Александр Перепёлкин: Карполь — глыба, но на нынешнем этапе очень многое беру от Янко

Спортивный обозреватель KazanFirst пообщался с помощником главного тренера волейбольного «Динамо-Казань». Говорили не столько о волейболе, сколько о самом Александре. А еще — о людях, которыми он окружен в своей насыщенной и разнообразной жизни. Сегодня мы публикуем первую часть большого интервью

Спортивный обозреватель KazanFirst пообщался с помощником главного тренера волейбольного «Динамо-Казань». Говорили не столько о волейболе, сколько о самом Александре. А еще — о людях, которыми он окружен в своей насыщенной и разнообразной жизни. Сегодня мы публикуем первую часть большого интервью.


Александр Егоров — Казань

«Нет, завтра не получится. У нас выходной, я — на рыбалку», — предупредил Александр, когда мы договаривались об интервью. Я еще пожелал ему удачи, чего, оказывается, ни в коем случае делать нельзя: клева не будет. Так, собственно, и вышло.

— Думали, будет лучше, но взяли только двух небольших сазанчиков — один на килограмм, второй килограмма на два, — признается Александр. — Сейчас что-то нигде не клюет. Нужно местных рыбаков расспросить, которые знают, куда ехать. А я в Казани только на пляже «Локомотив» более-менее ловил.

— Какой ваш самый весомый трофей? У вас в соцсетях я видел фото с приличной рыбиной.

foto_2

— Как раз вот этот карпик хороший, кажется, на семь шестьсот.

«По выходным — два перелета туда, два -обратно»

— Известно, что ваша жена Мария разделяет ваше увлечение рыбалкой.

— Маша прочувствовала это дело после того, как сама поймала с полсотни маленьких плотвичек. Ей нравится. Если есть возможность, то она не против со мной съездить, но в последнее время что-то не получается. В позапрошлом году хорошо съездили в Финляндию, правда, не специально на рыбалку, а отдыхать. Но заодно и порыбачили.

— Как вам удается жить вдали друг от друга? Жена играет в Краснодаре, вы тренируете в Казани.

— Привыкли. Сейчас стало тяжелее, потому что дочь растет. Но я не жалуюсь. Напротив, доволен, что мы живем такой интересной, разнообразной жизнью. Я подсчитал: за первые четыре месяца прошлого года я в общей сложности летал 45 раз. Конечно, считал и перелеты с командой, но их меньше половины. По выходным же — два перелета туда, два — обратно, потому что в Краснодар летишь через Москву.

— Приходится жить в самолетах?

— Нет, лететь к любимым людям, чтобы получить заряд позитива. Дочка сейчас уже спрашивает: «Папа, когда прилетаешь? Мы скучаем».

— Не задумывались над тем, чтобы быть поближе друг к другу?

— Постоянно над этим задумываемся. Но я считаю, что в нашей ситуации не совсем правильно работать в одном клубе, хотя у нас это было и в «Уралочке», и в Белгороде, и в московском «Динамо». Если я — человек, который требует, организует работу, занимается серьезными вещами, то я в тренерском штабе, а не с игроками. В 2011 году я должен был проводить всю предсезонку московского «Динамо»: новый главный тренер Борис Колчин совмещал работу в клубе и в сборной Эстонии, кажется. И мне это было интересно. Но я принял предложение Ришата Сиразутдиновича и переехал в Казань.

foto_3

— Чтобы не быть в одной команде с женой?

— Да. И мне хотелось самому развиваться — это мое постоянное желание.

— Существует ли угроза отношениям, когда муж — тренер, а жена — игрок?

— У нас с Машей, слава богу, все было нормально. Она все время правильно выстраивала отношения с девочками. Я это понимал, поэтому ни о чем ее не спрашивал, а жена, по возможности, избегала посиделок с партнершами по команде — в том числе и для того, чтобы и девчонки чувствовали себя комфортно, и никто никого не подставлял. Думаю, ей было тяжелее. Для семьи такая жизнь, какая у нас сейчас, безусловно, определенное испытание, но пока все нормально — дай бог, что так и будет. Зато я в отпуск к ним приезжаю с еще большими чувствами. Последние два с половиной месяца, что мы были вместе до начала предсезонки, нам всем было очень хорошо.

— В связи с такой жизнью, наверное, даже не знаете, что такое бытовые конфликты — у вас на них просто не должно хватать времени.

— Стараемся этих вещей избегать, но они все равно нет-нет да возникают. И Маша мне говорит, и сам я понимаю, что, живя по-одному, мы устраиваем свой быт каждый по-своему. Да, раз в месяц какая-нибудь ерунда случится — тарелку я неправильно поставлю или Маша что-то сделает не так, как, на мой взгляд, надо. Потом вместе посмеемся над этим.

— Вашей паре знакомо такое чувство, как ревность?

— Периодически у меня что-то похожее бывает — я бы назвал это не ревностью, а переживанием. Но в последнее время все меньше — не знаю, хорошо это или плохо. У Маши, думаю, было, и это, на мой взгляд, нормально.

— Мужчина по своей природе полигамен — согласитесь, этот фактор превращает выстраивание отношений с единственной женщиной в работу, и непростую.

— Тут важно, как ты сам относишься к этой работе. Согласен, полигамность нашу никто не отменял, но если над собой работать, заниматься собой, верить в Бога, то становится проще.

«В хоккее добрался до защитника первой пятерки»

— При такой жизни, когда семья далеко, ваши увлечения здорово вам помогают, не так ли?

— Это очень важный момент. Я стараюсь себя занимать такими вещами, как рыбалка, хоккей. Последнее время, несмотря на свои 35 лет, люблю играть в хоккей на приставке. Сейчас это настолько развилось, что онлайн-технологии позволяют играть с другом в любом конце света и при этом общаться. Мы друзья с хоккеистом Богданом Киселевичем, бывает, играем на приставке и час-полтора можем обсуждать, как Квартальнов тренирует, как Никитин, как Богдан на сбор в Словакию съездил. Так же, за виртуальным хоккеем, общаюсь с ребятами-хоккеистами из Череповца.

foto_4

— Вам это как-то пригождается в работе?

— Конечно. Пища для анализа богатейшая, багаж знаний хоккеистов — тоже. В Череповце я со многими хоккейными тренерами знаком. Например, от Игоря Захарова, тренера по физподготовке, мастера спорта международного класса по бегу на коньках, почерпнул много полезного. Сейчас топ-клубы КХЛ, например, ЦСКА многое берут из НХЛ: подготовка, отношение к питанию, весу стали другими, наши российские ребята заражаются таким подходом, и все это я пытаюсь и себе оставить. Иногда и поспорить с ребятами интересно.

— Когда вы «подсели» на хоккей?

— В Екатеринбурге, когда работал со второй командой «Уралочки». Узнал, что папа Алены Голосновой, она тогда еще играла, катается, причем прилично, я тоже встал на лед. Хоккеист из меня еще тот, но в Череповце я добрался до защитника первой пятерки команды любительского дивизиона. Выходил и в большинстве, забивал даже.

— В Казани с кем играете?

— Еще в первый свой приход в «Динамо-Казань» я катался с «Солнечным городом» — в этой команде играют сотрудники МВД и общества «Динамо». Сейчас тоже с ними.

— Но кроме общения с хоккейными тренерами у вас был опыт работы с Николаем Карполем. Тоже ведь замечательная школа.

— Николай Васильевич Карполь — это глыба, топ-тренер, пока еще неповторимый в российском и мировом волейболе, который наравне с моим детским тренером Сергеем Васильевичем Когаленко дал мне, наверное, большую часть всего того, что сейчас позволяет мне работать. Но если детский тренер — это больше правильное отношение к жизни, понимание того, что такое спорт, что такое атлет, правильный человек, живущий не только для себя, но и для окружающего мира, то Карполь, с которым я работал три года,  — это система, организованность, порядок в профессиональном клубе. А еще — психологические приемы, умение общаться с людьми и доносить свои мысли не только до игроков, но и до своих помощников. Эти вещи у Николая Васильевича очень сильные и крайне важны для меня в моей работе. Но я хочу вам сказать о другом, коль уж мы хоккей затронули. Наша семья дружит с семьей Янко, Маша — крестная внука Владимира Владимировича. Так вот, Янко внес, пожалуй, максимальный вклад в мое развитие на нынешнем этапе — в основном в то, как выстраивать команду, отношения с людьми, как тренеру вести себя в коллективе. Когда мы с Машей жили в Москве, часто бывали у Янко на даче, я с ним на рыбалку ездил. И очень много говорили именно об этом. Владимир Владимирович делится всем, что знает, причем на доступном языке и очень охотно — ему интересно общаться с молодежью. Как-то я из Череповца специально на три дня поехал к нему в московское «Динамо» на стажировку. Ездил в Крылатское — смотрел, как он проводит тренировки, как устроена команда. Клюшку для бенди в руках подержал.

foto_5

— У вас дружеские отношения? Все-таки разница в возрасте приличная.

— Он потрясающий человек! У него в доме всегда молодежь, причем это не только друзья его зятя и дочки, а именно его друзья.

— Не удивлен этому. Янко и сам молод — ему ведь ни за что не дашь его лет!

— Он будто издевается над всеми нами (смеется)! Дай бог, чтобы как можно дольше так выглядел. Я хотел бы сказать, что у нас дружеские отношения, но это будет так, если сам Владимир Владимирович скажет: «С Сашкой мы друзья!». А то, что он всегда подскажет, поделится опытом, поможет — вне сомнения. Несмотря на разницу в возрасте, которая совсем не чувствуется, когда с ним общаешься. Естественно, уважение присутствует, но в том, что в общении с ним не замечаешь, что ты намного моложе, — его заслуга. Ведь есть люди, которым еще и сорока не исполнилось, а ощущение, будто перед тобой какой-то ветеран.


Читайте также: Максим Пантелеймоненко: Отсчет профессиональной карьеры веду с момента прихода в «Зенит-Казань»


Фото: из личного архива Александра Перепёлкина

Понравился материал? Поделись в соцсетях
0 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite