26 ветеранов завода бутилкаучука (БК) «Нижнекамскнефтехима» снова пришли на работу. Только вместо смены — экскурсия по предприятию, вместо рабочих журналов — объятия с теми, с кем не виделись годы. Ветераны осмотрели новые производства «Нижнекамскнефтехима», оценили автоматизацию («мне бы такой станок»), прошли на свои рабочие места. И рассказали, почему канадцы когда-то посадили перед заводом три елочки.
Экскурсия началась на производстве гексена – первого и единственного в России завода по выпуску этого стратегически важного компонента для полиэтилена премиум-класса. Установка мощностью 50 тысяч тонн в год запущена в августе 2025 года и полностью покрывает потребности внутреннего рынка.
Со знанием дела и толикой любопытства ветераны изучают аккуратные ряды трубопроводов, современное оборудование, цифровые панели управления. А разговоры тем временем возвращаются в те времена, когда завод БК только начинался, когда все выглядело совсем иначе, а то и вовсе — казалось невозможным.
Михаил Крекшин, в прошлом главный технолог производства БК, вспоминает запуск галобутилкаучука в 2004 году. Тогда на «Нижнекамскнефтехиме» впервые в стране получили хлорбутилкаучук, а затем бромбутилкаучук — материал, который используется в герметизирующем слое бескамерных шин.
Сегодня он кажется обычным промышленным продуктом. Но тогда запуск сопровождался постоянными вызовами.
«Когда мы запускались, времени вздохнуть не было. Столько задач надо было решать», — вспоминает Крекшин.
Технологию приходилось выстраивать буквально на ходу. Иностранные специалисты относились к проекту скептически, некоторые — откровенно не верили, вспоминает бывший директор завода БК Равиль Шияпов.
«Нам ведь канадцы и другие производители говорили: вы можете делать ракеты и все остальное, но это производство вы никогда не освоите. Они посадили три елочки перед управлением на память и сказали, что без нас вы ничего не сможете сделать. А мы решили: все равно его запустим», — отмечает Шияпов.
Смысл был простой: когда-нибудь вернуться и посмотреть, как выросли деревья. Но завод заработал.
Первый бутилкаучук на комбинате получили 28 июля 1973 года. А сегодня мощности производства бутилового и галобутилового каучука достигают 200 тысяч тонн в год — это крупнейший завод такого типа в мире.
Следующая остановка — ремонтно-механический завод (РМЗ). Его фундамент заложили еще в 1963 году, задолго до запуска основного производства. Когда-то здесь стояли обычные механические станки, а детали часто доводили вручную.
Сейчас устаревшее оборудование почти полностью заменили на 144 высокоточных обрабатывающих центра с ЧПУ. Инвестиции в модернизацию превысили 10 млрд рублей.
«Я знаком с рынком станков, и то, что я увидел сегодня, – это высший пилотаж. ЧПУ, точность… Еще недавно производство фильеры занимало пять дней, а сегодня на это требуется 4 часа. Я бы сам хотел такой станок», — отмечает начальник цеха Амир Каюмов, пришедший на БК 1986 году.
Впечатляют ветеранов и современные условия труда: новые корпуса, чистые производственные зоны, комнаты писхоэмоциональной разгрузки для сотрудников.
«Раньше мастерские были обычными, а сейчас – современные здания, люди в чистоте работают, операторы за пультами с четырьмя экранами, никакой усталости. Достижения впечатляют», — говорит главный механик с почти 40-летним стажем Рустам Гильмуллин.
Но куда бы не заворачивал автобус, главная точка маршрута для ветеранов — завод бутилкаучука. Чем ближе к корпусам, тем разговоры становятся тише. Кто-то взмахивает рукой и вспоминает: «Вот там мой участок был».
Экскурсия перестает быть экскурсией. Старое рабочее место. Коллега, которого не видел двадцать лет. Столовая, в которую ноги всех ветеранов приводят сами. Потому что самые важные разговоры на заводах всегда происходят за чашкой чая.
Амин Каюмов вспоминает, что в период становления завода перед инженерами ставили сложные задачи. Например, увеличить мощности производства, не расширяя площадку и не нарушая требований безопасности. Пришлось пересматривать все — колонны, трубы, насосы. Но главный результат был в области химии.
«Мы не просто добивались чистоты – мы убрали побочные реакции, которые разлагали продукт. Благодаря институтам и нашей команде мы смогли довести чистоту изобутилена с 93% до фантастических «четырех девяток» (99,99%). Это позволило нашей продукции занять 80% европейского рынка», — вспоминает ветеран.
Главный механик Рустам Гильмуллин пришел на завод в 1973 году — в год запуска производства. Он вспоминает, как инженеров могли вызвать ночью, чтобы разобраться с новым оборудованием.
«Строили первыми в Союзе. В Сумгаите тоже строили, да так и не смогли пустить – взорвалось. А мы пустили. Приезжали чехи, трое ребят, они кураторами были. Было время, тогда же ничего не было. Когда первые американские компрессоры ПК-7 разбирали, нас днем и ночью вызывали. По крупинке все осваивали», — говорит Гильмуллин.
Но ветераны говорят: главным на заводе всегда были люди. Галина Пронина, работавшая аппаратчиком с 1976 года, вспоминает один случай. Работник вернулся из Афганистана и оказался на грани выселения из общежития. Весь цех вступился, писали ходатайство — и оставили человеку крышу над головой
«Самое главное, что было и что я хочу пожелать сохранить – это взаимопомощь и доброжелательность», — говорит она.
Сегодня предприятие переживает новую эпоху. Ветераны говорят, что с приходом СИБУРа комбинат получил новый импульс развития: модернизацию производств, инвестиции и приток специалистов из разных городов.
«Сегодня мы на экскурсии увидели, что везде идет модернизация производства. Отношение к людям – сохранили лучшие традиции, заботу об условиях труда. Приехали люди из многих городов: из Санкт-Петербурга, из Тобольска. Они приехали сюда с новыми веяниями, новыми идеями. И этот приток, я думаю, пойдет на пользу», — отмечает Равиль Шияпов.
И после небольшой паузы добавляет: «Значит, все было не зря».
Comment section