Битва за урожай: как климат меняет поля Татарстана и приносит новых вредителей

В республике происходит постепенное сокращение зернового клина – повышение суммы эффективных температур сделало возможным массовое возделывание на территории республики высокомаржинальных масличных культур, выращивание которых еще 20 лет назад в силу климата не представлялось возможным. Однако вместе с высокой маржой «южане» принесли в Татарстан и угрозы, эффективно бороться с которыми умеют далеко не все: по словам экспертов KazanFirst, новые вредители и болезни способны уничтожить до 100% урожая.

Отсутствие снега в декабре постепенно перестает удивлять. Ученые утверждают, что за последние 20 лет Татарстан «спустился» на 300 км «южнее»: весенние переходы через ноль стали более ранними, осенние – более поздними.

– 30 лет назад средний срок перехода температуры через ноль в сторону отрицательных значений был 6 ноября, – вспоминает заведующая отделом селекции озимых культур Татарского НИИ сельского хозяйства, доктор биологических наук Мира Пономарева. – В это время уже был устойчивый снежный покров. В этом году снегом не пахло не то что 6 ноября, но и 6 декабря. В прошлом году вместо трех летних месяцев было пять – в мае и сентябре среднесуточная температура составила порядка 15 градусов, что по меркам науки является летом.

Подсолнечник наступает

В сравнении с прошлым годом посевная площадь зерновых в Татарстане сократилась на 90 тыс. га, а площадь посевов технических культур выросла на 97 тыс. га, составив в 2025 году 643 тыс. га.

Самыми быстрыми темпами распространяется подсолнечник, площадь посевов которого за последние 17 лет выросла в 96 (!) раз, с 3,1 тыс. га в 2008 году до почти 299 тыс. га в 2025-м, — такие данные приводил министр сельского хозяйства и продовольствия РТ Марат Зяббаров в начале ноября, презентуя предварительные итоги нынешней уборочной кампании.

Кратно выросла и площадь клина под соей: в 2025 году этой южной тепло- и влаголюбивой культурой было засеяно уже более 60 тыс. га.

Уверенно отвоевывает свое место под солнцем и «новичок» татарстанского севооборота – лен масличный: если в прошлом году им было засеяно 38,2 тыс. га, то в этом уже 56,4 тыс. га.

«Аборигены» уходят

Обратная сторона такой «переориентации» – возвращение на одно и то же поле культур гораздо раньше, чем того требуют законы севооборота.

– Научно обоснованное возвращение подсолнечника на поле – не менее семи лет; пятилетний период уже считается критическим. Сейчас подсолнечник занимает 11% площадей. Если она достигнет 20%, у нас будут серьезные проблемы по чередованию и использованию в севообороте культур, улучшающих здоровье почвы, – приводил текущую статистику начальник отдела развития отраслей земледелия Минсельхозпрода РТ Ирек Садыков на заседании Комитета Госсовета РТ по экологии, природопользованию и продовольственной политике.

Начальник департамента маркетинга АО Фирма «Август» Дмитрий Белов подтверждает, что с переходом на высокомаржинальные культуры биологические или адаптивные севообороты сменяются коммерческими (читай – укороченными).

– То есть культуры чередуются не как это положено с точки зрения санитарной обстановки, а так, как это было бы наиболее выгодно производителям на фоне рыночной конъюнктуры. В почве накапливаются вредители и патогены, которые, будь законы севооборота соблюдены, не имели бы критической массы, – поясняет он.

На этом фоне в Татарстане наблюдается сокращение площади под рожью, овсом и гречихой – «аборигенными» культурами, которые не только позволяют соблюдать необходимую периодичность посевов, но и выступают естественными фитосанитарами почвы. Согласно данным Росстата, на которые ссылается интернет-издание «АгроНовости», за год пощади посевов овса в РТ сократились на 15% (с 35 тыс. га в 2024 году до 30 тыс. га в 2025-м). Зерновой клин под гречихой с 2022 по 2025 год сократился на 22% (с 13,5 до 10,6 тыс. га); за тот же период площадь под рожью сократилась с 93 до 33,6 тыс. га (данные Минсельхозпрода РТ).

Между тем именно грамотный севооборот специалисты называют главным оружием против накопления угроз.

– Севооборот – это главный закон агронома. Ротацией культур злоупотреблять нельзя. Исключение родственных культур на одном и том же поле на протяжении трех-шести лет резко снижает популяцию патогенов: многие возбудители болезней специализированы на одном семействе или даже виде растений, и постоянное выращивание одной и той же культуры приводит к накоплению инфекционного начала в почве, – говорит директор по растениеводству холдинговой компании «Чистополье» Дмитрий Коротких.

То же самое относится и к вредителям – смена культур приводит к нарушению пищевой базы, а отсутствие растения-хозяина на поле в течение нескольких лет ведет к снижению их численности (например, колорадского жука на картофеле). Смена культур меняет структуру почвы и растительные остатки, разрушает места зимовки, дезориентируя и лишая укрытий зимующих вредителей.

– В борьбе с сорняками смена культур так же давно доказала свою эффективность, – продолжает эксперт. – Разные культуры имеют разную конкурентную способность, густоту стояния, сроки сева и уборки. Чередование, например, ранних яровых (пшеница, соя) с пропашными (картофель, кукуруза) и озимыми позволяет использовать разные агротехнические приемы, что сбивает жизненные циклы сорных растений.

Жук показал кузькину мать

Высокие температуры и пришедшие вместе с ними в республику «южане» принесли на поля Татарстана вредителей и болезни, с которыми на практике ранее не сталкивались ни местные аграрии, ни ученые.

– Я работаю с зерновыми культурами 40 лет, но никогда не видела такого нашествия жука-кузьки – раньше мы его видели только в иллюстративном атласе либо когда ездили в командировки в более южные Саратов и Астрахань, – говорит Мира Пономарева. – Последние два года мы на своих опытных полях в Кабанах видим тучи этого жука, и, если вовремя не обработать посевы, может погибнуть значительная часть урожая. Причем эти вредители не съедают зерно, а просто выщелкивают его из колоса, чтобы…усесться поудобнее.

Еще одна напасть, ставшая в последние годы типичной для Татарстана, – желтая ржавчина пшеницы. По словам ученого, еще пять лет назад это грибковое заболевание было распространено на Северном Кавказе, в Краснодарском крае и Ставрополье, практически не встречаясь в средней полосе России. Однако последние три года ржавчина стала все активней распространяться и по Татарстану.

С началом массового возделывания рапса татарстанские аграрии впервые столкнулись с капустной молью. По словам Дмитрия Белова, эта бабочка стала настоящим вызовом для рапсоводов:

– Распространению вредителя способствовала неосведомленность производителей об опасности, которую он несет, и способах борьбы с ним. Признаться, поначалу было откровенное сопротивление применению препаратов, целенаправленно действующих на чешуекрылых, – некоторое время с молью пытались бороться традиционными методами, не наносящими бабочке никакого вреда. К необходимости применения специализированных инсектицидов аграрии пришли, наломав немало дров: из-за обработки рапсовых полей неправильными химикатами число погибших пчелосемей (а рапс является отличным медоносом) исчислялось десятками, а то и сотнями.

В списке новых угроз – широколиственные сорняки у сои, борьба с которыми крайне затруднена, поскольку они относятся к одному и тому же классу, что и сама культура, а также злаковые, особенно опасные на ранних этапах роста сои. Из болезней специалисты выделяют грибковые инфекции, включая склеротиноз, поражающий при влажной погоде бобы во время цветения и налива. В ряду самых опасных специализирующихся на сое вредителей – паутинный клещ, выедающая семена внутри бобов соевая плодожорка, луговой мотылек, массово повреждающий листовой аппарат, а также практически не поддающиеся искоренению почвенные нематоды.

В числе наиболее экономически значимых вредителей кукурузы в Татарстане – стеблевой (кукурузный) мотылек, гусеницы которого повреждают стебли, початки и метелки, вызывая потери урожая и полегание. Усугубляет ситуацию с вредителем пренебрежение некоторых производителей необходимостью измельчать и заделывать пожневые остатки в почву, поскольку мотылек зимует в стеблях.

Наиболее проблемной с точки зрения фитосанитарных рисков культурой специалисты называют подсолнечник.

– Главную угрозу для севооборота представляет падалица подсолнечника: семена сохраняются в почве и прорастают в последующие годы, становясь злостным сорняком в посевах зерновых и других культур, – поясняет Дмитрий Коротких. – Из болезней можно выделить тот же самый склеротиноз, или белую гниль, – источник инфекции может сохраняться в почве до десяти лет. Ключевой вредитель культуры – подсолнечниковая огневка (моль), гусеницы которой выедают содержимое семянок в корзинке; против нее эффективны только устойчивые, так называемые панцирные гибриды с твердым слоем клеток в кожуре.

«Высокую рентабельность придется делить с капустной молью»

Первый крупный случай поражения посевов в Татарстане был зафиксирован в 2019 году, когда из-за эпифитотии (аналог эпидемии в растительном мире) грибкового заболевания под названием снежная плесень в республике был объявлен режим ЧС. Тогда в регионе погибла половина посевов озимых злаков.

По расчетам Миры Пономаревой из ТатНИИСХ, финансовые потери аграриев, включая гибель посевов и затраты на пересев, составили не менее двух млрд рублей.

– В среднем по России мы отдаем на откуп болезням, вредителям и сорнякам четверть урожая – и это не мои данные, а оценки Всероссийского НИИ фитопатологии. Кому-то может повезти – потери будут нулевыми, а у кого-то может погибнуть весь урожай целиком, – говорит она.

При этом возможные потери от болезней и вредителей прямо пропорциональны рентабельности культуры.

– Вопрос сохранения урожая стоит тем острее, чем больше и дороже этот урожай, – поясняет Белов. – Если на высокомаржинальной культуре при урожайности 40 центнеров с гектара вы потеряли 10%, то эти четыре центнера вам компенсирует высокая цена. Но такие вредители, как капустная моль, склеротиния, серая гниль корзинки подсолнечника, могут забирать 30%, 40%, 50% вашего урожая. Та же самая капустная моль, если с ней не бороться, может уничтожить до 100% урожая. Так что когда вы закладываете высокую рентабельность, очень может быть, что эту рентабельность вам придется делить с капустной молью.

В ХК «Чистополье» не скрывают, что компания регулярно сталкивается с ситуациями значительных потерь урожая из-за ранее нехарактерных или усилившихся угроз, хотя и старается минимизировать их до уровня, не приводящего к полной гибели. По словам, Дмитрия Коротких, 100% потерь удается предотвращать за счет ряда мер, но экономические потери в 10-30% и более – реальность: старые, традиционные для региона схемы защиты перестали работать, нужна непрерывная адаптация.

– Свести потери компании к минимуму удается за счет стратегии упреждающего управления рисками и внедрения системы адаптивного агроменеджмента. Ее ключевые элементы – севооборот, диверсификация, когда ни одна культура не занимает критически большую площадь в один год, мониторинг с использованием спутниковых снимков и агроскаутинга (работы полевых разведчиков) и лабораторная диагностика: при малейших сомнениях образцы направляются в фитопатологическую лабораторию. Однако самый действенный инструмент в борьбе с новыми угрозами – это проактивный подбор генетики. Абсолютный приоритет при закупке семян отдается гибридам и сортам с генетической устойчивостью к угрозам, – поясняет эксперт.

«Резистентность воспитывают сами аграрии»

Главное препятствие в борьбе с южными болезнями и вредителями – их растущая резистентность к традиционным методам борьбы, которую, по словам Миры Пономаревой, зачастую «воспитывают» сами аграрии, пренебрегая рецептурой, концентрацией, сроками и кратностью обработок полей:

– По аналогии с антибиотиками профилактические дозы только приучают патогены к препаратам, и потом лей-не лей – толку не будет.

Яркая иллюстрация сказанному – устойчивость грибков снежной плесени к веществу карбендазим, ставшая предметом исследований, которые ТатНИИСХ проводит в рамках гранта Российского научного фонда.

– Мы проехались по всему ПФО и собрали образцы снежной плесени со 170 точек. Исследования показали стопроцентную устойчивость к фунгициду. Мы не просто обрабатываем гриб веществом – мы помещаем его прямо в него, и он прекрасно себя чувствует внутри пробирки с фунгицидом, – рассказывает ученый.

С проблемой резистентности сталкиваются практически все компании, занимающиеся интенсивным земледелием. Дмитрий Коротких из ХК «Чистополье» называет сразу несколько точек соприкосновения между ростом резистентности и изменением климата.

Первая – это удлинение вегетационного периода: теплые осени и ранние весны позволяют вредителям и патогенам дать на одно-два поколения больше, что ускоряет естественный отбор особей, устойчивых к пестицидам. Вторая – стресс растений: засухи, перепады температур, избыточная влажность делают их более легкой мишенью для вредителей и патогенов. Это требует большего числа защитных мероприятий, что увеличивает пресс отбора на популяции вредителей и возбудителей болезней. Третья – появление новых и адаптация старых видов: против болезней и вредителей, приходящих в регион вместе с южными культурами, теряют эффективность традиционные схемы защиты.

– Однако самая острая и дорогостоящая проблема для нашего холдинга – растущая устойчивость сорняков к традиционным мерам борьбы, которая является результатом длительного и бесконтрольного применения одного гербицида, – говорит эксперт. – Наиболее опасный сценарий – это множественная резистентность, когда сорняк, будучи устойчивым сразу к нескольким механизмам, становится практически непобедимым. В части грибковых инфекций – септориоза, мучнистой росы, ржавчины на зерновых – резистентность проявляется как сбой в эффективности, когда после обработки болезнь через некоторое время вспыхивает снова. У вредителей широко распространенной проблемой является устойчивость к перитроидам (инсектицидам, действующим на нервную систему и приводящим к параличу и гибели насекомых) колорадского жука, клопа-черепашки и тли.

«Проблема резистентности – это гонка вооружений»

Одним из возможных методов борьбы с резистентностью в ТатНИИСХ называют селекцию устойчивых к вредителям, болезням и сорнякам сортов и гибридов.

– Над селекцией сортов ржи и тритикале, устойчивых к снежной плесени, мы работаем на протяжении последних 15 лет, – говорит Мира Пономарева. – Нашли участок, огороженный лесопосадками, где снег лежит дольше, и специально по озимым вносим туда грибок. Так «родился» высокоурожайный, устойчивый к этому заболеванию сорт ржи «Зилант», который сейчас входит в топ-10 сортов в России по занимаемым площадям. А сорт «Ритм», который мы только что передали на госсортоиспытания, устойчив к сорнякам за счет своей повышенной кустистости – культура создает плотное покрывало, через которое сорняки просто не могут пробиться.

Директор по растениеводству холдинга «Чистополье» борьбу с резистентностью называет гонкой вооружений, в которой нельзя победить, наращивая только химическую мощь, – победа достается тем, кто делает ставку на комплексность, интеллект и профилактику. По словам Дмитрия Коротких, фундамент эффективной борьбы с «пришельцами» составляет агротехническая основа – строгий и научно-обоснованный севооборот, в котором чередуются культуры с разной технологией возделывания, использование устойчивых гибридов и сортов, пространственная изоляция полей под одну культуру для снижения скорости распространения резистентных популяций, чередование способов обработки почвы (вспашка, mini-till и no-till) и уничтожение растительных остатков.

– Наше золотое правило – ротация препаратов с разными механизмами действия, а также использование баковых смесей, содержащих два и более действующих вещества с разным механизмом действия на цель. Не менее важны точный расчет сроков и доз, применение оптимальных экономических порогов вредоносности и обработки только тогда, когда популяция превышает критический уровень. Наконец, нельзя пренебрегать использованием цифровых инструментов (спутниковым мониторингом, дронами, системой дистанционного контроля сельхозугодий), контролем качества обработок и применением опрыскивающей техники, обеспечивающей равномерное покрытие и минимизирующей снос действующего вещества, – говорит Дмитрий Коротких.

Дмитрий Белов из АО Фирма «Август» уверяет, что необходимости вывода на рынок новых действующих веществ в настоящее время нет – существующая линейка способна закрыть все потребности аграриев. Более того, если в последние годы и происходил отказ от использования тех или иных препаратов, то исключительно из-за их токсичности, а не потери действующих свойств:

– Последний скачок вывода новых молекул приходится на девяностые-нулевые годы. Многие зарубежные сельхозрынки сейчас переживают стагнацию, в то время как российский, напротив, остается растущим. И если раньше новые соединения попадали в РФ только спустя пять-шесть, а то и десять лет после мировой премьеры, то сегодня компании-разработчики заинтересованы в первоочередном выводе именно на российский рынок. Так что на сегодня мы имеем весь необходимый набор препаратов для решения существующих проблем. Вопрос исключительно в их грамотном применении – дозировках, ротации, кратности применения и т.д, – говорит он.

Тем не менее в этом году «Август» ввел в эксплуатацию собственный научно-исследовательский центр в подмосковной Черноголовке, включающий, в том числе, химический кластер. По словам Дмитрия Белова, у компании есть самостоятельный опыт разработки действующих веществ, однако по экономическим соображениям выводить их на открытый рынок она не торопится. Сегодня одно из главных направлений работы центра – поиск оптимальных сочетаний действующих веществ и адаптация технологий их применения в регионах России, а также странах ближнего и дальнего зарубежья.