Талгат Абдуллин рассказал, как помогал горе-банкам Татарстана и дольщикам

В Арбитражном суде республики продолжается рассмотрение иска Татфондбанка в лице Агентства по страхованию вкладов к Госжилфонду республики. Конкурсный управляющий лопнувшей кредитной организации просит взыскать с ответчика почти миллиард рублей

В Арбитражном суде республики продолжается рассмотрение иска Татфондбанка в лице Агентства по страхованию вкладов к Госжилфонду республики. Конкурсный управляющий лопнувшей кредитной организации просит взыскать с ответчика почти миллиард рублей.


Елена Мельник Казань

ТФБ обратился с иском в Арбитражный суд еще 25 мая — с заявлением о взыскании с лопнувшего банка задолженности по кредиту в размере 850 млн рублей, набежавших процентов в сумме 13,7 млн рублей и пени в сумме 74 млн. В ходе судебного заседания представитель ответчика Ильдар Салимзянов сообщил, что Фонд ничего не должен ТФБ, поскольку было подписано соглашение о переводе долга в «Тимер Банк». Однако представитель ответчика Александр Павленко усомнился в подлинности предоставленных суду документов. Он высказал предположение, что они были подписаны задним числом — уже после того, как в ТФБ был введен мораторий на движение средств по счетам, и заявил ходатайство о назначении экспертизы.

Но прежде чем принять решение, судья постановил допросить свидетелей — всех, чьи подписи стоят под обоими соглашениями о переводе долга. Он объявил перерыв, обязав явиться на следующее заседание исполнительного директора ГЖФ Талгата Абдуллина, главбуха Фонда Альбину Гарееву, председателя правления Татфондбанка Марата Загидуллина, а также топ-менеджеров «Тимер Банка»: председателя правления Айрата Камалова и директора казначейства Эльвиру Хайруллину.

foto_2

Однако председатели правления обоих банков вчера не пришли. Зато явилась представитель третьего лица — «Тимер Банка», которая не присутствовала на предыдущих заседаниях.

А был ли перевод?

Всех приглашенных свидетелей судья попросил пока выйти. Александр Павленко подтвердил исковые требования и ходатайство, а также обратился к суду с просьбой направить оба соглашения в выбранную истцом экспертную организацию, которая находится в Москве. Он напомнил, что Татфондбанк уже перевел на депозит суда средства на проведение экспертизы — 60 тысяч рублей. Также он попросил суд выслушать представителя «Тимер Банка».

— Я думаю, что тот факт, что «Тимер Банк» сам оспаривает эти соглашения — по другим основаниям, его позиция должна быть озвучена в данном судебном заседании перед тем, как представится возможность задать вопросы свидетелям, — высказался Александр Павленко.

— Мне кажется, вы что-то знаете, чего мы не знаем, — «заговорщически» понизил голос судья.

— Чувствуется какой-то сговор, — пошутил представитель ответчика.

— Неожиданно!

— Это для полноты картины, для полноты процесса, не более, — возразил представитель Татфондбанка.

— Итак, — обратился судья к представителю третьего лица. — Имели ли место заключения данных договоров от 29 февраля и от 10 марта 2016 года?

Представитель «Тимер Банка» уточнила, что ее сторона оспаривает эти соглашения в Арбитражном суде как необоснованные, но в данном процессе поддерживает позицию истца.

— Дело в том, что эти документы не значатся у нас ни в бухгалтерском учете, ни на материальных носителях. Этих документов в банке нет, — добавила она. — Собственно поэтому мы и оспариваем перевод долга.

— Но вы не утверждаете, что они не были заключены? — уточнил судья.

— Мы их оспариваем, следовательно, они есть, — рассудила представитель третьего лица. — Но мы считаем, что они недействительны. Мы в том процессе не ставим вопрос, когда они были заключены. Этот вопрос, я так понимаю, решается здесь.

foto_3

Она попросила суд приобщить к делу копии документов, доказывающие позицию «Тимер Банка» по этому вопросу. Но представитель ответчика в свою очередь усомнился в поданных доказательствах.

— Полагаю, что данные документы возможно будет приобщить при наличии их оригиналов, — заявил он.

— Вы думаете, у них нет оригиналов? — поинтересовался судья.

— Уважаемый суд, мы сейчас верим тому, что видим, — ушел от ответа представитель ГЖФ. — А оригинала мы не видим.

Схема, от которой в плюсе должны были быть все

Первым в качестве свидетеля выступил исполнительный директор Госжилфонда Талгат Абдуллин. Осмотрев переданные ему соглашения о переводе долга, он заявил, что обе подписи его собственные и что даты верные.

— Вы были заемщиком в Татфондбанке, — констатировал судья.

— Да, — согласился свидетель.

— Скажите, а по обязательствам вы какие-то платежи осуществляли в адрес Татфондбанка? Проценты? Выплаты суммы основного долга?

— Ваша честь, после подписания перевода долга в рамках этого соглашения деньги, поступившие к нам от «Тимера» по депозитному договору, который мы уступили Татфондбанку, мы пересылали на его расчетный счет и писали, что это доходы от депозита, направленного на погашение кредитов. Как это и было написано в соглашении о переводе долга. То есть в данном случае мы исполняли все обязательства, пока все это не началось. И мы удивлялись, почему нам перечисляют эти деньги обратно. Мы вернули все эти деньги «Тимеру» и сказали — сами разбирайтесь! Никто не ставил под сомнение наш договор, никто нас не ставил в известность, что этот договор расторгнут. И мы его исполняли.

Александр Павленко поинтересовался у ответчика, где и при каких обстоятельствах были заключены договоры о переводе долга.

— Это было предложение Татфондбанка и «Тимера», — ответил тот. — Они вместе приехали ко мне и попросили это сделать. Я даже могу объяснить, как это произошло и почему произошло. «Тимер Банк» проводил совещание по поводу обманутых дольщиков. Два предприятия, которые строили дома и брали деньги в кредит в «Тимере», должны были получить кредит на развитие строительства. Но денег не было. А было поручение Жилищному фонду оказать какую-то помощь для того, чтобы эти подрядчики были прокредитованы и получили деньги. «Тимер Банк» говорит: «У меня денег не хватает». Тогда мы решили так: я вам дам деньги — положу депозит. Это будут целевые деньги, и вы их сами будете на строительство жилья отдавать. Таким образом, деньги были положены туда. Понятно, тем не менее, что у меня у самого деньги были — мы параллельно через какое-то время взяли в Татфондбанке кредит и «замкнули» его, сказав: «Господа, обеспечивать будет «Тимер». В принципе было получено устное соглашение, а потом, когда наступил момент, мы сказали: «Хорошо, давайте подпишем соглашение — мы уходим, вы нормально работайте, у вас деньги есть, финансы есть. Все». Таким образом, сделка была сделана, и в принципе она была сделана в рамках нашего устава. Перед нами же задача стоит — оказывать содействие в развитии жилищного строительства, в том числе обманутым дольщикам. Финансовый ресурс — «Тимер», в Татфондбанке мы взяли кредит и отдали нормальное обеспечение деньгами. Эти деньги, по-моему, до сих пор еще есть у вас.

Представитель истца напомнил, что было подписано два договора о переводе долга, и попросил свидетеля вспомнить, когда и при каких обстоятельствах был подписан первый и второй.

— Тут же дата стоит, — развел руками Талгат Абдуллин. — Наверное, тогда и были подписаны.

— Вы не помните? — напирал Александр Павленко.

— Если бы я помнил, что было на обед позавчера… — вздохнул свидетель.

— То есть подписанты приезжали 29 февраля 2016 года один раз? — «подсказал» представитель истца.

— Два раза… три раза были, — вспомнил исполнительный директор Госжилфонда. — Подписывали кредитные договора, подписывали депозитные договора, потом подписывали соглашения о переводе долга. Эта процедура была достаточно длинной. Я помню, что там была спешка с точки зрения обеспечения кредита, выдачи… Это было подписано довольно далеко после завершения рабочего дня.

Представитель Татфондбанка поинтересовался, на какие цели был использован выданный кредит в 850 миллионов рублей.

Талгат Абдуллин объяснил, что деньги были использованы «на развитие нашей программы». Но счел необходимым заметить, что годовой бюджет Фонда составляет порядка 20 миллиардов рублей и что сумма кредита — это примерно недельный расход. Поэтому, дескать, нельзя точно определить, на какие конкретно цели использовались эти средства.

foto_4

— А как вы думаете, какая польза от уступки долга была Татфондбанку? — не отставал представитель истца. — Зачем он согласился поменять Фонд как заемщика на «Тимер Банк» — свое аффилированное лицо?

— Я считаю, что он сделал правильно, — невозмутимо продолжил давать показания свидетель.

— Я только хотел снять вопрос.., — вклинился было судья в диалог, но собеседники его не услышали.

— Во-первых, он будет получать «живые» деньги от «Тимера», — начал Талгат Абдуллин объяснять взаимовыгоду сделки. — Второй вопрос — доходы, которые он может получить как банк от этих денег, могут быть намного больше, потому что сумма депозита займется маржи банковской. Возможность получить всю маржу, получить свой доход — это чисто его интерес. Было бы неправильно, если бы он не воспользовался такой возможностью. А «Тимер Банк» в этом случае тоже оказался не внакладе, потому что тот объем кредитов, который он обещал дать подрядчику, он бы не дал — у него бы получилось нецелевое использование и при этом обремененное.

Представитель «Тимер Банка» поинтересовалась у свидетеля, почему даже после подписания соглашений о переводе долга Фонд продолжал переводить платежи Татфондбанку.

— Согласно соглашению, — невольно скаламбурил Талгат Абдуллин.

Все решит экспертиза

Остальные свидетели тоже подтвердили подлинность печатей и своих подписей под договорами о переводе долга. Однако представитель истца все-таки настаивал на проведении экспертизы документов. Судья предложил Средне-Волжский региональный центр судебной экспертизы Минюста РФ в Казани. Но Александр Павленко просил отправить документы в выбранную им экспертную организацию в Москву.

— А что вас смущает? — удивился судья. — Государственное учреждение. Давайте им назначим.

— Государственное учреждение где находится? — уточнил представитель Татфондбанка.

— Казань, Лесгафта, 33, — охотно продиктовал адрес служитель Фемиды.

— То, что оно находится в Казани, меня и смущает, — признался Александр Павленко. — Мы считаем, что экспертная организация не должна находиться в регионе, чтобы исключить давление на экспертов.

На что представитель ответчика возразил, мол, АСВ находится в Москве и предлагаемая им организация — тоже. Значит, и здесь теоретически может быть давление.

В итоге суд назначил экспертизу документов Средне-Волжскому региональному центру судебной экспертизы, а производство по делу приостановил до тех пор, пока не будут готовы результаты.


Читайте также: АСВ оспорит сделки «Нэфис» и Татфондбанка на 3 млрд рублей


 

Понравился материал? Поделись в соцсетях
0 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite