Руководитель этнологического отдела Института истории имени Марджани Гульнара Габдрахманова рассказывает о проблемах самоидентификации татар в России

Этническая самоидентификация татар базируется на четырех столпах: татарское происхождение и история народа, культура, традиционный ислам и ментальность
Регионы 07:02 / 24 ноября 2016
10
1

Беседовал Ильнур Ярхамов 

Недавняя инициатива президента России Владимира Путина принять  федеральный закон о российской нации условно разделила общественность, политиков, ученых-этнологов и журналистов на два лагеря — одни связывают термин «россиянин» с этническим компонентом, другие — с гражданским.

В Татарстане своя гражданская идентичность уже сформировалась — понятие «татарстанцы» мало у кого вызывает отторжение. Приживется ли «россиянин» по всей стране — вопрос открытый.

В Татарстане у татарского языка есть государственный статус. Но татары — один из самых дисперсных народов. В России их, по данным переписи 2010 года, более 5,3 млн человек. Но в республике проживает только 2 млн человек, ещё один 1 млн — в Башкортостане. Ученые-этнологи, татароязычные писатели, журналисты и представители национальной эстрады смотрят с тревогой, как в Челябинской, Оренбургской, Ульяновской и других областях сокращается количество школ, где преподается татарский язык, и местные периодические издания, пишущие на татарском.

Любопытно, но печатные СМИ Татарстана жалуются на сокращение своей подписки. Проще говоря, не знают, куда сбыть свою продукцию. В то же время жители татарских сёл вне Татарстана жалуются на нехватку журналов, газет и книг на татарском языке, рассказывает руководитель отдела этнологических исследований Института истории имени Марджани АН РТ Гульнара Габдрахманова. Об этом и об итогах мониторинга этнической идентичности татар в России она рассказала KazanFirst.

— В этом году завершается трехлетняя госпрограмма по сохранению идентичности татарского народа. Какие итоги ваших этнологических исследований татар в России вы можете подвести?

— В Татарстане в 2013 году была принята госпрограмма по сохранению идентичности татарского народа. Она действовала с 2014 по 2016 годы. В течение трех лет мы проводили исследования татар, проживающих в разных регионах России. Мы исследовали Крым, Западную Сибирь, Республику Алтай, Поволжье.

Результаты исследований мы попытались обобщить и представить в виде научно-аналитического отчета. Он был представлен в министерстве культуры РТ, которое курирует эту государственную программу.

Мы выявили основные компоненты этнической идентичности татар.

Разберемся с понятиями: этническая идентичность — это то, на основе чего люди отождествляют себя с представителями той или иной этнической группы. Нас интересовали вопросы: «Как люди себя отождествляют с татарской этнической группой?» «Каково содержание самоотождествления в этой этнической идентичности?»

Нам удалось выявить четыре основных компонента, подкрепляющих этническую идентичность современных татар, вне зависимости от того, в каком регионе страны они проживают. Во-первых, нам все говорили, что они чувствуют себя татарами, потому что в них течет татарская кровь, происхождение татарское и потому, что их предки были представителями татарского народа. То есть происхождение, история для татар сегодня являются главным определяющим признаком их этнической идентичности.

Второй очень важный признак — культура. Все говорили, что татары обладают особой традиционной культурой, связанной, скажем, с национальной одеждой, пищей. В общем, то, что характерно только для татарского народа.

Ещё одним важным компонентом для татар выступали традиционный ислам, татарские традиции вероисповедания.

В-четвертых, менталитет — устремленность к инновациям, предприимчивость, поддержка семейных традиций, то есть многопоколенность — это когда у татар вместе проживают сразу несколько поколений. Такие инновационные качества наряду с некоторыми традиционными особенностями татар — основы этнической идентичности.

Эти факторы — база, на основе которой татары не забывают о своей этнической принадлежности.

FNR_8915— Как много человек попало в поле вашего внимания? Исследования проводились в городской среде или в сельской?

— Мы работаем с очень разными методиками, с разными источниками. Для нас очень важны данные официальной статистики. Привлекаем материалы всероссийских переписей. Также привлекаются данные текущей статистики.

Но самый главный для нас источник — материалы наших этносоциологических исследований. Здесь мы тоже работаем очень разными методами. Где-то проводим массовые опросы, например, в Татарстане. Здесь очень удобно работать с анкетными опросами опрашиваем порядка 1200 человек.

В других регионах мы поступаем по-другому. Там сложно проводить массовые опросы. Там мы работаем качественными методами: проводим интервью с представителями татарского народа, фокус-группы — метод в социологии, когда привлекаются и приглашаются по 8-10 человек, задаются вопросы и люди их обсуждают.

Нам также интересен анализ интернета. Например, очень интересный процесс — татары активно образовывают виртуальные сообщества. В «Одноклассниках» только 4000 виртуальных татарских сообществ насчитывается. «Вконтакте» около 6000 групп. Самый распространенный паблик «Татары и татарочки» объединяет около 110 000 татар. Это огромная аудитория. Мы там исследуем этническую идентичность татар, разбросанных по всему миру.

⇒Татарские сообщества «Вконтакте», посвящённые эстраде и юмору, зарабатывают ежегодно по несколько миллионов рублей

FNR_8932Исследовалось городское и сельское население. Для нас интересна проблема татарского языка — сохраняется ли он среди городских и сельских татар. Среди моноэтничных татарских районов республики татарский язык сохраняется. Там татары его признают родным и языком общения.

Этот срез мы также смотрели в интернет-сообществах, точнее, насколько там используется языковой компонент. Оказалось, что очень много групп, в которых ребята общаются на татарском языке. 80-70% контента в некоторых группах представлены только на татарском языке. Аудитория там от 18 до 35 лет. Это молодые люди, которые стремятся использовать татарский язык. Там в некоторых случаях он с ошибками, где-то просто обыгрываются слова, где-то вставляются слова на татарском. Но для ребят это очень важно. Для нас тоже, как для исследователей.

Есть такое мнение, что молодежь теряет татарский язык. Но в этих виртуальных средах все равно стараются соблюдать и сохранять его.

На татарском языке, как правило, обсуждают проблемы истории, культуры татарского народа и ислама.

Мы также заметили, что при обсуждении новостей, связанных со спортом, с политической жизнью страны и Татарстаном, используется русский язык. Есть ещё и такие группы, где всё же доминирует русский язык.

FNR_8920— Участники татнета в свое время заявляли, что востребованы татароязычные сайты, посвященные татарской эстраде, татарским писателям и литературе.

⇒На перевод сайтов на татарский язык у республиканских властей нет денег. Из 277 государственных порталов татароязычному населению доступны только треть

— На самом деле наше исследование показывает, что ребята очень активно обсуждают историю. Некоторые из них выкладывают свои краеведческие исследования, обсуждают новейшие книги.

Наш институт запустил ролик — «Истоки происхождения татар». Мы посмотрели реакцию ребят — сколько пользователей увидели ролик. Получилась огромная динамика за полгода, хотя мы не применяли никаких технологий для его продвижения. Ребята в комментариях пишут: «Побольше бы таких роликов». Они пишут, что им не нужны сложные книги, фундаментальные труды. Им нужны легкодоступные форматы, из которых они могли бы больше узнавать о себе.

Молодые семьи очень много пишут об отсутствии книг, сказок, фильмов для детей. Им все это нужно в электронной версии. Понятно, что не все могут оказаться в Татарстане и приобрести эту продукцию. У традиционного ислама тоже очень большая востребованность.

Сейчас идет полемика между муфтием Татарстана Камилем Самигуллиным и имамом одной из московских мечетей Ильдаром Аляутдиновым по поводу татарского языка. Наш муфтий исходит из того, что в Казани всего три мечети читали пятничную молитву на русском языке. Поэтому запрет проповеди на русском безболезнен. Есть ли у татарских мусульман ассоциированность себя с татарским языком, с татарской этничностью или есть какие-то другие формы ассоциации?

— Когда мы работали по этнической идентичности в предыдущие годы, то слышали, что среди молодой части татарской интеллигенции был большой интерес в начале 90-х годов к мечетям, к религиозной литературе. Многие шли в мечети с желанием получить этническое татарское, религиозное, духовное, культурное наполнение своих чувств. К сожалению, они тогда увидели невысокий уровень образованности имамов. Многие из них просто ушли и никогда больше не вернулись в мечети. Если некая татаристость будет, образованные имамы и информация будет подаваться о татарском исламе, то это вернет национальную интеллигенцию. Татарская интеллигенция ушла по квартирам в хорошем смысле. Они не перестали читать исламскую литературу, они не перестали узнавать татарскую историю и культуру.

— Исследование города и деревни — это, я так понимаю, изучение в Татарстане Казани и Набережных Челнов?

— По-разному, на самом деле мы стараемся охватить как можно больше городов. Если взять последние наши исследования, по которым работали фокус-группы, то это были сельские районы, Казань, Челны и Альметьевск. Мы сравнивали эти пять фокус-групп.

FNR_8942— Как обстоят дела с языковым ландшафтом Казани?

Мы объехали восемь городов республики: Казань, Челны, Елабугу, Альметьевск, Буинск, Зеленодольск, Нурлат и Чистополь. Взяли разное количество лиц в городах. Брали центральную улицу как лицо города и периферийные улицы, спальные районы. Мы сфотографировали все знаки, которые встречались: официальные знаки на официальных учреждениях, магазины и даже объявления, висящие на столбах. На этой основе мы создали базу из порядка 12 000 знаков по Татарстану, их проанализировали с помощью математических и статистических методов по соотношению использования татарского и русского языков. Получилось, что в целом по республике соотношение татарских и русских знаков составляет только 5%, остальные 95% знаков либо русские, либо русско-английские, либо превалирование русского языка над татарским.

Мы проанализировали систему «Народный контроль», где люди сами фотографируют таблички, оформляют жалобы, отслеживают, как отреагировали органы власти и управления. В ходе массовых опросов мы спрашиваем респондентов: «Считаете ли вы, что публичные фигуры в Татарстане должны владеть татарским языком?». 100% респондентов говорят, что и русским и татарским должен владеть президент Татарстана. Чуть поменьше считают, что языками должны владеть чиновники и представители органов власти и управления. Еще меньше, что должны владеть те, кто работает в системе обслуживания: врачи, социальные работники (это примерно 50%).

По нашим опросам, 100% сельских татар говорят, что и президент, и чиновники, и социальные службы должны владеть татарским языком. Для сельских татар в республике татарский — основной язык общения, когда они приезжают в города, то для них очень важно говорить на татарском языке.

Русские обращают внимание на то, что не на всех табличках есть перевод с татарского на русский, а татары обращаются с просьбой перевести с русского на татарский.

FNR_8937— Сколько татар считают татарский язык родным?

По материалам переписи 2010 года, почти 100% татар Татарстана называют татарский язык родным. Наши исследования показывают чуть-чуть ниже долю признания татарского языка родным– более 90%. При этом мы задаем вопрос: «А что вас объединяет с татарским народом?» Татары выделяют язык как первый компонент, а уже потом идет история, ислам, природа, ментальность. Почти за 20 лет — с 1994 по 2011 годы — значимость языкового компонента только растет.

— А фактическое владение татарским языком?

— Тоже 100% получается. Но когда переписчик приходит домой к человеку и спрашивает: «Умеете ли вы разговаривать на татарском языке?» Он отвечает: «Да, я умею здороваться и прощаться на татарском». Но мы смотрим на разные уровни владения татарским языком– от свободной формы до невладения.

Если говорить о свободной форме, то ей владеют 75% татар в сельской местности. В городах — 40%. Но в действительности показатели ниже, потому что когда социолог приходит и спрашивает, людям хочется представлять себя в лучшем свете.

— Какой регион России вне Татарстана, но с присутствием татар наиболее татарский?

– Если брать всю Россию, то в европейской ее части в среднем 30% людей говорят, что татарский язык родной, столько же им владеет. Лидирует по уровню владения татарским, конечно, Поволжье.

— А после Татарстана какой регион можно назвать?

— Смотря что вкладывать в понятие татарскости.

— По всем вашим четырем факторам…

FNR_8894

— Один из индикаторов измерения этнической идентичности в российской социологии — число людей, говорящих, что они никогда не забывают о своей национальной принадлежности.

В Западной Сибири мы тоже работали с массовым опросом и использовали этот индикатор, там тоже порядка 90% людей говорили нам, что они никогда не забывают о своей национальной принадлежности. В других регионах мы не работали с массовыми опросами, а просто спрашивали людей, что для вас значит татарская национальная принадлежность. Все говорили, особенно молодежь: «Да, я никогда не забываю о своей национальной принадлежности». Мы крайне редко слышали от людей, чтобы для них это было не важно.

— Это помогло вам выявить потребность татар, не живущих в Татарстане, в татарском языке. Они удовлетворены количеством поступаемой к ним литературы, числом школ с преподаванием татарского языка?

— В регионах мы почувствовали огромную потребность в общетатарской литературе: книг об истории, культуре татар. Очень плохо налажена система доставки периодических средств массовой информации. Татарстанские газеты и журналы не доходят до регионов.

Мы приезжали в Западную Сибирь, объехали деревни и обнаружили, что у них нет интернета. Они полностью изолированы. Для них телеканал «ТНВ» — единственный глоток воздуха, благодаря которому они получают информацию о татарах. А так, на самом деле, в библиотеки заходишь и находишь только две-три газеты 90-х годов. Больше они, к сожалению, ничего не получают.

В советское время эта система очень хорошо работала. Все советские учреждения обязаны были распространять книги с декабря по март, тогда и распространялись национальные газеты.

Такая потребность есть в регионах, но она разная. У крымских татар, например, такая потребность носит травматический характер. Они очень тяжело переживают все, что связано с депортацией в 1944 году и позже. Я бы сказала, сейчас у них этническая идентичность носит эмоциональный характер, особенно среди старшего поколения. Молодежь настроена более конструктивно, спокойно.

В Западной Сибири другая ситуация чуть-чуть. Для них еще очень важны экономические проблемы, тяжело с работой из-за сельской местности. Этнокультурные проблемы тоже очень важны, но не так важны, как для крымских татар. В каждом регионе есть своя специфика.

FNR_8887— Татары, которые живут вне Татарстана, ощущают своей родиной то место, где родились, или же их взоры направлены на Татарстан и они лелеют себя надеждами переехать в Казань?

— По моим ощущениям, вряд ли кто-то настроен переезжать в Татарстан, но Татарстан для них — это особый регион России. Не только потому, что многие из них воспринимают его как историческую Родину. Это тоже условный термин. Они очень гордятся теми успехами, которые происходят у нас в республике.

— Они следят за новостями из республики?

— Очень. Они знают, смотрят с большим удовольствием и символом татарского народа называют [президента Татарстана Рустама] Минниханова, [Минтимера] Шаймиева, Мусу Джалиля, Габдуллу Тукая. Они говорят, что «Камаз», «Татнефть», Универсиада — это для них важно, они чувствуют гордость за татарский народ.

Наряду с этим у всех присутствует региональная идентичность. Татары Западной Сибири говорят, что они сибиряки. Крымские татары — это, конечно, Крым. Ну а мы— татарстанцы.

Также мы видели локальную идентичность: «Я из такой-то деревни, я помню, что оттуда мои предки, я из такого-то района». Когда мы приезжаем, нас часто спрашивают: «А вы из какого района?» У татар очень сильная связь с деревней, поэтому тяга искать истоки в деревне для них очень важна.

В наших работах мы показываем, что для татар характерна многоуровневая идентичность: локальная сельско-деревенская идентичность в хорошем смысле и региональная и общероссийская. Несмотря на то, что мы татары и живем в этом регионе, чувствуем себя сибиряками, крымчанами, татарстанцами, все говорят, что мы, конечно, россияне.

FNR_8895Какое место занимает этническая идентичность в иерархии самоидентификаций татар?

— Эта методика с 1989 года присутствует в наших исследованиях. Во-первых, когда мы приглашаем наших респондентов в фокус-группы, то мы вообще не сообщаем цель нашего исследования.

Во-вторых, первое задание, которое они  получают, это написать на листочках ответ на вопрос «Кто я?». Они пишут: «Я — мужчина», «Я — женщина» , «Я — преподаватель», «Я — врач», «Я — охранник». Потом они объясняют, что написали и почему. В этой системе для нас очень важно понять, где у них этническая идентичность.

Если она на первом месте, то это не очень хорошо. Тогда человек живет этническими категориями и выставляет их в первую очередь. Она должна быть на последнем уровне, что в принципе для социологов неплохо. Человек должен и живет, прежде всего, общечеловеческими ценностями. Например, «Я — мать», «Я — дочь». Все остальное должно занимать в иерархии последние места или вообще отсутствовать.

В наших исследованиях участники говорят «Мы — татары» в последнюю очередь. Мы никогда не слышали, чтобы это второе-третье место занимало. Это считается нормой в мировой науке, когда человеческие качества стоят выше этнических.

— Крым стал недавно частью России. Что у них происходит с региональной самоидентификацией? Считают ли себя жители Крыма частью России?

— У крымских татар отсутствует общероссийская гражданская идентичность, отсутствует практически региональная идентичность, но это объяснимо, потому что эти вещи не формируются за год или два. Это длительный процесс. В отношении региональной идентичности пока в самом регионе отсутствует региональная идеология, которая сплачивала бы все народы вокруг Крыма. Пока нет политики, которая включила бы в себя всех, особенно крымских татар, и позволила бы им, как и другим народам, почувствовать себя полноценными жителями этого региона. В этом смысле мы только советовали обратить внимание на Татарстан, который благодаря своим проектам, идеологии сформировал общерегиональную идентичность — татарстанцы. Я уверена, что сейчас этот процесс в Крыму идет. При хорошем стечении обстоятельств он закончится благополучно, потому что крымско-татарская молодежь очень конструктивна и позитивна, они сами говорили: «Да, нам нужно немного времени, нужно, чтобы все успокоилось, чтобы все прошли переходный период, мы готовы жить и работать дальше, жить в составе России, быть россиянами».

FNR_8908— Говоря о молодежи, какие возрастные рамки вы имеете в виду?

— Мы не оперируем стандартными показателями Госкомстата и стараемся брать от 18 до 25-27 лет. Нас интересуют молодые студенты 1-го и 2-го курсов, состоявшиеся студенты и те, кто начал работать. Это разновозрастные группы, которые имеют разные взгляды, нам важно, чтобы эти три сегмента были представлены в наших фокус-группах.

— На ваш взгляд, гражданская идентичность в Татарстане уже сформировалась?

— Региональная сформировалась давно. В начале 90-х годов политическая элита говорила: «Да, мы татарстанцы». Все успехи республики, так или иначе, сплачивают людей вокруг региона. Они чувствуют гордость за свой регион. Молодежь нам говорит, что гордится республикой и что президент Владимир Путин отзывается о Татарстане как об образцовом регионе.

— Можно ли сказать, что региональная общегражданская идентичность «мы — татарстанцы» станет базовой для общегражданской российской идентичности «мы — россияне»?

— Гражданская идентичность «мы — россияне» укрепляется в Татарстане. По этому показателю мы не отстаем от регионов России. Татарстанцы чувствуют себя россиянами. Региональная идентичность никак не противоречит общероссийской идентичности. Элитой республики и простыми людьми татарстанская идентичность воспринимается как часть общероссийской идентичности. Мы чувствуем себя татарстанцами, но мы часть большой страны. И наши показатели по российской идентичности не хуже, чем в других российских регионах. На самом деле то, что люди принадлежат какому-то определенному региону, — это общемировая ситуация. Где человек родился, он всегда будет принадлежать этому месту и чувствовать гордость за него. Это естественный процесс. Это нормально, тем более что мы это рассматриваем как непротиворечивое словосочетание.

Отличается ли региональная идентичность татар от региональной идентичности русских? Кто больше всего себя ассоциирует с республикой?

— По нашим материалам, она примерно равная среди татар и русских. И те и другие одинаково себя чувствуют и татарстанцами и россиянами. Другое дело — наполнение региональной и татарстанской идентичностью. Для татар региональная идентичность держится, прежде всего, на татарскости. Татары говорят, что  Татарстан — это регион, где мы действительно можем использовать свой родной язык, можем изучать свою историю. Это наша Родина. А русские с пониманием относятся, что Татарстан – это символ для татар и татарской культуры. Они воспринимают регион по большей части с точки зрения его экономических успехов.

Так исторически сложилось, что русские оказались сконцентрированы в сфере промышленности нашего региона. Они очень тяжело переживали 90-е годы, когда происходил развал всей экономики страны и пострадала промышленность. А сейчас происходит возрождение промышленности по всей стране, в том числе и в Татарстане. Русские стали себя чувствовать гораздо лучше, вот эти экономические успехи в промышленности очень важны для них сегодня.

Если говорить о общероссийской идентичности, то тут очень разные понимания. Татары говорят, что русский язык — это средство общения для них. Для русских русский язык — это государственный язык. У татар есть небольшое опасение, что за этой общероссийской идентичностью они могут потерять свою татарскость как культурную специфику. У русских этого нет. И в 90-х годах мы наблюдали, что российская идентичность у русских была сильнее, чем у татар. Русские видели федеральный центр как свою базу. Но Татарстан в 2000-х годах очень сильно начинает выдвигаться вперед. Федеральный центр оказывает поддержку, русские начинают чувствовать себя более уверенно. Все это вместе складывается в примерно одинаковую идентичность у татар и русских.

FNR_8892— Как в Татарстане относится к татарскому языку русская молодежь?

Есть крайне радикально настроенные представители русской общественности, говорящие, что он мешает русском языку и снижает уровень развития детей. Мы всегда на этот счет приводим данные статистики о сдаче ЕГЭ по русскому языку. Например, в 2011-2012 учебном году средний балл по русскому языку в республике был вторым после Москвы.

Мы видим, что число сторонников этой крайней позиции никак не растет на самом деле. Есть какое-то количество людей, которые много лет об этом говорят, но массовой поддержки их взгляды не получают. Однако одновременно в республике сформировался форум активности «Русское культурное общество», активность которого направлена на язык, но они больше озабочены проблемами культуры русской речи и языка. В своих мероприятиях они пытаются решить эту проблему — «уровень русского языка  в республике». Они говорят: «Включите 1-й канал и послушайте, что дикторы и депутаты Госдумы говорят, какие ошибки они допускают!» Это проблема всей России, и они стремятся просто решить эту проблему внутри отдельно взятого региона.

Есть еще другая часть общества — татарские молодежные объединения, Форум татарской молодежи, стремящиеся внедрить татарский язык в городское пространство. Они создают площадки для развития татарского языка.

Не надо видеть активность только в крайних проявлениях. Есть разные формы активности в республике, которые я назвала бы наиболее конструктивными. Они более массовые, туда людей больше вливается, по нашим наблюдениям.

Что касается наших исследований на массовых опросах, то поддержка татарского языка довольно высокая. 90% наших респондентов говорят, что татарский язык должен преподаваться в русских школах. Но и татары и русские солидарны в том, что сегодня их очень не устраивает качество обучения татарскому языку, методика обучения, учебники по татарскому языку и сама цель обучения татарскому языку. То есть когда татарский язык преподносится как филологическая наука, а не выстраивается с точки зрения выработки у учащихся коммуникационных навыков — умения говорить на повседневные темы. Это напрягает татар и русских. По нашим исследованиям, они абсолютно одинаково это проговаривают.

В Казани мы посетили очень много культурно-массовых мероприятий и смотрели, как татарский язык используется в досуговой сфере. Проводили интервью с русской татарской молодежью Казани. Мы заходили в «Смену» и на другие площадки и смотрели, как там используется татарский язык. В татарском театре татарский язык присутствует, но тоже не на 100%. Люди в фойе разговаривают на русском языке, в антракте — тоже все на русском.

В креативной резиденции «Штаб» я наблюдала ребят из Африки и наших. Они обсуждали компьютерные программы и в конце попрощались, сказав «Саубул». А потом русские ребята мне сказали, что для них стало привычным вставлять татарские словечки в разговор. Да, им негде разговаривать на татарском языке, но сказать «Ашыкма» легко, «Давай тизряк» — круто и модно.

На массовом уровне сформировалась особая культура речи. Нам рассказывал кто-то из ребят, что если рядом стоящий человек говорит на татарском по мобильному телефону, то он сам прислушивается, чтобы проверить себя, свои навыки владения этим языком.

Фото: Василий Иванов

КОММЕНТАРИИ (5)
Казанец
Где можно купить эту книгу? Раньше у Института истории была книжная лавка внутри института, но сейчас они оттуда съехали, но в здание тюрьмы под Кремлем, куда их переселяют, еще не въехали. И где теперь у них книжная лавка тогда?
0
ОТВЕТИТЬ
Наблюдатель
Вопрос к Габдрахмановой: русские Татарстана благодаря тому, что у них меньше часов на русский язык в школьном расписании, чем в других регионах России, получали высокие баллы по ЕГЭ и хорошие результаты на олимпиадах, или вопреки этому? Просто если ее послушать, то получается чем меньше русского языка и чем больше татарского языка в школьном расписании, тем лучше результаты по русскому языку по ЕГЭ
1
ОТВЕТИТЬ
Алмаз
А почему татарский язык как часть национальности татар не упомянули? С ним что, совсем все плохо?
0
ОТВЕТИТЬ
В.
Я русский и мне плевать, что ВВП хочет нацию россияне. Я его не выбирал, он мне не указ
0
ОТВЕТИТЬ
Йцукенг
Игрушки классные на столе у руководительницы. Где такие можно купить?
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ

Диляра Вагапова: «Пришло то время, когда я способна выйти на сцену, не извиняясь перед публикой»

Лидер казанской группы «Мураками», участница проекта «Голос» в интервью KazanFirst
Регионы 10:07 / 6 ноября 2016
6

Беседовала Кристина Иванова

 Она рассказала о внутреннем монологе на сцене, блондинистом периоде своей жизни, будущем художественном фильме и детской книге. На интервью участница популярных телевизионных проектов «Голос» и «Народный артист» пригласила корреспондента и фотографа издания в студию Yashel, где готовила материал для нового клипа. Диляра с удовольствием попозировала с хомяком Лолой, рассказав, что ранее здесь жили и муравьи, и рыбки, но все они умерли, не выдержав творческой окружающей среды, и лишь грызуну удалось выжить.

— Диляра, увидев тебя, сразу в глаза бросается очередная смена имиджа. Это реакция на поиск себя или что-то иное?

 — У меня идет вечный поиск себя. Ну и, конечно, многое зависит от настроения. Если ты хочешь быть немножечко блондинкой, то, пожалуйста, это же твой выбор. Я понимаю, что сейчас мне так комфортно — я устала от определенного воза, лишней информации. Блондинкой быть проще, и это не просто фраза, а реальность.

— То есть, перекрасившись, ты и в душе почувствовала себя немного блондинкой?

— Да, и сразу почувствовала себя лучше. Я могу смело прийти в любое место и сказать: «Извините, пожалуйста, я блондинка, не могли бы вы мне еще раз объяснить?». Или еще хуже — я практически старая женщина, пусть и без морщин, у меня есть седые волосы (демонстрирует цвет волос — прим. ред.).

— Кстати, о возрасте. В середине сентября тебе стукнул 31 год. Это уже серьезный возраст. Внутренне сама себя на сколько ощущаешь?

— На самом деле, по-разному. Потому что иногда чувствуешь себя маленькой девочкой, и это мне нравится. Иногда мне кажется, что я гораздо старше своих сверстников. Но если говорить о внутреннем ощущении возраста — слава богу, я ощущаю себя 18-летней, во мне до сих пор живет юношеский максимализм. В целом я романтик, который вечно скитается, ищет новых эмоций, новые океаны, драйва по жизни и находит его.

— Кстати, в последнее время у тебя много новых драйвовых увлечений: танцы, катание на лошадях. Что они тебе дают?

— Я люблю жить и мне нравится находить что-то новое, что меня заинтересовывает.  В принципе меня интересует очень многое. А насчет лошадей… Просто мне захотелось в этом году проехаться галопом. Хотя, конечно, галопом я пока еще не езжу.

В прошлом году я только впервые села на лошадь, а уже в этом могу спокойно, без паники проехать рысью. У меня с детства было такое правило, что я не ем лошадей, собак. Кызылык — это не мое. И я поняла, почему так. Лошади очень много дают, заряжают огромной энергией. И каждый раз, когда ты сходишь с лошади, ты это чувствуешь.

— Если все же возвращаться к частой смене имиджа. Мне кажется, такие настроения усилились после ухода из группы твоей сестры бэк-вокалистки Карины Кильдеевой…

— Да, конечно. Ты же ощущаешь уже совсем другую ответственность. Да и блондинки не хватает (Карина — блондинка). Когда ты выходишь на сцену, то энергетически наполнена как брюнетка, но блондиночка. Пока мне нравится быть блондинкой, но не факт, что завтра мне не захочется перекраситься в черный.

Сейчас мой имидж, возможно, стал более дерзким: короткая стрижка, непонятно какой цвет волос. Может быть, не такая теплая, как хотелось бы, — да, у меня холодный цвет волос, и характер изменился.

FNR_6993
— Ты стала более жесткой?

— Ванилькой я никогда и не была. Но на сцене я продолжаю дарить любовь, улыбки, тепло, стараюсь работать так, чтобы мне не было за это стыдно. У меня был такой момент, когда я сходила со сцены и чувствовала себя растоптанной, потому что не дала того, чего могла дать.

— Это когда начала выступать одна, без Карины?

— Да, конечно. Но потом был проведен глубокий внутренний самоанализ. Я делаю работу над ошибками. Но я в принципе перфекционистка. И для меня что-то не так сказать, спеть, посмотреть — это неправильно,  и во всем этом я виню  только себя. Даже если голос садится.

— Я где-то слышала, что перед участием в проекте «Голос» у тебя как раз сел голос?

— Да, но у меня это довольно часто бывает. Потому что когда ты работаешь на износ, то не думаешь, появится ли голос у тебя завтра или нет. Ты работаешь, полностью отдавая себя публике. Если у тебя сейчас ком в горле, то тебе нельзя петь, если слезы проступают —  успокойся, а потом спой. Но нет, я все равно пою. Потому что я понимаю, что мне надо это спеть сейчас, а не завтра.

— Что тебе ближе: когда ты ощущаешь перед собой многотысячный стадион или когда ты выступаешь в клубе в более интимной обстановке?

— Когда ты выходишь на фестивальную сцену, «Нашествия», например, перед тобой много людей, я ощущаю некую связь с космосом, Богом. В этом случае идет такая борьба с самой собой: «Вагапова, тебе слабо?». Взять то же «Нашествие» с многотысячной толпой. Я думала: «Вагапова, а тебе слабо сделать так, чтобы перед тобой стало еще в два раза больше зрителей? Давай работай, чего тогда на сцену вышла?». Вот такой внутренний монолог идет у меня на открытых площадках. А когда ты приходишь на сольный концерт, то понимаешь, что эти люди пришли именно к тебе, они пришли слушать именно твои песни, и ты не должна их разочаровать. Так что в этом случае определенная внутренняя работа тоже происходит.

И то, и то мне близко, и то, и другое очень нравится. Я вообще очень люблю свою работу и всегда жалею людей, которые выбрали определенный путь и ненавидят свою работу, постоянно жалуются на усталость. У меня нет такого. Я так рада, что мне нравится работать! От этого я получаю колоссальную энергию.

— Кем для тебя являются музыканты группы «Мураками»? Семьей?

— Ну а когда ты столько времени проводишь с ними, когда ты понимаешь, что это твои мальчики, ребята, с которыми ты вместе занимаешься одним важным делом — музыкой, как может быть иначе? И мы искренне верим в то, что мы делаем что-то новое, делаем ту музыку, которая не надоедает. По крайней мере, нам. Мы очень хотим, чтобы та энергия, которая есть в нас на сцене, передавалась через наши записи. Пока это не так близко, как нам хотелось бы. Но мы стремимся к этому, и здорово, что понемногу это получается. Также мы не ограничиваем себя рамками определенного формата. Если мы что-то сочиняем не в формате «Мураками», то это просто отлично.

— Ты для участников «Мураками» кто? Лидер?

— Это, конечно, их надо спрашивать. Они по-разному меня называют. Но это своя внутренняя кухня. Они принимают какую-то мою смешную заботу. Когда мы едем на гастроли в поезде, то на станциях стараюсь быстро просчитать в голове, кому что надо купить, чтобы ничего не забыть. Я стараюсь следить за ними и помнить особенности каждого: кто что любит, что не любит, кто держит пост и так далее. Потому что это мои родные люди и я искренне их люблю. И мне кажется, они начали это понимать. Мы за последние два года вообще стали лучше понимать друг друга.

FNR_6952

— Почему за два года? После празднования 10-летия «Мураками»?

— После ухода Карины. Раньше у меня была на сцене стена в виде Карины — она моя сестра, тот человек, который точно никогда не предаст. И когда она уходит, ты понимаешь, что у тебя за спиной уже нет твоей стены, сестры, которая тебя поддержит. В этом случае ты должен быть открытым перед твоими родными и близкими, они должны почувствовать тебя настоящую.

Мне кажется, в этом сыграло свою роль и мое 30-летие, и рождение дочери — все вместе. Наверное, мое время пришло. То время, когда я способна выйти на сцену, не извиняясь перед публикой, а говоря на равных. И мне это нравится.

— При всей любви к «Мураками» ты часто позиционируешь себя как отдельный артист Диляра Вагапова. Подтверждение этому — участие в проектах «Народный артист», «Голос» и других.  Для чего тогда все это?

— Безусловно, это PR. Это и возможность быть услышанными, и новые знакомства, идеи. Я не люблю стоять на месте, все время хочу развиваться. Почему нет?

— Весной ты рассказывала, что работаешь над детской книгой. Как движется работа в этом направлении?

— Даже не знаю, когда допишу ее.  Вроде бы, сама себе ставлю цель закончить книгу, потом сама себя ругаю, что мне это не удается сделать. Но в это время я занимаюсь важным делом: пишу песни, придумываю идеи, искренне хочу снять полнометражный или хотя бы минут на 30-40 фильм. Идеи есть, их только надо преобразовать в сценарий.

— Времени на все не хватает?

— Я очень люблю жизнь. И когда ты начинаешь расставлять свои приоритеты, то выделяешь время для дочери, для спорта, для ухода за собой, для «Мураками». И ты начинаешь понимать, что количества часов в сутках для всего не хватает. Я и так периодически сплю по четыре часа в сутки. Иногда два, иногда семь — бывает по-разному. Но я понимаю, что времени на все не хватает. Я хочу начать рисовать картину маслом. И в то же время понимаю, что хочу записать альбом с песнями дочки. Она начала петь, и я уже сразу хочу записать не одну песню в ее исполнении, а целый альбом — мыслю масштабно (смеется). Я хочу скакать галопом на лошади, еще не сев на нее.

FNR_6943

— Наверное, хватаешься слишком за многое? Надо более четко расставить приоритеты?

— Конечно. Но тут такой момент. Есть время для ребенка, и я его не занимаю другими делами, есть время для творчества, а еще для меня немаловажно уделить время родителям, бабушке. И вот когда ты распределяешь это время, то понимаешь, что количества маловато. Но я точно знаю, что когда-то допишу эту книгу и  когда-нибудь сниму фильм.

— О чем он, кстати, будет?

— О скитаниях, сомнениях, в принципе о том, что есть неадекватные люди — такой арт-хаус. Про женщину, ее поиски, странное мироощущение. Когда ты приезжаешь домой, она держит сандалии и вытаскивает из них песок — это будет все аллегорично.

— Фильм с собой в главной роли?

— Не факт. У меня были мысли снять Карину.

— То есть в старости тебе скучно не будет?

— Точно нет. Боюсь, только окружающие люди будут ворчать, почему у меня опять нет времени пойти и сделать что-нибудь, купить себе новые сапоги, поспать, съездить отдохнуть и так далее.

Вот недавно приехали мы в Ставрополь в шесть утра. Нормальные люди бы что сделали? Конечно, пошли спать, мы же не спали полночи. Ну кто в этой ситуации пойдет в музей, тем более в 35 градусов жары? Я! Я же понимаю, что эта неугомонность идет от того, что я многое хочу узнать. Меня преследует постоянное желание все увидеть, потрогать, запечатлеть, сохранить и потом выдать на сцене… Мне же хочется обо всем рассказать слушателям. И не важно, что я пою о другом. Ведь энергетически я посылаю публике именно то, что во мне накопилось. Я посылаю все это между строк. Почему я читаю стихи на сцене? Мне действительно есть что сказать. И не столь важны буквы, слова — они гораздо мельче, чем то, что есть внутри.

— С таким графиком можно дойти и до нервного срыва. Или сцена дает нужный всплеск?

— Слава богу, что есть концерты и мне есть, с кем этим всем делиться. Но когда ты все выплескиваешь на сцене, опять надо по новой начинать все поглощать, привезти что-то неизведанное к следующему концерту. А для этого нужно посмотреть много хороших фильмов, поесть самую вкусную еду, выпить самый вкусный напиток и так далее.

— Что из последнего просмотренного в кино зацепило?

— Фильм «Про любовь» с Цыгановым и Литвиновой. И как-то хочется даже голой прогуляться по Москве (в фильме Рената ходит в шубе на голое тело). После этого я даже недавно поучаствовала в подобной фотосессии — в пальто на голое тело.

FNR_6921

— Не было мысли представить публике подобную пикантную съемку?

— Почему нет. Возможно, это когда-то и произойдет. Когда я буду старая, дряхлая, мне будет лет 90, тогда и поделюсь (смеется).

— Мне интересны ваши взаимоотношения с «Би-2», совсем недавно вы вновь выступали на разогреве у этой группы. Это музыкальная, мировоззренческая или иная общность?

— Мне нравится их звук — они классные, драйвовые. Мы познакомились с Шурой на фестивале «Энергия рока» в Казани, где вместе спели «Мой рок-н-ролл». Ну а после этого так получается, что наши пути пересекаются. Директор «Мураками» Кеша (Иннокентий Минеев — KazanFirst) очень дружен и с Шурой, и с Левой.

— Летом еще одна казанская рок-группа «Прогульщики» побывала с 3-месячными гастролями в Китае…

— Эта группа, кстати, — победитель нашего фестиваля «Энергия рока», так что у нас прекрасные отношения.

— Так вот у вас нет подобных планов?

— А нам зачем Китай? Мы Россию еще не покорили. Мы поем свои песни, для нас это важно. Вот когда нашу музыку будут петь в караоке в Китае, тогда мы туда и приедем.

Мы свою китайскую стену здесь строим: камень за камнем, камень за камнем (как в популярной песне «Мураками» — прим. ред.). Именно эти камни мы и собираем сейчас, чтобы наш город и нашу группу знали по всей стране. Во Владивостоке же поют наши песни. Это здорово: ты приезжаешь в Москву и слышишь, когда толпа орет «Вдох на прощание», когда они искренне ждут наши песни, когда могут стоять 1,5 часа на улице, чтобы попасть в клуб на наше выступление, — для меня это показатель. Мы каждый день ставим перед собой определенные цели, каждый день что-то придумываем.

— Уже работаете над новым альбомом?

— После альбома «Без суеты» мы уже написали очень много новых песен. Еще валяется много старых, до сих пор не изданных песен. Их очень много, они лежат и лежат. Когда-нибудь и их черед придет. Для записи альбома необходимо немало средств…

FNR_6905

— Сейчас никакой сторонней поддержки группы не идет? Раньше, я помню, встречались с мэром Казани Ильсуром Метшиным…

— Самая главная поддержка — мы сами. Важно ставить себе цели и добиваться, важно, чтобы были люди, которые верят в нас… Хорошо, что мы работаем с ними. Мы верим в них, они в нас!

— А сейчас в России молодая группа может пробиться без продюсера?

— Нет. Тут главное даже не продюсер, а менеджер. Обязательно нужен человек, который будет четко представлять, что дальше делать с этой машиной.

— Ты родилась в Питере, в возрасте трех лет переехала в Казань, а сейчас — частый гость в Испании. Где тебе комфортнее?

— Я люблю Казань. Мне нравится Барселона — там у меня живет подруга. Мне нравится путешествовать. Я не могу долго находиться в Казани, потому что она начинает меня душить. После долгого пребывания в Москве мне становится невыносимо тоскливо. В Питере мне плохо, потому что это болото начинает меня засасывать. Я люблю лучезарную Барселону, но мне хочется работать, а в Испании мне этого точно не хочется делать. Мне нравится постоянная смена картинок.

— Час до концерта. Чем занимается Вагапова?

— Перед одним из концертов я пошла красить голову незадолго до выхода на сцену. Но ведь это же бред! Мне стрельнуло, что я хочу быть именно такого цвета. Зашла в магазин, увидела краску и купила. Конечно, она не легла мне на волосы, да и цвет получился не таким, как мне хотелось. Но мне очень нравится находиться в бредовом состоянии, выходить на сцену. Это передается. Поэтому в тот раз, когда я красилась до выхода на сцену, и концерт получился такой шальной.

— Ты сейчас сама себя ощущаешь знаменитостью? Часто подходят на улице?

— Бывает, подходят. Но меня тяжело узнать — в очках, с постоянно другим цветом волос.

FNR_6896

Я отношусь к людям доброжелательно. Я даже во «Вконтакте» отвечаю на все ужасные сообщения. Стараюсь никого не игнорировать. И цветы поклонников продолжаю носить из города в город, потому что искренне верю в примету: если ты хочешь, чтобы в этом городе тебе дарили цветы, не забудь их. Слава богу, не обижают подарками, они меня искренне любят, а я их. Мне нравится, что мы дружим, мы продолжаем держать связь. У меня есть друзья, которые стали ими из рядов фанатов. Музыка нас объединила. Она в принципе всех объединяет, порой не важно, на каком языке ты поешь, главное, чтобы сердца бились в унисон.

Фото: Василий Иванов

КОММЕНТАРИИ (1)
Знающий
Ну так родственники в мэрии есть, Что не петь то
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
наверх