Руководитель отряда «След»: Если обратиться за помощью сразу, то вероятность найти человека — 95%

В честь десятилетия существования ДПСО «След» глава организации Виталий Емельянов порассуждал о добре
В честь десятилетия существования ДПСО «След» глава организации Виталий
Емельянов порассуждал о добре, о мотивации и про работу с детьми и пожилыми
людьми.

2 февраля 2013 года в Челнах произошла трагедия: пропала восьмилетняя Василиса Галицына. Девочку искали не только жители автограда, но и неравнодушные со всего Татарстана. Тысячи добровольцев и сотни полицейских не покладая рук пытались найти Василису, надеясь на лучший исход. 4 февраля задержали Фарруха Ташбаева, который признался в убийстве девочки и указал, где спрятал её тело. 

«Через определённое время поступила информация, что она найдена убитой. Убийца всё это время присутствовал на её поисках.»

Печальные события стали мотивацией для группы энтузиастов, которые организовали 6 февраля 2013 года Добровольческий поисково-спасательный отряд «След». Волонтеры из Нижнекамска 10 лет безвозмездно занимаются поиском пропавших людей. За 2022 год отряд провел 148 поисков, в 133 из которых им удалось найти пропавших живыми. О том, как проходят поисковые работы и с какими трудностями сталкиваются волонтеры, в интервью KazanFirst рассказал один из руководителей организации.

«Старички выходят из дома в никуда — не понимают, куда идти и что делать»

Плотник по образованию и активист по призванию Виталий Емельянов отдал восемь лет своей жизни поискам пропавших людей. Три года он выступает руководителем Добровольческого поисково-спасательного отряда «След». За его плечами десятки поисковых работ. Вступил в отряд мужчина после случайно увиденного репортажа о пропаже человека. В нем, помимо информации о самом пропавшем человеке, был объявлен клич о нужде добровольцев — новых людей, которые готовы в любую погоду, любое время искать пропавших.

«Через определённое время поступила информация, что она найдена убитой. Убийца всё это время присутствовал на её поисках.»

— Виталий, что мотивирует вас оставаться в деле?

— Добро быть должно. Как говорят: делай добро и добро возвратится к тебе. Я не могу мимо пройти.

— Не тяжело ли было совмещать в начале работу и поиски? Как это влияло на вашу семью? 

— Моя девушка тоже занимается поисками. Раньше трудно было, сейчас всё хорошо. Я не могу сидеть на месте, лучше пойду и займусь поисками.

— Какой поиск отпечатался в вашей памяти сильнее всего?

— У нас не так уж и давно, года два-три назад, потерялась лыжница Гульшат возле «Алмаша». И тогда очень много людей вышло её искать, мы насчитали 250 человек. Группы двигались с двух сторон, навстречу друг к другу — с «Батыра» и «Алмаша». И через определенное время поступила информация, что девушка найдена убитой. Убийца всё это время присутствовал на её поисках.

Но это не единичный случай, когда убийцы выходили на поиски. Подростка 17 лет убили во время отдыха его же друзья, вывезли тело в Корабельную рощу и вместе с нами выходили на поиски.

— А как вы узнаете о пропаже человека? Вам звонят родственники пропавших или есть свои источники в правоохранительных органах? 

— Мы сотрудничаем с правоохранительными органами и 112. К нам также обращаются через соцсети родственники пропавших. 

«Через определённое время поступила информация, что она найдена убитой. Убийца всё это время присутствовал на её поисках.»

— Кто чаще всего теряется и где?

— Пожилые люди с деменцией, а разделить по времени года и местам невозможно. Старички выходят из дома в никуда — не понимают, куда идти и что делать.

— Всегда ли вам удается найти человека?

— 100% никто не даст гарантии, что мы найдем человека. Но стараемся делать всё как можно быстрее. Если обратиться за помощью сразу, то вероятность найти человека — 95%, нежели когда к нам обращаются спустя дни, даже недели. Всё зависит от людей — какую они дадут информацию, как будут откровенны — это очень важно. Отмечу также, что мы не распространяем никакой персональной информации о пропавших.

— Сколько обычно длится поиск человека?

— Если выходя на поиск на улицу… сутки, бывает, двое или трое, месяц.

— Где вы обычно находите людей или тела?

— Кто-то пошел в лес и заблудился. А тела могут быть везде: вышел человек на улицу — что-то с ним случилось. Труп в таком случае может где угодно лежать.

«Через определённое время поступила информация, что она найдена убитой. Убийца всё это время присутствовал на её поисках.»

— Как начинаются поиски? Как вы организовываете рейды?

— Нам звонят по телефону. Мы человека обрабатываем и начинаем думать: стоит ли выходить на поиски, сможем ли мы его найти — это зависит от времени и скорости подачи заявления нам. Потом мы раскидываем по группам и чатам клич, указываем место и время.

— Помогают ли социальные сети или листовки в поисках?

— Конечно, значительно. Бывает такое, что на телефон звонят и звонят из-за них, хотят помочь.

— Как вы выбираете маршруты для поиска?

— Начинаем с места, где пропал человек. Потом берем карту и начинаем размышлять, куда отправить людей. 

— Как часто вам в поисках помогают люди не из вашего отряда?

— На поиск детей выходит много взрослых, а на взрослых наоборот — человека два-три. Бывало, что ходишь и ищешь в одиночестве. 

— Какую помощь оказывают обычные люди?

— Кто-то может подарить жилетки, бумагу. Финансово помогают редко.

— Какую технику или аппаратуру вы используете в своей работе? Есть ли квадрокоптер или тепловизор?

— О квадрокоптере мы мечтаем давно и надеемся, что он у нас когда-нибудь появится. Бывает, что люди помогут бумагой и распечаткой. У нас есть рации, фонари, компасы, ноутбук. Но те же квадрокоптеры в лесу не используешь. А тепловизоры — оборудование дорогое, его трудно достать.

На нашей странице есть сбор на квадрокоптеры и реквизиты, куда можно перекинуть деньги, если есть желание помочь.

Руководитель отряда «След»: «Делай добро и добро возвратится к тебе. Я не могу мимо пройти.»

— Как к вам попадают новые сотрудники? Проходят ли они обучение?

— Остаются надолго те, кто терял близких. Они до сих пор с нами в отряде и занимаются поиском. Обучения как такового нет. Человеку можно объяснить, что делать, что нужно быть аккуратным. В позапрошлом году Поисковый центр Казани устраивал нам обучение в Челнах.

— Как можно сократить пропажи детей и стариков?

— С детьми нужно проводить время, смотреть за их действиями. Дети сейчас непонятно что делают и творят. Пожилым нужно делать нашивки с ФИО и номером телефона. Либо покупать часы с GPS-трекером, детям тоже подойдет. 

— Как с условными педофилами, по вашему мнению, можно бороться?

— Никак. Педофилов всё равно всех поймают, посадят в тюрьму, а там им жизни не дадут, и они это знают.

— Ведете ли вы профилактические работы для сокращения количества пропаж?

— Бывает такое, когда человек потерялся и потом связался по телефону с нами. Мы объясняем, что делать, чтобы этого избежать в будущем. Детям в школе проводим лекции по безопасности, последняя была до Нового года. 

— Виталий, было ли у вас желание всё бросить и уйти?

— Было. Но если уйти, кто будет этим заниматься? 


Читайте также: Доброволец «ЛизыАлерт» из Челнов: У нас живут по принципу «хорошо, что не у меня»


Comment section

Добавить комментарий

Войти: 

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *