие компании обычно ведут себя довольно агрессивно. Здесь я увидел лояльность друг к другу, что очень приятно.

— Вы пришли в КХТИ всерьез и надолго?

— Конечно. Я работал в технопарке, и мне в принципе все там нравилось. Работая в «Идее», понял, что в структуре развития личности наши университеты сейчас занимают лишь какую-то начальную стадию — вот он сюда пришел после школы и поучился. Но такого быть не должно. Поэтому я заинтересовался работой в университете. Нужно сделать так, чтобы к нам приходили за образованием, которое можно получать в течение всей жизни. За три-четыре года все знания получить невозможно. За время учебы в вузе нужно получать только те знания, которые помогут в устройстве на работу или открытии собственного дела. А дальше, когда человек определится, какие знания ему еще необходимы, нужно подпитывать его ими. Так что это очень интересная работа.

— Вы говорите, что работали в «Идее» и вам в принципе все нравилось. Можно сказать, что к вам подходит выражение «без меня меня женили»? И вообще, когда и кто вам предложил возглавить КХТИ?

— Самое главное — предложение поступило, а когда и как — это уже дело второе. Оно поступило от президента Татарстана Рустама Минниханова. На это предложение я согласился. Это серьезный вызов, интересная работа. Нельзя говорить, что «без меня меня женили». Потому что когда мне пришло предложение, я с удовольствием согласился.

— Кто в «Идее» будет новым гендиректором?

— Пока еще думаем. На Совете директоров определимся.

— Технопарк и КХТИ будут сближаться?

— Так это основная тема. И дело касается не только «Идеи», но и Химграда, и других структур. Сближаться — вопрос управления, но не вопрос имущества. Мой большой плюс в том, что, находясь в кресле ректора, я очень хорошо понимаю, что такое технопарки, как они работают, как ведут себя молодые предприниматели и что надо менять в университете, чтобы таких молодых предпринимателей становилось больше. Это то, из-за чего я и появился в университете.

foto_2

— Сейчас обсуждаемая тема — станет ли бывший вице-премьер, а ныне помощник Рустама Минниханова и председатель координационного совета КНИТУ Равиль Муратов президентом КХТИ? Такая возможность действительно обсуждается?

— Стоит оговориться — тему президентства поднял не я. Меня просто спросили об этом журналисты. Президент — тема для любого университета очень важная. Но президентство в том виде, в котором оно существует сейчас, — это лишь частичное использование предоставляемых возможностей. Но раз тему президентства кто-то поднимает периодически — я не против, давайте поддержим.

Относительно кандидатуры — ее будет определять Ученый совет. Что касается Муратова, то в понедельник он пришел в вуз на представление, чтобы поддержать меня, потому что он мой непосредственный руководитель. Процедуру представления ректора организовывало Министерство образования и науки России. По их пожеланию, на церемонии должен был присутствовать новый ректор, человек, который может его охарактеризовать (Муратов) и предыдущий ректор. Равиль Фатыхович настолько глубоко погружен в тему происходящего в вузе, что в своем выступлении изложил мнение, которое оказалось очень детальным. Так получилось, что если человек глубоко погружен в процесс и понимает, о чем говорит, то его предложения оказываются правильными, его все слушают. Так вот кто-то личное присутствие Муратова и его весомую, значимую речь сопоставил и сделал некие выводы, но этим кто-то точно был не я.

— А Герман Дьяконов вообще в каком-то качестве останется в вузе?

— Честно говоря, пока не знаю. Герман Сергеевич — уважаемый человек, и нам необходимо вместе определиться, что он хочет в будущем. Сейчас готового решения нет. Предложений от него нам пока не поступало, так же, как и ему от нас. 

— Вторник — ваш первый официальный день в должности и. о. ректора. Как вы себя ощущаете в новом статусе? Может быть, есть некая растерянность?

— Нет, никакой растерянности точно нет. В первый же день проходило заседание «Татнефтехиминвест-холдинга», где нам согласовали очень важную позицию — президент Татарстана поддержал механизм и принципы работы с реальным бизнесом. Для нас это очень полезно.

Надо понимать — чтобы взаимодействие между вузом и бизнесом было неэпизодическим, необходимо определиться с правилами. Условно говоря, как раз эти правила мы представили на суд «Татнефтехиминвест-холдинга», наши предложения были поддержаны. Если речь идет о любви и дружбе, то можно подписать много соглашений с бизнесом. Но если речь идет о серьезной работе, то бизнес печется, чтобы деньги, ресурсы, время, которые предприятие вкладывает в развитие того или иного дела, университета, например, были потрачены не впустую. И шли не то чтобы под контролем, но предприятие могло бы управлять этим процессом. Если эти правила игнорировать, то взаимодействие будет лишь на бумаге.

— Какие это правила?

— Вот что такое управление стратегией университета? Если приезжать раз в год на заседание и смотреть, что сделано, а что нет, то такая система не работает. Работа должна быть постоянной, особенно на первом этапе, когда мы только формируем стратегию. И когда менеджмент будет реализовывать эту стратегию, его надо где-то подправлять, помогать.

Еще один интересный момент возникает, когда бизнес или институт развития начинает давать вузу деньги. Очень часто получается система ниппель — деньги дали, но не получилось, не хватило, и вуз просит еще. Вот такого быть не должно. Если деньги даются, бизнес должен понимать, по каким правилам и нормам они расходуются, куда направляются. Это дисциплинирует. К тому же бизнес понимает, что он не просто так это все делает, а участвует в управлении.

— Эти правила вы хотите внедрить только в своем вузе?

— Нет такого, что Юшко пришел, отдал бумагу и все закрутилось. Просто вырабатывается стандарт взаимодействия с бизнесом. Этот документ двухсторонний. Сейчас я пойду на Ученый совет и буду говорить с его членами о том, как это должно реализовываться, что бизнес от нас хочет. Если Ученый совет скажет: «Да, все очень здорово, мы согласны так работать», то замечательно. И бизнес действительно будет с нами работать. Если Ученый совет отвергнет такое предложение, тогда университет будет сам по себе, а бизнес — сам по себе. И потребуется искать другие пути. Но на самом деле это очевидные вещи, и не думаю, что будет противодействие с чьей-либо стороны. Если мы хотим идти вместе, то берем друг друга за руки и идем. Это формализованная модель взаимодействия с бизнесом. И она касается не только «Татнефтехиминвест-холдинга», но и «Росатома», и «Газпрома», для которых Технологический университет — опорный вуз, и «Ростеха», «Роснано». Если бизнес, институты развития не будут ощущать своей работы в управлении университетом, все останется лишь на уровне разговоров о светлом будущем.

— Такие связи между бизнесом и КХТИ когда-то существовали или их в принципе не было в таком формате?

— Что касается Технологического университета, то на этом поле было затишье. Во взаимодействии с бизнесом это затишье было настолько долгим, что уже формат взаимодействия самого бизнеса поменялся. Пришли другие законы, требования — нам надо следовать им. Но эти процессы связаны не только с нашим университетом. Мы переживаем ту же болезнь, которую переживали все вузы за рубежом в 80-х годах. Там были так называемые белые башни из слоновой кости. Это когда университет представляет собой что-то недоступное для всех, некий образец, который нельзя поменять. Эту болезнь во всем мире практически пережили. Все ведущие университеты сейчас являются открытыми, интегрированными в бизнес — это позволяет им развиваться. А когда ты сам в себе, ты, как правило, деградируешь. При этом внутри университета будет складываться ощущение, что ты куда-то развиваешься. А на самом деле это не так. Развития можно добиться только в открытости, взаимодействии с внешним миром. А внешний мир говорит, что он взаимодействует по таким правилам.

— То, о чем вы говорите, близко к модели развития «Университета 3.0». Вы собираетесь развивать КХТИ именно по этому пути?

— «Университет 3.0» — очень интересная и правильная тема. Конечно, я буду стараться вести вуз в этом направлении. Такая модель подразумевает три основные позиции — образование, науку и коммерциализацию. О том, что надо заниматься коммерциализацией, говорят уже очень давно. Само слово вошло в обиход, когда появились рыночные отношения. А до этого использовалась фраза, что наука должна служить производству. Причем все эти постулаты всегда были в Технологическом университете. Другое дело, что сейчас это развивается стихийно. А администрация университета должна поддерживать это направление и сделать его мейнстримом. Тогда мы увидим еще большее количество выпускников КХТИ в технопарках, малых технологических компаниях.

Идеология «Университета 3.0» не такая уж и новая. Но методологически только сейчас появились конкретные шаги, лучшие мировые практики, которые позволяют понять, как это нужно претворять в жизнь. Но чтобы стать «Университетом 3.0», нужно не просто плюсом добавлять слово коммерциализация — необходимо поднимать и образование, и науку на совершенно другой уровень. Это касается внедрения технологии открытости для всех.

Я считаю, что большой плюс Технологического университета состоит в том, что мы внутри себя опробовали, что такое техностартер. Это молодой человек, который выходит из университета с достаточными навыками, чтобы организовать собственное дело. Три года после университета — и у него своя компания. Очень часто этот срок сокращается до года после университета. А есть примеры, когда студенты организуют собственные компании. Все эти примеры из Технологического университета. Ведь технолог — это тот, кто ближе всего к деньгам. Конструктор знает что, а технолог — как. Понимание как, понимание дела, ведет к тому, что человек начинает зарабатывать деньги. Это самый главный навык. Что такое техностартер — еще очень многим предстоит разобраться. Мы для себя это четко определили, потому что у нас есть конкретные примеры. И эти ребята сейчас кто в Москве, кто в Питере, кто здесь. Они звонят и хотят передать эти знания молодежи. Наше серьезное конкурентное преимущество состоит в том, что у нас будут работать ребята, уже создавшие свои компании и сумевшие вывести их на серьезный уровень. Это является принципиальным и в реализации концепции «Университета 3.0».

foto_3

— Наверное, это задачи уже более далекой перспективы и есть более насущные проблемы.

— Ничего подобного. Судя по комментариям в СМИ, сейчас мою деятельность кто-то планирует рассматривать в ракурсе, что я собираюсь что-то чистить. Знаете, я не уборщик! Я пришел, чтобы в университете стали по-другому работать. А по-другому — это должна быть новая стратегия. Все остальное пойдет либо с этой стратегией, либо отвалится по дороге. То есть нам же нужны не созерцатели, а те, кто все это будет делать вместе с нами.

— В этой стратегии какой-то особый пункт про коррупционную составляющую будет?

— Антикоррупционные процессы идут в университете уже несколько лет. Даже если исходить из логики нехороших людей, все наверняка уже должны были прекратить [брать взятки], потому что страшно. Так что это хвосты прошлых лет. Их нашли, вытащили оттуда, обезвредили. И уже тогда были приняты определенные мероприятия. Конечно, еще и ко мне как к новому ректору относятся с некоторой опаской, что добавляет плюсов к этой борьбе. Прошлые коррупционные проявления погашены. Моя задача — на основе существующего опыта не допустить ничего нового. Вот что главное. Как новый ректор я буду стараться и сделаю это. Уже сейчас родители, которые отдают своих детей в наш университет, могут быть спокойны — у нас обеспечены условия, чтобы их дети занимались, учились, а не бегали со взятками к преподавателям.

— Обозначьте ваши первые три шага в кресле ректора.

— Во-первых, определить принципы взаимодействия с бизнесом. Это самое главное. За годы работы в технопарке у меня сложились интересные связи с институтами развития, предприятиями. Надо совместно выработать принципы, как мы будем работать. Это непростой шаг — тут очень многое начнет проявляться.

Второй шаг — постановка задачи для разработки стратегии. Она исходит из внутреннего мониторинга ситуации в вузе, который я проведу.

И третий шаг — собственно разработка стратегии, чтобы к сентябрю она у нас появилась. И мы бы смогли в новом учебном году все четко делать в соответствии с ней.

— Как вы чувствуете, коллектив вас принял?

— Я из коллектива никуда не девался. Мы же все общаемся на совещаниях, заседаниях.

— Почему тогда некоторые называют вас варягом, хотя столько лет вы работаете в вузе?

— Варягом меня называют журналисты. В университет заходишь — все поздравляют. Коллектив меня поддерживает. Конечно, я подозреваю, что в университете найдутся люди, которые недоинформированы, что и как я планирую делать, — разъясним. И есть люди, которые меня не сильно любят. Ну и ладно. Они имеют на это право.


Читайте также: Уходим в онлайн: на что и сколько денег казанцы тратят в интернете


 

КОММЕНТАРИИ (3)
Мансур
Дельное интервью, мысли здравые, поход современный. Главное чтобы всё у Сергея получилось, но очевидно что в болоте кхти ему будут ставить палки в колеса и тормозить всеми доступными там способами, которых нынешний ректорат и руководство знают несчисленное множество
0
ОТВЕТИТЬ
Альберт Рашитович
Удачи тебе, Сергей Владимирович! Знай что простой коллектив возлагает на твой приход большие надежды, все верят в лучшее. Оправдай все наши надежды пожалуйста
0
ОТВЕТИТЬ
Интересующийся
Очень было бы интересно узнать, что Юшко будет делать с нынешней командой? Будет ли место в руководстве тем кто полностью дескридитировал себя, доведя вуз до сегодняшнего плачевного состояния и морального разложения власти??? 1) Например зачем нам Сигал? Кто его вообще видел на работе хоть раз? 2) Зачем нам 2 проректора по учебной работе? Что делает Иванов кроме своего института фдо? 3) Сколько будет свои старые советские подходы применять наш крепкий хозяйственник Юц? 4) Зачем нам в принципе проректор Нургалиев? 5) Не пора ли нашим дамочкам в годах освободить место молодёжи? 6) Как Аляеву совесть позволяет оставаться при должности если вся финансовая система вуза трещит по швам? 7) сколько уважаемым людям терпеть хамство от главного бухгалтера?
0
ОТВЕТИТЬ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
самое читаемое
наверх