«Сейчас все татары втянуты в поиск идей о том, как жить дальше»

Обсуждаем Стратегию татар, которая поможет реализовать назревшие реформы.

Общество 12:33 / 25 декабря 2018
7

Общественный деятель Римзиль Валеев один из немногих участников разработки Стратегии, кому удалось задать структуру дискуссии вокруг этого документа. Он подготовил «30 вопросов к татарскому народу», ответы на которые должны войти в окончательный документ, а разработчикам подсказать направление мысли. В интервью KazanFirst собеседник рассказывает, чем именно должна стать готовящаяся Стратегия для татарского народа.

- В чем сегодня актуальность создания Стратегии татар?  

- Идея Рустама Минниханова о необходимости создания Стратегии была актуальной давно, буквально витала в воздухе. Вопрос о ней был поставлен уже на VI Съезде Всемирного конгресса татар в 2017 году. Эта тема актуальна ещё и потому, что в самом Конгрессе происходили структурные изменения и переформатирования. В национальных организациях, в татарской общественной жизни тоже назрели реформы.

Тот список из 30 вопросов к татарской нации, с которым я вышел на заседании по разработке Стратегии в Доме дружбы народов, написал год назад по итогам VI Съезда ВКТ, когда главой Милли Шура был избран Василь Шайхразиев. Как оказалось, другого такого системного подхода к обсуждению документа тогда никто из участников заседания в Доме дружбы народов не представил. Даже для Шайхразиева, кажется, мой подготовленный материал стал неожиданностью.

- Как, на ваш взгляд, должна выглядеть Стратегия? 

- Одни говорят, что это должен быть документ в виде толстого талмуда. Другие, что доклад на 30 страниц. Третьи - это должно быть какое-то постановление, указ. 

На мой взгляд, исследовательская часть Стратегии должна быть большая, но сам её текст необходимо вместить в одну и полстраницы. А по современным понятиям документ может быть в виде нескольких слайдов. 

Если хотим, чтобы создателей Стратегии поняли люди и Рустам Нургалиевич, то нужно её представить в таком формате. Это на сегодня самая доступная форма. Мне известно, что Рафаэль Хакимов свои 20 нарисованных слайдов уже отдал Василю Шайхразиеву. Свой вариант готовит Академия наук Татарстана.

- Кто ещё ведет работу по разработке Стратегии? 

- Это представители различных региональных национальных организаций. Например, о своих предложениях высказался Нургали Яруллин из Магнитогорска. У него очень жесткие формулировки есть, текст опубликован на сайте Всемирного конгресса татар. Есть предложения уже от татар Израиля, Словакии. Очень основательные мысли прислало в ВКТ московское полпредство Татарстана. Не секрет, что Назиф Мириханов, бывший полпред, давно вынашивал свои идеи по отношению к Стратегии. 

Но общий недостаток всех предложений - люди не различают понятия «концепция», «стратегия», «доктрина», программа - государственная или общенациональная. У татар не было политической воли раньше, мы занимались текущими событиями, не были готовы интеллектуально, чтобы сформулировать свою стратегию. 

- А какие события сложились сейчас? Почему озаботились её созданием?

- Стратегия татар 90-х годов в основном выполнена. Она заключалась в том, чтобы в Татарстане добиться статуса союзной республики. Мы в России сейчас практически находимся на уровне союзной республики, просто страна другая, Советского Союза нет уже. Мы хотели раньше больше экономической и культурно-образовательной свободы. Есть! Конечно, самостоятельности в сфере образования нет, но инфраструктура развития СМИ и культуры есть. И эта система обслуживает и Татарстан и татарский народ. 

Республика помогает другим регионам, где проживают татары. Мы ездим в регионы, даем концерты с татарскими исполнителями. Татарстан тратит деньги не только на себя, но и на все 5 миллионов татар. Дело в том, что у нас язык, культура, история, система информации - едины, они по своей природе фактически экстерриториальны. То, что мы сделаем для всех татар, полезно как Татарстану, так и всей России. Поэтому надо понимать, что если в республике развивается национальная инфраструктура, то аналогичным образом пойдут и культура, язык, история татар всей России.

Вопрос только остается за малым, то есть за носителями татарской культуры и инструментов идентичности. Телеканал ТНВ доставит нужные смыслы по телевизору, артистов привезем на Сабантуи и на концерты автомобилями, самолетами, научные конференции проведем вместе, книги где угодно издадим и продадим по интернету, учебники для всех татар напишем в Казани. Этот момент учитывался даже в советское время.

Федеральный центр, при всем своем желании, не может обеспечить книгами, учебниками и другими национальными институтами другие народы. Москва не может, например, заниматься развитием или сохранением нанайской культуры, издать фольклорную книгу по её культуре. 

- В целом на эту работу есть официальный госзаказ со стороны Татарстана?

- Историк Дамир Исхаков, один из главных на сегодня деятелей Конгресса, хочет, чтобы был официальный заказ. Такого пока нет. Исхаков это аргументирует тем, что на каждый ответ в Стратегии необходима исследовательская поддержка. 

Скажем, возьмем раздел «Образование» - под него нужны точные данные со всех регионов проживания татар об уровне знания татарского языка, о наличии кадров, учебников. Как это можно делать, чтобы 40 регионов дали такие сведения? А как узнать, сколько татар в каких регионах проживает, кто и куда переехал, кто в Казань приехал? Разве ответы такие бесплатно можно написать? Нет, поэтому нужен официальный госзаказ. Идеи и предложения можно собрать отовсюду, но Стратегию сделают эксперты. 

- Вы верите в то, что татарской общественности удастся создать документ?

- Даже если не получится, даже если официальным СМИ и ВКТ запретят слово «стратегия», Стратегия будет актуальной. Каждый разработчик документа по-своему видит, всё равно каждый татарин сейчас задумался над тем, как дальше ему жить. Например, на прошлой неделе прошло собрание Союза писателей. У меня сосед в доме - Ринат Харис. Я у него спрашиваю, о чем говорили на собрании. Он мне отвечает: «Нет, о литературе не говорили. Говорили о нашей национальной идентичности, о судьбе народа и об отношениях с федеральным центром». 

Сейчас все татары втянуты в коллективный поиск идей о том, как жить дальше. Вопросы-то есть. Поиск подходов идет. Поэтому каждый продвигает свои идеи. Но экспертам выпала миссия всё перебрать, отфильтровать, оставить всё полезное и эффективное.

- Почему же мы говорим о Стратегии татарского народа? Почему не о доктрине или плане?

- Стратегия - это долгосрочный план, где прописаны формы и средства достижения поставленных задач, вместе с кем или без кого этот план реализуется. Вот что нужно определять в документе. 

Мы знаем, что во власти сейчас практикуется единоначалие с ручным управлением, осуществляемое по законам политтехнологий и с имитацией планирования. Как правило, стратегия и социология рисуются так, как хотят это видеть в верхах. 

К сожалению, сегодня часто даже в федеральную Конституцию не заглядывают, не говоря уже о Конституции Татарстана. Мне очень обидно, что все говорят, у нас очень много стратегий, законов и концепций, но мало кто их не исполняет. 

В нашу Стратегию надо вписать необходимость сохранения себя как нации и развитие в условиях многонационального государства, глобализации и современных информационных технологий. Для нас есть только одна альтернатива - инкыйраз по Гаязу Исхаки, то есть исчезновение. 

- Какими способами можно выживать? 

- Есть восстания, вооруженные восстания, есть демократический путь. Татары всегда выбирают конструктивный, демократический вариант развития. Наши соотечественники живут в 40 странах, в десятках ведущих регионов России. Там разные законы и правила, а Стратегия татар должна быть общей, единой. У нас одна доминирующая религия, одна базовая культура. Мы призываем к тому, чтобы уважать законы тех стран, где проживают татары по всему миру и в России. Наша Стратегия должна учитывать, что татары проживают дисперсно, относятся к разным социальным и политическим слоям и группам.   

Среди разработчиков Стратегии пока нет единого решения: мы спасаем народ в Татарстане, в Поволжье и Урале или же татар в «островках» их проживания? Я считаю, что нужно акцентироваться на Татарстане и Поволжье-Урале. Если татар здесь не будет, то татарские «острова» очень быстро смоются. 

- Татарам нужны ответы на конкретные вопросы. Найдут ли они их в создаваемом документе, скажем, на вопрос о смешанных браках? 

- Эта тема очень часто поднимается, когда на заседание ВКТ собираются представители региональных национальных организаций и не только. Говорят, что при смешанных браках татарство вымирает, так как обычно дети от них не знают татарской культуры. Василь Шайхразиев сказал, что мы не можем говорить плохо или запрещать смешанные браки. Я с ним согласен. Во-первых, это бесполезно. Во-вторых, это странно звучит. 

Ну а если предварительных разъяснений не хватило и смешанный брак случился… Понимаем же, что любовь и интимное притяжение выше национальности. Абсолютно убежден, что дети смешанных семей имеют две национальности, у них должно быть два языка, две культуры. И это хорошо. Если такого нет, значит, в этой семье нет равенства. Будут обиды и проблемы. Если культура и язык одного из родителей побеждают культуру и язык другого, то это ненормальная ситуация. 

Человек, представляющий сразу две культуры, знающий сразу два языка своих родителей, более продвинут и перспективен. Это наиболее высокая ступень развития человека. У него намного шире кругозор, готовность к общению с миром и к профессиональной самореализации. 

Если ты выходишь замуж или женишься на представителе другой культуры или национальности, то сразу надо договориться, что если родня с обеих сторон будет собираться, то песни за столом будут петься разные, в храмы и мечети тоже будем ходить в разные - как в ваши, так и в наши. Надо быть сразу к этому готовым. Вот такого равноправия сегодня почему-то не пропагандируется. Если такого нет, то либо семьи разбиваются, родители расходятся. Либо культура одного родителя съедает культуру другого. Либо у нас не получается, например, ни русская, ни татарская семья. 

- Татарскую общественность также волнует вопрос о русскоязычных татарах. В последнее время о них начали говорить как о целом явлении. Что на это должна ответить Стратегия?

- Я ни одного русскоязычного татарина «не выгоняю» из нашего народа. Это его право. Если он интересуется своим народом, то пусть читает на русском языке о татарах, об истории страны и народа. Этого хватит на всю его жизнь. Он может своим детям рассказывать, откуда он произошел. Я знаю татар, которые лучше всего проявляют национальную идентичность с помощью русского языка. 

Посмотрите, кто в выигрыше? Кто лучше? Вот я татарин, сторонник сохранения татарской самобытности, культуры и языка. Но у меня, например, есть сородич, который не хочет знать свой язык, и сосед по дому, который, проживая в Татарстане, не изучает татарский язык. Вот кто эти люди? Они выбирают моноязычие. А я уже двуязычный - знаю и татарский и русский языки. В этом наша фора, наше преимущество. Люди, которые знают два-три языка, - совсем другие люди. Интеллигентные и грамотные татары - настоящие носители русского языка, знатоки русской литературы, искусства, фольклора и так далее. Такие люди - русские, но ещё и татары по происхождению и культуре. Я горжусь, что я носитель русской культуры и языка. Но я еще татарин по происхождению, носитель своей культуры. Кто еще может так?

Ведь кто развивает русскую литературу в Татарстане? Неля Ахунова, Альбина Абсалямова, Айсылу Хафизова, Ахат Мушинский, Айдар Сахипзадинов. Если вспомнить старшее поколение, то Рустем Кутуй, Диас Валеев и другие, а также оперные и эстрадные певцы, актеры. В значительной степени татары и другие народы как раз и поднимают русскую культуру. 

И все же нужно уделять больше внимания моноязычным землякам и татарской молодежи, отрывающейся от корней.

Когда пропишем основные принципы и глобальные задачи Стратегии, нужно заложить тактические действия и практические меры. Находя ответы на 30 вопросов, которые я озвучил на круглом столе конгресса татар как ветеран и эксперт этой организации. Посмотрим, кто окажется ближе к реальной жизни и высоким целям. Я тоже готовлюсь к этому разговору.

КОММЕНТАРИИ (0)
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ

«За конфликты в школе ответственны все - педагоги, ученики и их родители»

Разбираемся, каковы действительные причины скандалов педагогов и детей.

Общество 08:38 / 3 декабря 2018
7

В последнее время в СМИ и соцсетях множатся истории, связанные со школьными конфликтами между педагогами и учениками. Подростки снимают видео и записывают аудио выяснения отношений с учителями, а затем публикуют все это в соцсетях. 

Врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук и гендиректор клиники «Инсайт» Ренат Миназов считает, что за школьные конфликты ответственны все стороны. Родители должны задуматься, почему поведение их ребенка спровоцировало столкновение с учителем, что, возможно, в их семье есть проблемы. Педагогам имеет смысл поразмышлять, правильно ли они выбрали профессию, раз дело дошло до скандала. А самим подросткам стоит обратить внимание на то, что послужило истинной причиной агрессии. 

- В последние годы за школой закрепляется образ территории конфликта. Почему образование стало сферой, где всё на нервах, на пределе? 

- Школа на самом деле - это некая лакмусовая бумага общественности, которая показывает наличие проблем современности, проблем в каждой конкретной семье. Здесь нет смысла искать виноватых. Родителям важно взять ответственность на себя в том числе. Учителя и школьники должны отвечать сами за себя.

Одной из первопричин этого является то, что когда человек сталкивается по отношению к себе с агрессией, он эту агрессию неявно уже сам и выражает. Это происходит в виде того, что человек делает то, что ему не нравится, критикует себя за неудачи, имеет низкую самооценку, считает себя недостойным как-то думать или проявлять себя где-то. 

Если разделять ответственность ребенка и родителей, то последние этому способствуют. Они предъявляют к ребенку завышенные требования, отвергают какие-то его особенности, которые он мог бы развить в себе. 

- Например?

- Скажем, приходит ко мне на прием молодой человек с жалобой на свою депрессию. А депрессия - известный для психотерапевтов феномен, когда человек подавляет в себе огромное количество гнева. Тот гнев, который он подавляет, направляет против самого себя. У человека в таком состоянии нарушен сон, аппетит, его ничего не интересует, нет никакого побуждения к какой-либо активности. 

Мы начинаем разбирать историю этого человека и узнаем, что было в его жизни. Он рассказывает одно из ключевых событий, когда его отец настоял, чтобы он стал инженером. Было это сделано из убеждения, что человек найдет себе хорошо оплачиваемую работу. Но пациент на самом деле хотел быть певцом. 

Подобная установка, когда человек не может себя реализовать в том, в чем у него есть потенциал, - одна из причин формирования депрессии либо любой формы саморазрушения - зависимости. Возможно, мужчина в юношестве сталкивался со случаями, когда его травили, и терпел это, потому что в семье его тоже травили по поводу личных интересов. Уже тогда человек начинал идти против самого себя. 

- Если депрессия - это реализованная агрессия, а школьный период обучения выпадает на пубертатный возраст, когда в юношах и девушках больше всего агрессии, то куда направить эту энергию? 

- Стратегия действия в таких случаях для учителей и учреждений образования - это формировать площадки, где ребята могут выражать эту самую копящуюся агрессию. Это может быть физкультура, комнаты для эмоциональной разгрузки. Любая форма физической активности способствует разоружению определенных эмоций человека через телесные выражения. 

Очень важно формировать для ребят культуру эмоционального познания. Во время психотерапии пациенты рассматривают, какие группы чувств есть. Они изучают различные формы выражения эмоций. Даже если мы говорим про тяжелые расстройства, то пациенты в течение трех месяцев пытаются научиться хотя бы выражать злость. Гнев, злость, раздражение - это всё-таки базовые чувства. Но даже находясь в изоляции в течение трех месяцев, не каждому пациенту это удается сделать. 

Злость, раздражение и гнев - очень нужные человеку эмоции, потому что даже решительность - это в определенной степени злость, умеренное выражение злости. Без решительности человек не может проявлять смелость, делать самостоятельные шаги.

- Что делать родителям?

- Если мы говорим о рекомендации родителям, то они схожи с рекомендациями для учителей. Единственное тут отличие заключается в том, что родители могут подать правильный пример своим детям. Заниматься собой, показать своему ребенку, какие есть трудности с выражением той или иной эмоции, как эти трудности преодолеваются. 

Когда к детским психологам приходят родители, то чаще всего это заканчивается либо личной консультацией родителей, либо семейной. Работать только с ребенком, не работая с семьей, бесполезно. 

- В школьных конфликтах сторонами обычно выступают учителя, ученики и их родители. Как правило, родители встают на защиту детей. О положении и трудностях учителей как-то не принято говорить. 

- Давайте разберемся, кто такие учителя и зачем они идут в свою профессию. Учителя, как и врачи, как и психологи, - это люди, которым очень важно тщеславие. В их профессии есть достаточно много нарциссизма, завышенных ожиданий, требования по отношению к себе окружающих людей. Там есть амбиции достигнуть каких-то целей в образовании, познании чего-то нового для мира. Учителя - это в некоторой степени нереализовавшиеся Эйнштейны, которые не смогли сделать что-то великое для всего мира.

Но так как учителя понимают, что не смогли сами достичь каких-то высот, они требуют, чтобы этого достигли какие-то другие люди, как правило, это либо собственные дети, либо ученики. А дети учителей обычно страдают больше всего. Например, если брать круг пациентов нашей клиники, то у нас очень много детей преподавателей, начиная от школьной скамьи и заканчивая высшими учебными заведениями. 

- Что же вы для себя отмечаете в этой категории пациентов? 

- Дети учителей, как и сами учителя - неплохие люди. Такие люди достаточно образованы, у них высокий интеллект, они умеют слышать людей. Но в то же время гордыня, тщеславие, нарциссизм им затмевают взор. Они не всегда видят другого человека, в том числе собственного ребенка или ученика. 

У учителей очень много проекций в адрес этих людей. Например, мой сын в школе - самый неудобный ученик для нашей учительницы, потому что она сторонница классического подхода к обучению, то есть если ребенок учится, он обязательно должен учиться на отлично. То есть культивируется перфекционизм. 

Но перфекционизм бывает двух видов: нарциссический и навязчивый. В случае с учителями мы говорим именно о нарциссическом перфекционизме. Другими словами, есть перфекционизм, когда нужно что-то сделать ради дела, то есть всё должно быть чистенько, всё должно лежать по правилу, по порядку. Здесь нет желания кого-то удивить или впечатлить, человек просто что-то делает для самого себя. Таких людей обычно называют занудами, чистюлями и так далее.  

А у учителей перфекционизм нарциссический - они что-то делают для публики, чтобы получить какое-то эмоциональное вознаграждение извне. 

- Каким образом это может отражаться на учениках и родителях? 

- Неудобные для учителей ученики начинают заниматься своим делом. Учителя тогда начинают влиять на родителей, что им нужно подтянуть своего ребенка, что у него проблемы тут, там, здесь. Многие родители не могут совладать такому напору учителей и поддаются их влиянию. 

Таким образом, мы видим, что у ребенка теряется собственная инициатива, возможность решения тех или иных проблем, преодоление трудностей. Психологи это называют «низкой фрустрационной толерантностью», то есть «сложность совладать с трудностями». Человек лишается того, кто ранее обычно решал все его проблемы. 

- Возвращаясь к детям учителей. Как всё-таки им живется?

- Например, у меня бабушка была учителем в школе, отец пошел по пути учителя, но потом свернул и стал инженером. Учиться на отлично у меня в семье было нормой жизни. То есть у меня в семье нельзя было учиться на четверки. Я сам через это всё проходил, у меня и школьная медаль есть, и красный диплом о высшем образовании, ученая степень. То есть у меня в семье были все атрибуты перфекционизма, но непонятно, для какой цели. 

При перфекционизме внутренняя пустота личности ничем не наполняется. То есть какие-то медали на груди не удовлетворяют внутреннюю самооценку личности. 

Мы не можем лечить всех учителей. Но как люди медицинских профессий, так же и учителя, и другие работающие с людьми - для них очень важно заниматься профилактикой эмоционального выгорания. Люди, работающие с другими людьми, должны понимать особенности психологии, подхода к детям, построения отношений, межличностные границы. Учителям и другим подобным профессиям нужны подобные курсы. 

- Есть такое ощущение, что все школьные конфликты, становящиеся достоянием общественности, связаны с определенным типом учителей. То есть педагоги не смогли разрешить длительный конфликт с учеником, поэтому они переходят в состояние истерии. Или каждый учитель может в такую конфликтную ситуацию попасть?   

- Учителя - тоже люди. Просто мы разные психотипы людей видим среди учителей явнее, потому что вокруг них очень много резонанса, они работают с детьми, поэтому к ним приковано наше внимание. Такие же люди есть среди врачей, психологов. Это касается и других специальностей, тесно связанных с работой с людьми. 

Просто среди учителей людей с определенными психотипами чуть больше, чем где-либо. Среди педагогов очень много перфекционистов. И когда перфекционист сталкивается с неудачей, то ему обязательно надо найти виновного, кого-то ответственного. В школьной среде это, как правило, ребенок, слабое звено, на котором можно отыграться. Тем не менее после эмоциональной разрядки учителей одолевает глубокое чувство вины, они начинают наказывать сами себя. Учителя уничтожают себя после стычек с учениками, роняя себя ниже плинтуса. С ними на самом деле просто нужно больше психологически заниматься, им нужно помогать разобраться в себе. 

- Есть такое ощущение, что сегодня учителями и врачами становятся люди, которые не имеют представления о конфликтах, о современных способах их разрешения. Школы, детсады, поликлиники - это же передовой фронт… На ваш взгляд, какие должны быть установки у человека по отношению к конфликтам, когда он выбирает профессию?

- Кто идет на передовую? Это изначально люди, у которых более низкая самооценка. То есть можно иметь большой профессиональный опыт, но иметь низкую самооценку. Тогда остаться работать на передовой предрешено. Человека будут в этом месте гонять, ругать, унижать, а он станет это терпеть, болеть, страдать, но будет героем. 

А люди с нормальной самооценкой проходят этот этап - работу на передовой в поликлиниках или школах - и идут дальше. Такие люди работают там, где им удобно, они выбирают место, а не место - их. 

Люди же, которым удается проходить через передовые должности, получают важный профессиональный опыт, хорошую школу. Передовой фронт - это важный этап для формирования профессионала. 

А что касается отношения личности к конфликтам… Давайте отмотаем историю людей на 10 лет назад и вспомним, что у них было на школьной скамье, в семье. 

Чаще всего дети видят, что между матерью и отцом есть конфликт. Дети молчат, никто конфликт не обсуждает, друг с другом никто по этому поводу больше не разговаривает. И так проходит день, два, а может, и неделя. 

Мама начинает закатывать скандал со сковородкой, а папа в этот момент куда-то уходит - начинает задерживаться на работе, с друзьями больше тусит, уходит в запой и так далее. То есть родитель избегает конфликта. Естественно, что ребенок видит это и начинает понимать, что такое поведение нормально. Он сам начинает избегать конфликтных ситуаций.

Но конфликт - это неотъемлемая часть нашей жизни, ничего хорошего без конфликта не происходит. Психологам требуются месяцы или годы, чтобы в ребенка внедрить базовое понятие, что конфликт в жизни человека - это нормально. 

- Какие выводы из конфликтов должны сделать учителя, дети и родители? 

- Если мы вернемся к состоявшимся школьным скандалам, то выводы следующие - учителя должны призадуматься, действительно ли они работают по своей профессии, действительно ли они обладают необходимыми компетенциями, умеют ли работать с постоянными конфликтными ситуациями в школе. 

Ученикам в период пубертатного возраста стоит задуматься, куда им лучше всего себя приложить, а также о том, где их энергия может быть использована в конструктивном ключе, что для них скучно, а что нет. 

А родителям надо быть внимательнее к своим детям, помогать им определиться с выбором профессионального пути. Если же родители видят какие-то проблемы в ребенке, то им стоит призадуматься, какие их семейные обстоятельства, проблемы и трудности могли это зародить в нем. Таким образом, родителям придется разбираться не только с детьми, но и непосредственно с самими собой. То, что происходит в школах, - это на самом деле загоревшаяся лампочка, которая должна сообщать взрослым о проблемах взрослых.

КОММЕНТАРИИ (1)
Андрей
Очень профессиональный доктор этот Миназов. Вылечили меня в клинике "инсайт" от затяжной депрессии и тревожности(длилось около 2 лет, сильно страдал). Сейчас все ок, повысилась самооценка, завел семью, нашел хорошую работу
3
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
наверх