Каждый год в Челны из мест заключения пребывает 700-900 человек. И первое, что им нужно – это работа. На следующий же день после освобождения. Иначе со временем эти бывшие «зэки» становятся «зэками» хроническими.

Отверженные работодателями: кто и как помогает осуждённым начать новую жизнь

Каждый год в Челны из мест заключения пребывает 700-900 человек. И первое, что им нужно – это работа. На следующий же день после освобождения. Иначе со временем эти бывшие «зэки» становятся «зэками» хроническими.

Опытный челнинский психотерапевт Марат Юсупов на днях сказал:

- Государство не оказывает сейчас никакой поддержки освободившимся из мест заключения. Это большая проблема.

Далее выяснилось, что за непродолжительное время к Юсупову на прием пришли два человека, которые не могут найти себе работу. Их нигде не принимают. 

- Один из них сварщик с опытом работы, у другого сельская специальность, он механизатор, комбайнер. И специальности-то ведь у них востребованные, и судимость не страшная. Не убийцы, не разбойники. Один совершил ДТП, отсидел полтора года, второй заступился за кого-то на улице, но не рассчитал силы и травмировал человека. Ну, во всяком случае не матерые уголовники, не воры! Но нигде их не берут, дошло до нервных срывов, – рассказал психотерапевт. 

Отверженные работодателями: кто и как помогает осуждённым начать новую жизнь

Договорились обдумать проблему, подготовиться, чтобы обсудить тему обстоятельно.

- Нет, Сергей, я понял, что тут нечего обсуждать. Помощь все-таки есть! – радостно сказал специалист, когда уже я с ним связался.

Оказывается, Юсупов зашел в интернет и там по ссылке нашел десяток сайтов, где специалисты и учреждения (в том числе и государственные) предлагают помощь побывавшим в местах наказания. Но Юсупов все-таки ошибся. Экскурс по сайтам показал, что речь идет о специалистах и центрах, которые либо оказывают такую же психологическую помощь, как и Юсупов, или дают юридические консультации. А из государственных учреждений указан только Центр социальной реабилитации, но он предназначен для помощи людям без определенного места жительства. 

- Марат Зайнелевич, а что вы рекомендуете, как вы помогаете таким вашим клиентам? - спрашиваем мы. 

- Честно говоря, я даже затрудняюсь сказать, чем я им помогаю и помогаю ли. Ну, говорю, что ни в коем случае нельзя падать духом, опускать руки и тому подобное, - признался психотерапевт. 

- Это действительно большая проблема! Надзором за отбывшими наказание занимаются в том числе и участковые инспекторы полиции, но трудоустройством они не занимаются. Единственное, чем участковый сейчас может помочь  - это назвать адрес Центра занятости и маршрут к нему.  Об этом участковые освободившимся говорят, - сообщил майор полиции Артур Муллин

Отверженные работодателями: кто и как помогает осуждённым начать новую жизнь

Как освобожденные из мест заключения пытаются устроить свою жизнь на воле в принципе известно. Могу рассказать пару примеров. Примерно в середине 90-х я получил от редакции задание побывать и написать о жизни в Нижнекамской колонии строгого режима. В колонии побывал, факты собрал. Обратно в Челны возвращался на попутке, это был грузовик. В кабину к нам с водителем подсел пожилой мужчина в «зоновской» фуфайке с каким-то странным, небольшим явно не туристическим чемоданчиком. 

- Я только час назад освободился, – так он представился.

- Ну что, будем по «зоновской» традиции за первым поворотом твою тюремную одежду жечь, чтобы ты сюда больше не вернулся? – в шутку предложил я.

- А у меня, кроме того, что на мне, больше ничего нет, – ответил попутчик.

Но таким тоном, который показывал, что шутка ему крайне не понравилась. Но разговорились. Он рассказал, что отсидел десять лет за то, что в веселой компании приревновал и насмерть задушил жену. Из колонии по переписке познакомился с женщиной, она ему понравилась, он ей тоже, вот едет к ней, она ждет.

- А в чемоданчике что, можно полюбопытствовать?

- Это инструменты. Вот приду на работу устраиваться, а у меня и инструмент свой, – сказал попутчик чем будет подкупать работодателей.

Он сел еще в Советском Союзе, вышел в совсем другой стране. Всю дорогу я рассказывал ему о новой жизни, о новых законах, о нравах. Убеждал, что ему ни в коем случае нельзя пить ни капли спиртного ни в какой ситуации, ни при каком настроении. Попутчик слушал меня очень внимательно, к совету не пить отнесся с большим пониманием. Сказал, что в колонии стал верующим, пить сам себе запретил. В это время в разговор со своими репликами то и дело встревал водитель:

- Ну за освобождение выпить-то можно! Так уж и не пить?! Совсем?! Ну с подругой по рюмочке!

Я подумал тогда, что вот такие «водители по жизни» будут самой большой проблемой моего попутчика. 

Отверженные работодателями: кто и как помогает осуждённым начать новую жизнь

Вторая история моих соседей. Они жили этажом ниже: мать семейства, ее дочь и четырнадцатилетний сын дочери. Всегда было тихо. Но с какого-то момента снизу стали раздаваться голоса. И однажды я расслышал совершенно четко голос еще полной сил бабушки:

- Уматывай, Марат, я сказала! Уматывай отсюда! Уматывай!

Выяснилось, дочь по переписке познакомилась с осужденным, который был в колонии. Дождалась, пригласила жить семьей. Но ее маму это не обрадовало. Не уголовника она прочила в мужья дочери. Однажды эта бабуля попросила меня ни больше, ни меньше помочь ей не пускать Марата к ним. 

- Вот он ушел, а придет, ты его прогони, – попросила соседка.

Гнать я не стал. Но как только увидел Марата вечером на лавочке у подъезда, предложил ему спокойно обсудить нашу соседскую жизнь. Я навсегда запомнил его фразу:

- Сергей, мне 23 года и 11 из них я просидел «на зоне», что ты можешь мне сказать?!

Я, конечно, сказал ему о том, что жизнь «на зоне» и жизнь на воле – это две большие разницы. И ему не надо пытаться ставить себя хозяином в доме своей сожительницы, надо терпеливо привыкать к новым порядкам, к другому пониманию справедливости, честности, правила поведения. Надо смириться с тем фактом, что в доме, где его приняли, не он хозяин, хозяйка - его жена и ему надо слушать ее и помогать ей. С какими-то из моих советов он согласился. Съехал с «тещиной» квартиры, подругу ждал у подъезда. Они гуляли, куда-то ходили, разговаривали. Уже тогда я понимал, что таким людям, как Марат, как попутчик больше всего нужна работа. Официальная, постоянная, за которую бы они держались. Потому что надежды на все остальное – это во многом иллюзия. 

- Сергей, я знаешь что вспомнил?! – голос майора Муллина в  телефонной трубке звучал воодушевленно: - Ведь в советские времена была система трудоустройства освободившихся из мест лишения свободы. Были в городе предприятия, где для таких людей специально держали рабочие места.

Отверженные работодателями

В СССР такое было возможно, в той экономике была не безработица, а вечная нехватка рабочих рук. Сейчас, конечно, все наоборот. Но каждый год в Челны из мест заключения пребывает 700-900 человек. И первое, что им нужно – это работа. На следующий же день после освобождения. Иначе со временем эти бывшие «зэки» становятся «зэками» хроническими. Или пьяницами. Или «бомжами», асоциальными личностями. И они наносят ущерб обществу, и возня с ними (полиции, центра реабилитации, больницы) стоит государству и обществу уймы бюджетных денег. Пожалуй, нужны специалисты или даже отдельная служба по трудоустройству и адаптации вчерашних колонистов.


Читайте также: «Святое шпионство» или большая подлость?!»


7 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
Тамара
Всем известно - что, раз человек отсидел - клеймо на всю жизнь. О хорошей работе можно позабыть!
2
0
Ответить

Шакир
Хорошо, если им будут помогать! А там хочет или нет, решение самого человека. Пусть предложат хотя бы. Адекватный пойдёт работать, раздолбай, также продолжит херней страдать. Каждый имеет право на шанс. Ведь не всегда на зону попадают виноватые…
0
0
Ответить

Аноним
@Шакир Вы правы! Некоторые люди на зоне очень меняются конечно. Но всегда нужно давать людям шанс встать на нормальный путь.
0
0
Ответить

Саида
@Аноним К сожалению из зоны люди выходят с испорченной психикой. Но у нас в рт колониях порядок еще говорят, что в нк, что в чистополе. А вот в рф… лучше промолчать
0
1
Ответить

Димасик
Как человек может сказать, что ему 23 года и 11 он отсидел?! Ему что, 12 лет было, когда его посадили?
0
0
Ответить

Михаил Антипов
Действительно, по разным причинам люди попадают в колонию Но, после освобождения, чтобы не встать на кривую дорожку, им действительно нужна работа. Почему сейчас не хотят создать снова ту систему трудоустройства освободившихся из мест лишения свободы, как в советские времена?
0
0
Ответить

Очень нужно чтобы с первых дней мог устроиться на работу. Но к сожалению нет прописки и все . Одного желания мало, он где только не был. Куда только не ходил, толку нет. Смотрю и ни чем помочь не могу. Реву.
@Михаил Антипов Очень нужна с первых дней помощь в устройстве на работу. Ничем ему помочь не могу. Старается устроиться, но нет прописки. Что дальше- не знаю
0
0
Ответить

downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite