Проблемы с преподаванием татарского языка все те же, что и век назад

Редакция KazanFirst продолжает цикл исторических публикаций к 100-летию ТАССР.

Татарская республика в начале становления решала и не могла долгое время решить вопрос с татарским языком. Почти как и Татарстан сегодня.

Но обо всем по порядку.

Декрет от 1921 года, которым татарский язык объявлялся государственным на всей территории ТАССР, должны были выполнять очень быстро, но так получилось, что не выполнили и за 100 лет. Например, к 1 февраля 1923 года все печати, штампы, уличные вывески ведомств в республике должны быть переведены на татарский. До этого даже в татарских слободах все вывески исполнялись исключительно на русском.

Необходимо было наладить типографское производство государственных документов, обеспечить технические возможности для организации документооборота на татарском, запустить службы перевода. Ничего этого даже приблизительно не было.

Добавьте к этим задачам обстановку, в которой их приходилось решать:

- низкий уровень урбанизации (большинство живёт в деревнях);

- низкий уровень социального-экономического развития плюс голод в Поволжье и разрушенное гражданской войной дезорганизованное хозяйство.

Кроме того, две крупнейшие этнические группы в республике - русские и татары - жили сами по себе. Русские не знали татарский, а татары не говорили по-русски. Даже в крупных городах, где уровень межэтнического взаимодействия всегда выше, чем на селе, уровень владения русским языком среди татар был низким, русские и вовсе не знали татарский.

К намеченному сроку поставленные задачи решены не были. Вывески в городах на татарском появились, но все остальное было из рук вон плохо. Советские служащие либо плохо выполняли, либо отказывались выполнять программу по реализации татарского языка. Усугубляло ситуацию то, что контроль советской власти за исполнением собственной декларации был слабым или отсутствовал совсем.

Чиновники в районах, где почти все население составляли татары, не говорящие на русском языке, продолжали рассылать формуляры, постановления и прочие бумаги исключительно на русском и отказывались переводить документы на второй государственный язык.

Такое поведение было удобно и имело много оправданий. Например, пишущие машинки на киррилическом шрифте были, а вот пишущих машинок на татарском не было отродясь и закупить их было негде и не на что - финансирование тоже было плохим.

К 1926 году только в трех волостях ТАССР появились механические пишущие машинки с татарским (ещё арабским) шрифтом, из-за чего документы приходилось переписывать на татарский от руки, пишет Халилова в монографии «Реализация татарского языка и политика коренизации в ТАССР в 1920-е годы». Писать и размножать документы от руки никому не хотелось («учите, граждане, русский»).

Еще хуже была обстановка с преподаванием татарского в школах. В Народном комиссариате просвещения ТАССР этот вопрос курировали два главных управления: по социалистическому воспитанию и профессиональному образованию (Главсоцвос и Главпрофобр).

В 20-е годы школы в СССР делились на ступени. Четырёхлетки относились к первой ступени. Второй ступенью считались семи- и девятилетки. Все они работали под управлением Главсоцвоса. В татарских школах первой ступени обучение велось на татарском языке, пишет Кирилова в работе «Функционирование татарского языка в сфере образования».

На основании инструкции наркомпроса ТАССР от 21 декабря 1922 года во всех школах второй ступени, в ПТУ, в партшколах, в рабфаках, вузах и в городских школах в последнем классе первой ступени преподавание татарского языка стало обязательным. Но уровень этого преподавания ничем почти не отличался от сегодняшнего: методик не было, планов не было, кадров не хватало, обеспечение учебным материалом было очень плохим. Школьная программа по татарскому для русских школ появилась только пять лет спустя начала программы реализации татязыка.

Уже с 1924 года стало звучать мнение, что нужно обратить больше внимания на обучение татарских детей русскому языку. Логика понятна: татарские дети и так знают разговорный татарский (их родители учат), но мало говорят на русском, а значит, надо увеличить количество часов русского. Не трудно догадаться, почему в течение жизни всего двух поколений татарский язык фактически исчез из школы и бытовой городской жизни.

Кроме того, советские чиновники выполняли декрет о реализации татарского языка в привычной для себя манере - формально. Вот пример: в 1920-1925 годах для татарской молодежи были открыты шесть техникумов и один рабочий факультет, организованы курсы и группы подготовки к вступлению. По бумагам для татар были созданы все условия для обучения. Но по факту обучение в татарских учебных заведениях велось на русском языке. Татарский не преподавали совсем или только для немногих желающих.

По инструкциям обучение татарскому языку было обязательным для средних и высших учебных заведений. Студенты обязаны были сдавать зачеты по татарскому языку. Но на деле это правило выполнялось лишь в Восточном пединституте в Казани. Главпрофобр (отвечающий за работу вузов) ограничил реализацию плана по внедрению татарского языка документом, в котором было установлено, что татарский должен преподаваться два часа в неделю (ничего не напоминает?) и только в течение двух лет.

Формально студентов, не сдавших зачет по татарскому языку, ждало отчисление. Но, по факту отношение к этому было как к необязательному предмету. Надо ли говорить, что уроки татарского студенты массово не посещали. Угроза отчислением не помогала - всё равно никого не выгоняли.

Главпрофобр даёт два часа в неделю на татарский и смотрит на выполнение этого плана формально, жаловался в 1925 году в Центральную комиссию по реализации татязыка учитель татарского Касим Субаев. Но что могла сделать Центральная комиссия?

В 1923 году были закрыты курсы-кружки по изучению татарского языка нетатарским населением. Курсы открывались при участии Центральной комиссии для популяризации татарского языка. Но учёба в кружках была добровольной, а организация негодной. Как результат - русские в большинстве своём так и не захотели изучать татарский. Для работы он был не нужен и преимуществ не давал. Кроме того, бюрократия (в подавляющем количестве состоявшая из этнических русских) саботировала решения по реализации татарского языка и считала, что татарам легче учить русский, чем наоборот.

К началу 1930-х годов сталинская политика унификации Красной империи покончила даже с этим. Как это происходило и к чему привело - в следующей части.


Читайте также: Из прошлого в настоящее: что значит столетие ТАССР


Понравился материал? Поделись в соцсетях
0 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite