«Неясно за что наказывать»: как будут контролировать поиск запрещенной информации в интернете

С осени за поиск в интернете экстремистских материалов, в том числе при использовании VPN, можно будет получить штраф до 5 тысяч рублей. Такой законопроект одобрен Госдумой во втором чтении. Инициативу подвергли критике даже ярые сторонники государства. Как власти могут отследить, что граждане ищут в интернете, и какие сайты могут оказаться «враждебными» — рассуждают эксперты KazanFirst.

Госдума во втором чтении одобрила проект закона, которым вводятся штрафы за умышленный «поиск заведомо экстремистских материалов и получение доступа к ним», в том числе с использованием VPN-сервисов. В КоАП РФ с 1 сентября должна появиться новая статья 13.53. Санкции для граждан составят от 3 до 5 тысяч рублей.

За этот проект проголосовали 283 депутата. Против было 22, столько же воздержались, а часть парламентариев не голосовали.

Стоит отметить, что законопроект поступил в Госдуму еще в октябре 2024 года, но тогда он касался правонарушений в сфере транспортно-экспедиционной деятельности. Соавторами стали депутаты «Единой России» Василий Пискарев, Евгений Москвичев, Александр Хинштейн, Рахим Азимов, Эрнест Валеев, Анатолий Выборный, а также Александр Терентьев от фракции «Справедливая Россия — Патриоты — За правду».

О новых поправках, касающихся наказания за поиск в интернете, стало известно 16 июля, когда комитет Госдумы по госстроительству и законодательству готовил законопроект ко второму чтению. Их разработало правительство РФ.

Кроме того, было предложено установить административную ответственность за рекламу VPN-сервисов (в тексте поправок они обозначены «программно-аппаратными средствами доступа к информационным ресурсам, информационно-телекоммуникационным сетям, доступ к которым ограничен»). Для граждан штрафы могут составить 80 тысяч рублей, а для юрлиц — до 500 тысяч.

Также планируется ввести штрафы за передачу сим-карт третьим лицам, а также кодов доступа к мессенджерам и персональным аккаунтам, например, на «Госуслугах».

Отметим, что прежде в России не было каких-либо санкций за поиск той или иной информации. Под запрет попадало только распространение экстремистских материалов на территории РФ, а также их производство и хранение в целях распространения.

Возникли вопросы, будут ли россиян наказывать, если они открывают приложения Instagram* и Facebook* — они принадлежат компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной на территории РФ. Но первый заместитель председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Артем Шейкин поспешил заверить, что за вход на эти платформы штрафов, по его мнению, не будет.

Он добавил, что просмотр материалов и страниц, принадлежащих иностранным агентам, нарушением не считается, как и других «сомнительных лиц», если они не в списке экстремистов.

Мизулина против, а Симоньян задается вопросами

Появление новых поправок стало неожиданностью даже для государственных журналистов и близких к властям общественников.

Так, глава Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина пожаловалась, что не сможет передавать в МВД информацию о выявленных ей нарушениях.

В своем Telegram-канале Мизулина поставила под сомнение практическую реализацию закона: 

— Видели ли депутаты, сколько свастик и «вентиляторов» в соцсетях? Получит ли штраф школьник, случайно увидевший это в комментариях? Или, скажем, за простой запрос «VPN» в поиске?

Она отметила, что федеральный список экстремистских материалов насчитывает более 5,4 тысячи позици, и задалась вопросом: должен ли каждый гражданин изучать его, чтобы избежать наказания, и как власти будут доказывать намеренность таких поисков?

По мнению Мизулиной, даже сами депутаты могут попасть под действие закона. Граждане часто обращаются к ним с жалобами на экстремистские сообщества, а значит, открытие таких ссылок в рамках служебной переписки может расцениваться как нарушение.

В подтверждение своих слов она привела одно из писем, в котором автор считает инициативу противоречащей Конституции России, в частности, статье 29, гарантирующей свободу поиска и распространения информации законными методами.

Мизулина указала, что к экстремистским материалам относятся такие наименования, как: «Вечный жид»*, «Самая конструктивная партия»*, «Основы ислама»*, «Завещание»*, «Путь к вере»*, «Административные правила»*, «Я русский»*, «Это война»*, «Мировоззрение»*, «Русское государство»*, «Республика»*, «Мой выходной»*, «Ислам сегодня»*.

Как планируется отделять интерес к основам ислама от «Основы ислама»* (материал, признанный экстремистским на территории РФ), так же, как и, например, отделять просмотр клипа SHAMAN «Я русский» от экстремистского материала, пока неизвестно.

Беспокоится и главный редактор RT Маргарита Симоньян.

— Уважаемое государство, подскажите, пожалуйста, а как нам впредь расследовать деятельность и клеймить позором разных там экстремистских ФБК* (запрещенная на территории России организация), если нам будет запрещено их даже читать? — написала она в своем канале, выразив надежду, что «будут поправки».

«Речь идет о штрафах не за распространение, а за любой коммуникационный контакт»

Депутат Госдумы от Татарстана Артем Прокофьев (КПРФ) в разговоре с KazanFirst заявил, что инициатива вызвала широкий резонанс как среди парламентариев, так и в обществе. По его словам, это неудивительно, поскольку сам подход к формулировкам документа вызывает множество вопросов.

— Речь идет о штрафах не за распространение экстремистских материалов, по сути, за просто любой коммуникационный контакт с ними, по факту, — подчеркнул он. 

Прокофьев считает, что первая проблема заключается в уязвимости пользователей, которые могут случайно натолкнуться на запрещенные материалы. Несмотря на заявления авторов законопроекта о том, что подобное исключено, депутат напомнил, что примерно половина граждан России пользуются VPN-сервисами. Это означает, что они теоретически могут получить доступ к экстремистскому контенту даже просто через результаты поиска, не осознавая этого.

Он также отметил, что вторая проблема касается самой цели закона. По его словам, законы в сфере противодействия экстремизму должны быть направлены на недопущение взаимодействия с подобным контентом. Однако в данной редакции под удар попадают и те, кто даже косвенно столкнулся с подобной информацией. При этом, подчеркнул депутат, перечень экстремистских материалов — «это огромный перечень, 5600 позиций». 

Он выразил обеспокоенность тем, что от граждан фактически требуется самостоятельно изучать этот список, чтобы избежать непреднамеренного правонарушения.

Прокофьев обратил внимание и на риски, связанные с использованием современных технологий, в частности нейросетей. Он указал, что зарубежные ИИ-системы не ограничены в доступе к подобным материалам и теоретически могут включать их в результаты генерации, что создает дополнительные риски для пользователей, не имеющих злого умысла.

Третьей серьезной проблемой, по мнению депутата, является затрудненность верификации информации. Он напомнил, что ранее у граждан была возможность самостоятельно проверить, не является ли тот или иной текст фрагментом экстремистского материала. Теперь, по его словам, даже такая проверка может считаться правонарушением.

— Это, наоборот, облегчает работу распространителям экстремистских материалов, потому что как проверить простым гражданам информацию, является ли она экстремистской или нет? Это невозможно, — заявил Прокофьев.

Он также подчеркнул, что законопроект оставляет массу неясностей в части правоприменительной практики, и сделал акцент на том, что конкретных ответов на эти вопросы фракция так и не получила. КПРФ, по его словам, не поддержала инициативу и представила аргументированные возражения по ключевым положениям документа.

Кроме содержательных аспектов, депутат указал и на процедурное нарушение: 

— Мы увидели, как законопроект совершенно на другую тему был, и правильный законопроект в целом, да, был почему-то инкорпорирован целый блок норм совершенно на другую тематику. 

Он выразил обеспокоенность тем, что подобный способ рассмотрения противоречит регламенту и общим принципам демократической процедуры.

«Простые граждане под действие этого закона не попадут»

Другой депутат Госдумы от Татарстана Айрат Фаррахов («Единая Россия») выступает в поддержку этого законопроекта.

— Простые граждане никогда и совершенно случайно под действие этого закона не попадут, хотя бы потому, что сервисы не позволят войти на сайты, которые на самом деле являются враждебными, — заверил он KazanFirst.

На вопрос о том, как будет отслеживаться «поиск», Фаррахов сказал:

— Правоприменение будет складываться в результате вступления в силу данного закона. Но еще раз повторю: простые граждане никогда, ни в каком случае не будут страдать и не могут быть привлечены к ответственности, поскольку это просто будет невозможно. 

«Теоретически отследить можно, даже если человек использует VPN»

Генеральный директор ООО «Киберразведка» Антон Белоусов, комментируя возможность отслеживания поиска экстремистских материалов в интернете, отметил, что технически это реализуемо, особенно если человек пользуется российскими онлайн-сервисами. Он пояснил, что при авторизации, например, в «Яндексе» или других сервисах, данные пользователя могут быть зафиксированы, даже если используется VPN.

— Теоретически это можно сделать, даже если человек использует VPN… у вас аккаунт там какой-нибудь есть, которым вы пользуетесь онлайн в картах Яндекса. Я не знаю, такси вызываете через компьютер или с телефона, например, и потом включаете VPN и под своим же аккаунтом идете в Яндекс, — подчеркнул он.

Он считает, что в подобных сценариях поведение пользователя можно будет отследить, поскольку активность сохраняется в системах, с которыми у пользователя уже есть связанный аккаунт. Однако, по словам Белоусова, если человек использует поисковые системы, серверы которых находятся за пределами России, например Google или альтернативные ресурсы вроде DuckDuckGo, где не ведется сбор данных, отследить его действия практически невозможно.

Он подчеркнул, что большинство граждан все же используют отечественные сервисы, такие как «Яндекс» и «ВКонтакте», что делает потенциальный мониторинг возможным. Тем не менее он усомнился в эффективности этих мер против действительно мотивированных нарушителей, заявив: 

— Если они захотят скрыться, они скроются, и в принципе никак их нельзя будет поймать.

Комментируя сам законопроект, Белоусов признался, что как «инженер он не до конца понимает его суть». Он заявил, что неясно, какую «конкретную проблему этот документ решает». По его мнению, если человек действительно намерен искать запрещенные материалы, он применит технические средства обхода: VPN, прокси-серверы, а также зарубежные поисковики. В таком случае выявить такие действия будет невозможно.

В то же время, если речь идет о гражданине без злого умысла, он выразил сомнение в необходимости применения к нему санкций.

— Честно говоря, мне как инженеру закон непонятен, эти поправки непонятны, потому что непонятно, какую проблему они решают, — сказал KazanFirst Белоусов. 

Он добавил, что запутался в логике требований, ведь административная ответственность предполагает наличие умысла, а установить его в таких ситуациях будет крайне затруднительно.

 «Когда-то анонимность была главной ценностью интернета»

Генеральный директор компании «Цифровая мобилизация» Владимир Кутилов считает, что регулирование цифрового пространства становится общемировой тенденцией. По его словам, ранее интернет ассоциировался с анонимностью, однако сегодня от этой идеи фактически отказались.

— Когда-то анонимность была главной ценностью интернета, сегодня про нее уже никто не рассуждает — цифровой мир должен быть таким же прозрачным и понятным с точки зрения правоохранительной системы, — заявил он KazanFirst.

Кутилов отметил, что для оценки эффективности подобных инициатив важно наблюдать за тем, как будет складываться правоприменительная практика. Он указал на то, что на данный момент сам законопроект не соответствует базовым критериям, которым должен отвечать столь жесткий ограничительный механизм.

По его мнению, создается ощущение, что масштабная федеральная норма вводится для устранения отдельного, локального запроса со стороны правоохранительных органов. Это, в свою очередь, может привести к риску произвольного применения закона.

— Как часто бывает в таких законодательных новеллах, нужно будет наблюдать за правоприменительной практикой — сам закон пока не отвечает базовым требованиям, которые можно предъявить к подобному запретительному инструменту, — добавил он.

Кутилов выразил обеспокоенность отсутствием четких формулировок: неясно, за что именно планируется наказывать граждан. Он задался вопросом, будут ли подлежать санкциям проявление интереса, сам факт поиска информации, чтение материалов или просто посещение определенных интернет-страниц.

— Совершенно не понятно пока, за что предлагают наказывать. За интерес? За поиск? За чтение? За посещение конкретных адресов? — заключил эксперт.

* (Материалы, признанные экстремистскими на территории РФ)