«Мы обязаны создавать условия для комфортного привлечения инвестиций», — Эльдар Тимергалиев о первых итогах работы территории опережающего развития в Набережных Челнах

Замруководителя исполкома, курирующий ТОСЭР, в беседе с KazanFirst
Общество 07:49 / 30 ноября 2016
6

Для KazanFirst

Скоро исполнится год, как Набережные Челны стали первым моногородом в России, получившим статус территории опережающего социально-экономического развития. Статус дает возможность открывать новые производства, привлекая бизнес налоговыми льготами и преференциями. Цель одна — сделать экономику города диверсифицированной.

Курирует развитие ТОСЭР 30-летний замруководителя исполкома Эльдар Тимергалиев. Он работает в структуре исполкома с 2015 года и начинал в управлении земельных и имущественных отношений. В беседе с KazanFirst Тимергалиев подвел первые итоги работы. Например, один из крупных резидентов ТОСЭР китайская компания Haier, выпускающая холодильники, планирует расширить производство до линейки стиральных машин. Для привлечения бизнеса формируют модель быстрого и прозрачного выделения земельных участков.

У города есть вся необходимая инфраструктура, в первую очередь транспортная, говорит Тимергалиев: «Есть общественные зоны, мы развиваем зоны отдыха. Отреставрированы парки, построена набережная Тукая».

— Бизнесу это тоже нужно?

— Конечно. Если отталкиваться от Стратегии-2030, наша основная задача — удержание и формирование человеческого капитала. Все крутится вокруг этого. Любой компании, любому производству нужны кадры. Если город станет привлекательным, человеческий капитал будет только прибывать.

— Сколько предприятий сегодня уже готовы стать резидентами ТОСЭР? 

— Семь компаний подали заявки. Общий объем инвестиций — порядка 2,7 млрд рублей. Ориентировочно они создадут 700 рабочих мест.

— А кто из этих семи самый крупный? 

— Мы для себя не должны выделять крупные и мелкие предприятия, ведь основная цель ТОСЭР — диверсификация экономики моногорода, чем больше середнячков, тем меньше рисков для экономики.

— Какое самое интересное предприятие, на ваш взгляд?

— Одно из самых интересных? Это компания «Полихим Системс», производство полиуретановых систем. Полностью новое предприятие с немецкими инвестициями. Объем заявленных вложений составляет 65 млн. 31 рабочее место они создадут.

— Как скоро эти заявки могут быть одобрены?

— Мы полностью отработали заявку «Полихим Системс» в команде с соответствующими министерствами. Уже получили положительные заключения от минэкономики, минфина и минпромторга. Думаю, в ближайшее время рассмотрим заявку на комиссии.

— То есть за 10 месяцев работы ТОСЭР удалось привлечь только семь возможных резидентов…

— Это нормально. Новые производства никогда не открываются за несколько месяцев. Серьезные инвесторы долго анализируют перспективы, ведут переговоры. Именно поэтому так важно формировать образ ТОСЭР Челнов как отдельного продукта. Мы работаем, результат будет.

 ________________________________________________

Справка

С момента учреждения ТОСЭР в Челнах заявлено 10,2 млрд рублей инвестиций, 8,2 млрд освоено. Львиную долю уже освоенных инвестиций (более 4,7 млрд) составляют вложения «КМК «ТЭМПО» в рамках реализации проекта по организации производства строительной арматуры мощностью 500 000 тонн в год.  Также крупную часть инвестиций составляют вложения АПК «Камский» и Haier с общей суммой освоенных инвестиций более 3 млрд. Также заявлено порядка 2200 рабочих мест, из них 1200 уже создано

________________________________________________

— В Татарстане есть Агентство инвестиционного развития, оно занимается привлечением инвесторов. Что, со своей стороны, делает исполком для привлечения резидентов? 

—  Мы, со своей стороны, тоже обязаны создавать условия для комфортного привлечения инвестиций.  Необходимо правильно позиционировать город, работать над предложениями оптимизации процедуры получения статуса резидента, не забывать и сопровождать действующих резидентов — это позволит сформировать правильный имидж города.

— А что с процедурой выделения земельных участков для бизнеса? 

— Есть моменты, над которыми работаем и мы, и министерство экономики. Подписаны изменения в указ президента [Татарстана Рустама Минниханова] по предоставлению земельных участков без процедуры торгов. Это очень важный инструмент, потому что всегда одним из основных вопросов звучит: «Как мы получим землю? Насколько это будет сложно?».

Корректировка этого указа очень важна. Мы, со своей стороны, посмотрели, какие будут внесены изменения по количественным и качественным показателям. 50 млн рублей капитальных инвестиций, создание 30 рабочих мест — эти показатели уже внесены в проект указа. Но есть еще и порядок предоставления земель, который необходимо увязать с получением статуса резидента, по нашему мнению. Когда мы получаем оформленную заявку с бизнес-планом, ее проверяют министерства и ведомства.

Если эти два инструмента — с одной стороны, критерии, с другой — порядок предоставления земли — будут идти раздельно, то для нас и для резидентов это будет дополнительной бюрократией. Нужно, чтобы вместе со статусом резидент получал право на участок без торгов. 

—  А это не приведет к коррупции или к скандалам в будущем?

— Если бы решения принимал один орган, требовался бы особый контроль. Но у нас есть исполком, минэкономики, минфин, минпромторг, и решение принимает общая комиссия под председательством премьер-министра Ильдара Халикова. Такой механизм минимизирует риски. Кроме того, республика выходила с инициативами отмены таможенных пошлин и расширения границ ТОСЭР. Работа по этим направлениям ведется, но первый шаг — земля без торгов для резидентов — уже работает.

— Много ли в городе свободных земельных участков?

— Есть база таких участков. Мы ее ведем в части дальнейшей систематизации. Это один из элементов Стратегии-2030. Но количество участков не может быть конкретным показателем.

— Почему?

— Потому что есть несформированные участки. Из одного крупного участка мы можем нарезать как 100 маленьких, так и 10 побольше. Все зависит от требований инвестора, мы будем под них подстраиваться, сотрудничать с энергоснабжающими организациями. Очень важно работать сообща. [Мэр Набережных Челнов] Наиль Гамбарович [Магдеев] не раз подчеркивал, что в ТОСЭР должны участвовать все службы. Это подтверждается на деле. Мы не ставим перед собой цель накопления огромного количества участков, но если есть свободные, их надо учитывать.

Еще есть вопросы арендного жилья. Мы вели диалог, например, с компанией Fisher, но иностранные инвесторы не всегда понимают конъюнктуру нашего рынка. Они задают вопросы по поводу цен на жилье, средней заработной платы, сопоставляют цифры.

Поэтому было принято решение в рамках программы Госжилфонда о строительстве 225-квартирного жилого дома в 63-м микрорайоне. Думаю, это тоже хороший шаг к привлечению инвестиций.

— А вопросы лишней бюрократии как решаются?

— Для нас важный вопрос — работа «в одно окно». Важно упростить процедуру подготовки и подачи документов потенциальными инвесторами. Сейчас мы просматриваем документы, которые можно заказывать в рамках межведомственного взаимодействия с налоговой инспекцией. Думаю, мы заключим соглашение.

Каждая справка — это беготня для инвестора, а если у нас будет возможность не только получать самостоятельно всю информацию, но и сопровождать инвестора в его работе, в том числе после получения статуса резидента, тогда город заработает хорошую репутацию. Работая на нее, мы получим синергетический эффект в будущем. Так всегда происходит — в первое время сложно, зато потом сарафанное радио начинает работать.

Репутация — дело такое, не станешь же на каждом углу кричать о том, какой ты хороший. Это надо доказать делами.

— Китайская компания Haier стала первым резидентом ТОСЭР. Как они работают?

— Они вложили уже 1,05 млрд рублей, создали 258 рабочих мест. По всем показателям  двигаются вперед.

— Они производят холодильники. Сколько уже вышло с конвейера? 

— На сегодняшний день произведено более 30 000 холодильников, общая сумма, на которую осуществлен сбыт, составляет 619 млн рублей. Если говорить об общих цифрах, объем запланированного производства Haier до конца этого года —  76 000 единиц, объем на следующий год — 150 000 единиц.

— Продают по всей России?

— Да, рынок сбыта Haier полностью покрывает территорию страны. Планируется экспорт в Армению, Узбекистан и Казахстан, а также в страны Западной Европы.

— Это же сборочное производство. А планы по локализации у Haier есть?

— Да, есть. К концу 2016 года объем локализации должен достигнуть 30%, к концу следующего — 50%, и к концу 2018 года — 70%.

Сейчас локализованы упаковочные материалы, а также некоторые вспомогательные, планируется локализация полимеров и металлических деталей. В ближайшее время они намерены локализовать покраску, сборку корпусов.

— Расширять линейку продукции не планируют? 

— Они рассматривают возможность открытия дополнительного производства — линии стиральных машин. Над этим они думают очень активно, а мы знаем, что китайские инвесторы отличаются высокой скоростью выхода на рынок. Поэтому мы держим руку на пульсе: посещаем их, созваниваемся, сопровождаем.

—  Есть интерес у других китайских компаний? 

—  Да. Диалоги ведутся. 12 октября город посетила делегация китайской компании Eurexport Holding – Zhuoda Group. Они присутствовали на семинаре «Город Набережные Челны как территория опережающего социально-экономического развития», затем отправились в Камский индустриальный парк «Мастер». Также они изъявили желание посетить свободные земельные участки для резидентов ТОСЭР.

— В конце лета открылся завод еще одного резидента ТОСЭР — «ЗаряД». Предприятие известного хоккеиста Даниса Зарипова производит хоккейные клюшки…

— Да, это превосходный проект Даниса Зиннуровича и его партнеров по бизнесу. Они производят качественную продукцию. Мы пользуемся ей. Когда находится свободное время, мы вместе с «ЗаряДом» играем их клюшками.

— Европейские компании интересовались ТОСЭР?

— Да. К нам приезжала делегация Andam Group International, включая известного ученого и бывшего советника по экономике Михаила Горбачева Абела Аганбегяна. В сопровождении  Наиля Гамбаровича они посетили индустриальные парки «Челны» и «Развитие», побывали и на «Кама Кристалл Технолоджи». Пока топ-менеджмент компании находится в процессе принятия решения.

Делегация Fisher приезжала на два дня. Мы показывали им КИП «Мастер». Они очень удивились размаху, именно когда увидели все своими глазами. Очень важно лично возить гостей на производства. Также они заезжали на фабрику Даниса Зарипова «ЗаряД», общались с руководителями. Fisher дал понять, что коллег из Челнов они в любой момент ждут у себя на производстве.

— Малому и среднему бизнесу есть место в ТОСЭР? Пока складывается ощущение, что Челны только для крупного бизнеса.

— Это совсем не так. Смотрите, Челны — город с полумиллионным населением, и по факту, чтобы стать резидентом в первый год, нужно вложить всего 5 млн рублей. А что такое 50 миллионов вложений за весь период реализации проекта, если говорить о новом строительстве? За такие деньги не построишь даже объект на полторы тысячи квадратных метров. Выставленные параметры достаточно адекватны и понятны для нашего города. И очень демократичны для бизнеса, в том числе для малого и среднего (в соответствии с видами ОКВЭД, возможными для ТОСЭР). Это подтверждает заявка «Полихим Систем», которая проходит по минимальным показателям.

— Минэкономики Татарстана и власти Челнов подписывали соглашение со Сбербанком о льготных кредитах под предприятия ТОСЭР. Кто-то воспользовался?

— Этот инструмент пока не применялся, но, думаю, он интересен. Мы его учитываем, но для всего нужно время. Чем больше инструментов мы имеем, тем привлекательнее наш ТОСЭР.

— Ваша карьера выглядит очень успешной: вы за два года выросли до заместителя главы исполкома города.

— Я не считаю свое положение каким-то особым успехом, я просто выполняю задачи, которые передо мной поставлены. Мои родители — обычные люди. Отец — военный, мама — учитель русского, татарского и литературы. Они на пенсии.

— У вас много молодых сотрудников?

— Да, главное, чего хотелось бы от нового поколения, которое я привлекаю к работе, — это чтобы они получали удовольствие от результатов того труда, который они предлагают своей республике и стране. Это главное вознаграждение, от этого тепло на душе. 

— Когда Магдеев приглашал вас из Казани, у вас был опыт работы в земельных отношениях. Вы же начинали с этого направления?

— Да, у меня была база знаний, опыт работы по земле. Не только земельное право, но и вопросы бизнеса не были в новинку. Если выстроить систему правильно и все делать вовремя: заключать договоры, расторгать их, тогда меньше будет и жалоб, и вопросов, и нагрузки на управление. Тогда и удовольствия от работы получаешь больше. Это главное правило. Поэтому очень большое внимание уделялось срокам подготовки документов, хотя это было тяжело на старте, но было и есть понимание, насколько это важно для бизнеса. Упор сделан именно на сроки.

— Правда ли, что вы служили под началом у племянника Рустама Минниханова?

— Да, я работал у него пять лет, но попал туда не по знакомству, а как обычный соискатель. Надеюсь, я оправдал надежды бывшего руководителя.

КОММЕНТАРИИ (13)
Колян
норм мужик, порядок навел в городе.
0
ОТВЕТИТЬ
Тетя
стоят за ним видимо серьезные люди, не просто так он с казани приехал и уверенно тут все разруливает
0
ОТВЕТИТЬ
А
Тосэр только для крупного бизнеса. Малому предпринимательству там делать нечего
0
ОТВЕТИТЬ
Пр
Не понимаю почему такие копеечные инвестиции сделаны для возможных инвесторов
0
ОТВЕТИТЬ
Арми
АХахаха, какая тайная, просто супернеочевидная реклама.
0
ОТВЕТИТЬ
челнинец
в принципе это наверное в рамках рекламы тостера и делалось
0
ОТВЕТИТЬ
игорь
сплошное бла бла бла. никаких преференций от этого тосэр город не получил еще. так одни намерения только. все 10 лет запрягать будут. так что камаз это наше все будет еще долго
0
ОТВЕТИТЬ
Петя
Красавчик — 7 фоток себя любимого! ))))))
0
ОТВЕТИТЬ
Девушка из Челнов
а девчонкам нравится))) симпотный и грамотный, парни не завидуйте! А поднимите себя с дивана и свой пивной животик и начинайте что-нибудь уже делать!
0
ОТВЕТИТЬ
Ага ага
А вы-тодевушки его интересуете?))))
0
Анон
ТОСЭРУ никогда не стать ОЭЗ как Алабуга, но помочь городу в развитии они могут. Пока это только проект для привлечение иностранцев. Жаль, что так мало отечественного бизнеса приходит в город. Данису респект за это. Тимергалиев конечно загадочная фигура но пока старается что-то делает. просьба к нему — привлекайте российский бизнес — местный а не полихим из ФРГ
0
ОТВЕТИТЬ
Марат
Магдееву конечно счастье упало в виде этого тосэра. Удачи!
0
ОТВЕТИТЬ
Мансур
Эльдара знаю лично! хороший парень работает на совесть завистникам поора бы заткнуться
-1
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ

Ректор Казанской консерватории Рубин Абдуллин о проекте нового концертного зала, открытии памятника Рустему Яхину и факультете татарского музыкального искусства

Вторая часть беседы
Общество 06:36 / 22 ноября 2016
5

Беседовала Кристина Иванова

Исполнитель и интерпретатор органной музыки, ректор Казанской государственной консерватории имени Жиганова и председатель Союза органистов России Рубин Абдуллин в интервью KazanFirst рассказывает о квартале искусств и новом концертном зале для Казани, а также рассуждает об идеальной для музыканта смерти.

Органная музыка очень умиротворяет. Исполнителя практически не видно за инструментом, на сцене не происходит никакой активности, и многие зрители во время исполнения просто закрывают глаза, наслаждаясь звучанием. Такой же умиротворяющий и заставляющий прислушиваться голос у моего собеседника.

⇒Первая часть беседы

— Когда человек сидит за органом, мне он представляется капитаном какого-то большого космического корабля. Вы сами кем себя ощущаете?

— Я остановил свой выбор на этой профессии и никогда не жалел об этом, потому что за каждым новым инструментом она открывает новые горизонты. Для меня поездка куда-то — открытие еще какого-то мира. Орган каждому исполнителю будто говорит: «Ты думаешь, что все знаешь про меня? Я тебе сейчас покажу, чего ты еще не знаешь».

— Сложно привыкать к новому инструменту во время гастролей?

— Сложно делать это быстро. Потому что обычно есть два-три часа на репетиции. И все — дальше концерт. Вот мы с вами сегодня познакомились. Вы можете сказать, что все про меня знаете?

— Нет, конечно.

— И я тоже не могу. На это требуется больше времени. Условности профессии требуют узнать инструмент, почувствовать его и начать работать с ним во время концерта.

— Кем вы себя ощущаете?

— Музыкантом. Когда въедливый пограничник в Еврозоне спрашивает: «Куда вы едете?», я отвечаю: «Я музыкант и еду на фестиваль». Все — вопросов больше нет. Особенно в Германии. Профессия музыканта там очень высоко ценится. Поэтому я очень рад, что наши студенты уже который год подряд ездят на гастроли на фестиваль духовной музыки.

— Этот фестиваль проходит по маршруту Россия – Германия – Италия. Почему выбраны именно такие страны? Они наиболее близки России духовно?

— Духовную близость можно найти в любой стране. Если вы на улице обращаетесь к человеку, то сразу становится понятно, дружелюбно ли он к вам настроен. Очень редко можно встретить озлобленную реакцию. Все зависит от того, как вы себя ведете. Я считаю эти поездки очень полезными для студентов.

— Если возвращаться к органу. Помимо того, что его звучание успокаивает и лечит, у музыканта могут возникать определенные сложности. Я где-то читала, что от звучания большой трубы могут даже лопнуть барабанные перепонки…

— Я не знаю таких случаев. Но я знаю, что иногда органисты умирают прямо за клавиатурой инструмента во время концерта.

— От перенапряжения?

— А может быть, от счастья… Но я не к тому, что я репетирую свою судьбу.

— Вы бы хотели так умереть?

— У многих музыкантов есть такое желание. Назиб Гаязович (Жиганов, композитор, возглавляющий консерваторию 43 года — KazanFirst) мне говорил, что хочет умереть легко. Его мечта исполнилась. Он умер едва ли не после своего самого триумфального концерта. Когда человек занят своим делом, уверен в этом, он — счастливый человек.

— То есть за органом вы чувствуете себя не просто музыкантом, а счастливым музыкантом?

— Да, когда мне удается все, что я задумал.

— Часто удается?

— Не всегда все получается.

— Когда я шла на интервью, заметила напротив здания консерватории закрытый памятник Рустему Яхину (советский татарский композитор, пианист, педагог — KazanFirst) Почему его никак не откроют официально?

— Ждем, когда будет готово прилегающее здание. Дело в том, что здание уготовано для факультетов народных инструментов и татарского музыкального искусства. Это такой единственный в мире факультет. Это один из наших приоритетов. Мы очень активно занимаемся фольклорными экспедициями, причем не только татарской национальной музыки, но и других народов, проживающих в Татарстане. Если углубиться в этнологию, мы поймем, что Средняя Волга — как маленькая Европа. Сколько здесь национальных республик: проживают и чуваши, и татары, и марийцы, и удмурты. Это такой замечательный котел, в котором культуры народов взаимно влияют друг на друга и взаимообогащаются. Мы постараемся так построить работу на факультете татарского музыкального искусства, чтобы выпускники осознали свое предназначение в сохранении и развитии национальной культуры.

— Когда ремонт планируют завершить?

— К концу этого года. Там не просто ремонт, а реконструкция. Там у нас разместится также оркестр Tatarica, оперная студия, которая получит целый этаж.

— Открытие памятника Яхину совместят с окончанием реконструкции здания?

— Думаю, да.

— Вы были одним из идейных вдохновителей того, как должен выглядеть памятник?

— Со мной консультировались авторы, потому что я очень близко знал Рустема Мухаметхазеевича. Они работали в основном по фотографиям. А я знаю, кажется, аромат его музыки. Потому что он часто поручал мне первое исполнение своих романсов. Мы очень дружили. Потом случилось так, что когда решался вопрос о гимне Республики Татарстан, он был не очень здоров и попросил меня выполнить определенную работу, связанную с музыкальным текстом.

— О чем вы мечтаете?

— Когда-то я хотел, чтобы здесь был квартал искусств. Я думал, может быть, здание Казанской ратуши нам передадут. Там замечательный зал, в котором дважды выступал Рахманинов, пел Шаляпин — музыканты мирового уровня, которые освятили это здание. Ну, ратуша тоже нужна городу, что же делать… Я считаю, что насущная проблема — новый концертный зал для города.

— Концертный зал имени Сайдашева уже мал для Казани?

— Дело в том, что зал должен быть многофункциональным. Конгресс-холл в Бирмингеме включает сразу 11 залов разного предназначения: для симфонических концертов, для камерных концертов, для конференций и так далее. В них соответствующий интерьер и акустика, бытовые условия. Это целый город. Я считаю, что зрелая музыкальная культура в Татарстане, наличие Государственного симфонического оркестра, оперного театра, консерватории обеспечивают тот фундамент, на котором должен вырасти этот концертный зал.

— Презентовали проект руководству республики?

— Пока это секрет.

— Где должен быть построен этот зал?

— Лучшего места, чем склон к Казанке правее НКЦ «Казань», быть не может. С точки зрения архитектуры эти залы могут разместиться на нескольких уровнях.

— Как ступени?

— Да. Чтобы на первую ступень, скажем, для самого большого зала, можно было зайти с уровня Фуксовского сада. Такие опыты у архитекторов есть. В Пекине, например—здание-яйцо, наполовину погруженное в воду. А в воде вы видите отражение, и форма замыкается. В нем три помещения: большой концертный зал, малый концертный зал и китайский театр. Три в одном. Архитектурные формы могут быть разные. Но я уверен, что это здание должно быть в историческом центре города. Оно должно быть доступно всем.

— Эскиз какой-то есть?

— Сейчас возьму и нарисую (смеется). Я хорошо себе это представляю.

— То есть вы готовы сами стать идейным вдохновителем?

— Мне приходилось на жизненном пути и ГБКЗ вводить в строй. И принимать участие в проектировании органов для кафедрального собора Калининграда, работать в Йошкар-Оле, Ханты-Мансийске, других городах… Это очень интересная сфера деятельности.

— В предлагаемом вами концертном зале тоже должен быть орган?

— Это зависит от уровня духовных потребностей и культуры архитектора.

— Верите, что при вашей жизни удастся реализовать этот проект?

— Я надеюсь. Но на самом деле вы задаете вопросы, на которые может ответить только мэр, премьер-министр или президент. Я не располагаю такой информацией, просто говорю, что это насущная потребность для музыкантов и более чем миллионного населения Казани. В Карнеги-холле в Нью-Йорке три зала. Один на 2 500 мест, другой — на 600, еще один на 300. В каком зале проводить концерт, зависит от программы, коллективов.

— Для Казани сколько должно быть залов в новом сооружении?

— Минимум три. Плюс достаточное количество репетиционных площадей.

— Все упирается в вопрос финансирования?

— Даже не финансирования. А осознания необходимости осуществления этой идеи. Это как гуманитарная прививка для большого количества населения.

— Пока такого осознания вы не видите?

— Широкая публика это понимает. Когда зрители встречают меня внутри ГБКЗ, спрашивают, будут ли строить еще. Я говорю: «Конечно, будут. Ведь вы приходите слушать». Поэтому будут. Но и Москва не сразу строилась.

— Какие еще насущные вопросы есть у консерватории?

— Нам надо строить общежитие. Недостроенное здание стоит еще с дефолта 90-х. У нас есть одно общежитие, в котором живут вдвое больше студентов, чем положено по нормативу,— стоят двухэтажные кровати. Много чего надо. И школа у нас строится, и факультет. Все необходимо двигать. Если бы я мог заниматься только музыкой, я бы с удовольствием это делал. Но это удел избранных на земле. Таких, как София Асгатовна. Но, к сожалению, за моим рабочим столом о таком приходится только мечтать.

— Может быть, под старость лет вы тоже по примеру Губайдулиной переедете жить в тихое местечко в Германии?

— Нет, это не для меня. Я там больше недели не протяну.

Фото: Василий Иванов

 

КОММЕНТАРИИ (4)
Олег
культуру надо развивать, не только о спорте заботиться, с этим я согласен.
0
ОТВЕТИТЬ
Илья
Давайте будем реалистами, не будут у нас ничего культурного строить в ближайшее время.
0
ОТВЕТИТЬ
музыкант
Казани очень нужен новый концертный зал. В БКЗ сомнительная акустика и не такая большая вместимость
0
ОТВЕТИТЬ
Архитектор
Думаю, что лучшее место для нового концертного комплекса с оригинальной архитектурой на правом берегу Казанки, на намытом берегу перед Татнефть Арена. Знаковое здание с крупными формами хорошо бы воспринималось из центра, оживила и замкнула бы набережную.
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
наверх