Анатомия фитнеса и бодибилдинга: развенчиваем мифы о качках из спортзала

В интервью KazanFirst Никита Ярошкевич, бронзовый призер Открытого Кубка Москвы и Татарстана, рассказывает о том, как он, будучи учителем истории по образованию стал профессиональным тренером и что сегодня представляет из себя индустрия фитнеса в Казани
Спорт 09:27 / 7 мая
4

В интервью KazanFirst Никита Ярошкевич, бронзовый призер Открытого Кубка Москвы и Татарстана, рассказывает о том, как он, будучи учителем истории по образованию стал профессиональным тренером и что сегодня представляет из себя индустрия фитнеса в Казани.


Беседовал Василий Орлов 

— Для начала расскажи, как ты начал заниматься профессиональным бодибилдингом?

— Идея выступать у меня возникла два года назад, до этого я сам занимался и тренировал других. Мне захотелось чего-то нового, придать себе дополнительную мотивацию. Потому что, когда ты тренируешь других, находясь в зале по 15-16 часов в день — желание тренироваться пропадает.

– Какое у тебя образование?

— У меня высшее историческое образование, по диплому я преподаватель истории. Потом я проходил квалификационные курсы по тренерской деятельности, также у меня дипломы о повышении квалификации от Казанского медуниверситета, сертификаты по кинезиодиагностике, по кинезиотейпированию, реабилитации. Также я проходил обучение от новосибирской компании и учился в Москве.

— То есть ты постоянно чему-то учишься?

— Да, больше шести лет. Сейчас я дистанционно сотрудничаю с Вячеславом Волковым — тренером из Самары. У него своя фитнес-школа RKS (Research — Key to Strength). Он занимается прикладной кинезиологией и применяет научный подход в фитнесе. Мы с ним на этом методе сошлись, начали сотрудничать и вот к чему все привело (третье место на открытом Кубке Москвы в номинации пляжный бодибилдинг, — Ред.).

— Как так получилось, что ты историк по образованию стал финтес-тренером?

— Различными видами спорта я занимался с детства. В 16-17 лет у меня начались серьезные боли в спине. Я пошел в «качалку», бездумно там занимался и сделал себе ещё хуже. Выяснилось, что у меня межпозвонковая грыжа. Из-за этого я начал изучать, что такое реабилитация, как можно восстанавливать себя в тренажерном зале. Затем втянулся и пошел учиться на фитнес-тренера. По окончанию обучения мне сразу предложили работу.

— Где ты сейчас работаешь?

— В фитнес-клубе «Альфа Джим». В Казани я работал во многих клубах, в «Планете фитнес», клубе «Максимус», в клубе Alter Ego.


Читайте также: Почему закрылся легендарный клуб «Динамит джим». Версия Альбины Аскеровой


— Помимо фитнес-тренера кем-нибудь ещё работал?

— Многие спрашивают, где я ещё работаю, думая, что тренерство — это хобби. Если подходить к этому так, то вы в тренажёрном зале попадете к очень неквалифицированному тренеру. То есть для того, чтобы что-то делать хорошо, надо отдаваться этому полностью

— А какие у тебя хобби, если фитнес-тренерство — это работа?

— У меня всё крутится не просто вокруг «железа». Бодибилдинг, правильнее сказать даже фитнес — это образ жизни. И хобби у меня складывается из этого же. Моя работа — моё хобби.

— Как к твоему выбору относятся родители?

— Родители всегда придерживались такой точки зрения, что они меня воспитали, дали образование, а потом у меня свой путь. Они только «за», что я развиваюсь. У меня в семье три поколения врачей, родители, брат — у всех высшее медицинское образование. Но я не пошел по медицинским стопам, но нашёл медицинскую стопу здесь в виде фитнес-реабилитации, которой занимаюсь с подопечными.

— А друзья?

— Кто-то не всегда понимает мой образ жизни, потому что у кого-то пятница и сразу, как говорят в России, алкоголизм выходного дня. У меня такого нет. Без этого можно обойтись.

— Как ты попал на соревнования в Москве?

— Так как это открытый Кубок Центрального Федерального округа, любой желающий может туда попасть, но сначала нужно получить разрешение от своей местной региональной федерации бодибилдинга. Мы с тренером решили, что не надо мелочиться и сразу решили участвовать в соревнованиях в Москве. Я выступил в категории «пляжный бодибилдинг», которая намного ближе к фитнесу. Многие вообще не считают это бодибилдингом, мол, какие-то смазливые мальчишки в шортиках пресс чуть-чуть подкачали и можно выходить. Нет, конечно. Это тоже серьезная категория. Да, в ней нет огромного массива мышечной массы, хотя мне «большой» бодибилдинг очень нравится, но я понимаю, что я таким не стану ввиду физиологических особенностей. У меня просто нет столько здоровья.

— Был ли призовой фонд?

— Призовые фонды есть всегда. Но я занял 3-е место в категории «пляжный бодибилдинг до 174 см». Поэтому получил только медаль, кубок и футболку. А чемпионы в своих категориях и абсолютный чемпион, скорее всего, получили денежные призы.

— Сколько у тебя было конкурентов?

— В нашей категории было 28 человек — это довольно много.

— Как жюри вас оценивало?

— Вообще бодиблидинг очень субъективно судится, но есть основные правила. К примеру, в пляжном бодибилдинге у участника должен быть здоровый внешний вид. В «большом» бодибилдинге требуются развитая мышечная сепарация (деление мышц). Для этого нужно полностью обезвожиться — это очень тяжело. В пляжном бодиблдинге полегче. Здесь судьи обращают внимание на внешний вид, как ты выглядишь, у тебя должна быть определенная харизма. Что касается эстетики тела, то у спортсмена должна быть очень узкая талия, прорисованный пресс, широкие плечи, широкая спина, т.е V-образная фигура. Ноги и бедра закрыты шортами, а на виду только икроножные мышцы, которые тоже тщательно оцениваются. Когда говорят, что пляжный бодибилдинг — это для тех у людей, у которых «нет ног» и они их якобы не тренируют. Я скажу, если икроножные хорошие, то и бедра будут подтянуты.

— Каков средний возраст участников?

— Мне 26, остальные участники возможно были моложе. Так и не определишь. Но в нашей категории больше всего молодых парней-20-21 год.

Как прошел Открытый Кубок Татарстана?

— На Кубке Татарстана я занял третье место из 14 участников. Первым стал иностранец из Нижнего Новгорода, вторым молодой человек из Набережных Челнов. Конкуренция была очень хорошей, много участников, достойный уровень. Радует, что на татарстанских соревнованиях есть призовые.

— К примеру, Арнольд Шварценеггер взял титул Мистер Олимпия в 23 года, а до этого занял второе место. А есть ли какой-то возрастной порог для твоего спорта?

— Как такового порога нет, но что касается такой элиты бодибилдинга, начиная со Шварценеггера и заканчивая нынешними чемпионами – это конечно люди очень физически одаренные. Они уже с малых лет, с подросткового возраста выглядят так, как у нас выглядят те, кто 5 лет усердно занимался. Все-таки профессиональный бодибилдинг и фитнес – прерогатива физически одаренных людей. Но, это не значит, что не надо выступать и пробовать. В соревнованиях огромное значение уделяют позированию. Человек физически может выгладить хуже, но, если он позируют с харизмой и может закрывать свои слабые места и показывать свои плюсы, то у него есть все шансы на победу.

– Реально ли стать профессиональным бодибилдером, параллельно работая по 8 часов в офисе?

– Если говорить про профессиональный спорт, то я сомневаюсь. Так как ты занимаешься по 2 раза в день. Некоторые люди выстраивают свой бизнес, а бодибилдинг – это такой же бизнес, в котором ты выстраиваешь свое тело. Это требует очень много времени и сил.

– Чего не хватает в Казани для занятий бодибилдингом

– Я бы сказал, чего не хватает России! В первую очередь финансовой поддержки. Этот спорт требует больших вложений, вкладываешь в себя.  К примеру, в Америке у бодибилдеров очень много рекламных контрактов на спортивное питание, в журналах и т.д. У нас это тоже возможно, но чтобы дорасти до этого уровня нужно очень много потратить своих денег

– Сколько раз в день ты тренируешься?

– Когда не готовлюсь к соревнованиям, то занимаюсь три, максиму четыре раза в неделю. Одна тренировка занимает где-то час, с учетом разминки. Но при подготовке к соревнованиям я уже занимался четыре — шесть раз в неделю. В этот период тренировка может занимать 2 часа, но не более.

– Во сколько обходится заниматься профессионально в категории пляжный бодибилдинг, например?

– Во-первых надо избавиться от мифа, что здоровое питание – это дорого. Перед соревнованиями, я ел 100 грамм риса или гречки в день, одно зеленое яблоко, рыбу белую или грудку куриную. На еду тратится немного. На спортивное питание, к примеру, протеин тратится больше, но сейчас я обхожусь без него. Самое дорогое – это поездки. Если выступаешь в Татарстане – это не так дорого обходится, а если в Москву, то это билеты на самолет, гостиница. Взносы на турнирах небольшие. Вообще, чем ты больше, тем дороже содержать твою мышечную массу.

– Что ты ешь, а что вообще не употребляешь в пищу?

– Я пропагандирую здоровое питание, но продуктов которые я не ем почти нет, не люблю соусы типа майонеза, потому что его можно сделать дома натуральным. Если я что-то не ем, то только из-за нелюбви к ним. Есть нюансы готовки еды и сочетания продуктов, которыми я руководствуюсь и делюсь со своими подопечными и подписчиками.

– А алкоголь?

– Нет, алкоголь я вообще не употребляю, но просто из-за того, что мне не нравится вкус. У меня нет принципиальной позиции против алкоголя. Просто всё должно быть в меру.

– Как ты относишься к вегетарианцам, сыроедам и так далее?

– Толерантно, в Москве это вообще писк моды. Но, я ем мясо, молочные продукты, яйца. Человек так устроен, что ему нужен полный аминокислотный состав, но без животного белка его не будет.

– Как ты выбираешь еду, составляешь диету?

– Я руководствуюсь сбалансированным питанием. В рационе должны быть белки, жиры, углеводы, т.е. макро нутриенты, все это в определенной пропорции в зависимости от интенсивности тренировок.

– Как часто ты обследуешься у врача?

– У врача я бываю почти каждый квартал. Прохожу УЗИ печени, почек, селезенки, делаю ФГДС. Обязательно прохожу обследование перед соревнованиями и после.

– Что говорят врачи, все в норме?

– В целом да, здесь главное не просто тягать железки, а чувствовать свой организм и с ним вести продуктивный диалог.

– Есть много стереотипов, касающихся питания «качков», что они употребляю анаболики, стероиды, колют себе разные химические вещества. Люди не верят в естественную возможность нарастить большую мышечную массу. Как реально обстоят дела?

– Вот по этой причине стал популярен пляжный бодибилдинг и фитнес, потому что эти направления более человечные и здесь можно добиться результата без применения каких-либо фармпрепаратов. Можно, конечно включать различные аптечные препараты, типа калия, магния, препараты для повышения иммунитета. Что касается «большого» бодибилдинга, то это соревновательный спорт, где идут на различные ухищрения, в том числе и допинг, как и в любом другом профессиональном виде спорта.

– На каком этапе находится развитие бодибилдинга в России, ты говорил, что мы отстали от Америки на 10-15 лет, в чем это проявляется?

– В первую очередь это проявляется в российским менталитете. Америка как бы ни была на первом месте по ожирению, но практически каждый человек там занимается фитнесом, бегает, плавает и так далее. У нас же процент людей, которые ходят в тренажёрные залы мизерный. Но, с каждым годом фитнес становится популярнее и это радует.

– Мэрия Казани говорит, что более 40% горожан, так или иначе занимаются спортом.

– Спортом, да. У нас же что развито – футбол, хоккей, волейбол. Те виды спорта, в которые инвестируют очень хорошо.  Я же говорю именно про фитнес, про офисного работника, который будет ходить спортзал.


Читайте также: В Казани 40% жителей постоянно занимаются спортом – исполком 


– В «качалку» грубо говоря.

– Да дело в том, что у нас до сих пор есть эти пережитки качалки 90-х годов, а конкретно фитнес, он становится популярным только сейчас. Под фитнесом я подразумеваю рациональный и здоровый подход к тренировкам своего тела.

– То есть на другом уровне знаний.

– Да, не просто тягать «железо», а понимать, зачем это и почему. Как работает наше тело, наша гормональная система и посредством этого уже стараться сделать человека здоровым. Потому что фитнес это в принципе физкультура. Мы должны становиться здоровее, а не гробить себя в тренажерных залах.

– Прокормить жену и допустим ребенка реально на зарплату фитнес-тренера?

– Да, реально, но будет очень мало свободного времени. Целыми днями придется находиться в тренажёрном зале и работать, работать, работать. Заработок также зависит не только от квалификации тренера, но и от того, как он умеет общаться с людьми. Я часто видел умных тренеров, которые, к сожалению, не умеют общаться с людьми или они очень закомплексованные. Я сам по себе зажатый человек, но я стараюсь это преодолевать и работать над собой.

– Какие люди приходят заниматься?

– Это зависит от фитнес-клуба, контингент везде совершенно разный.  Многое зависит от ценового сегмента. Чем дороже, тем более обеспеченные люди ходят. У меня совершенно разные люди занимались. Многие, когда я менял место работы, уходили со мной в другой клуб, в котором условия были хуже.

– С кем легче работать с женщинами или мужчинами?

– У меня нет такого разделения. Я работаю и с мужчинами, и с девушками и женщинами старше среднего возраста, так как много занимаюсь реабилитацией. У мужчин же принято выбирать в качестве тренера огромного качка, который должен их сделать такими же здоровыми, брутальными. Я же сам по себе не такой, но очень многие люди, которым нужно именно оздоровление, привести себя в хорошую физическую форму, похудеть – идут ко мне.

– Зачем к тебе приходят люди, чем ты с ними занимаешься?

– Сразу озвучу, что я не врач, я не лечу. То чем я знимаюсь – фитнес-реабилитация, т.е. человек сходил к врачу, получил к рекомендации, о том, что ему нужно идти заниматься, укреплять мышечный корсет или связочный аппарат, или если есть проблемы с коленями, проблемы со спиной, межпозвонковые грыжи, разрыв крестообразной связки. То есть люди приходят ко мне после больничной реабилитации.

– Без врачебной справки людей на реабилитацию берешь?

– В большинстве своем я требую от человека снимки и их расшифровку. К примеру, человек приходит и говорит, что у него грыжа. Я интересуюсь, в каком сегменте, какие болевые симптомы, что сказал врач. Если он говорит я не ходил на МРТ, то я обязательно рекомендую сходить, потому что даже врачи не смогут назначать лечение без точного диагноза. Без диагноза тренировки могут навредить.

– Люди приходят просто похудеть, например, за 2 месяца?

– В основном за этим и приходят. Я делал проекты преображению как раз за 60 дней, но без вреда для здоровья. В основном проблема всех – это похудеть, набрать вес желают меньше.

– Насколько максимально худели твои подопечные?

– На 14 кг за два месяца, но надо сказать, что здоровый сброс веса – это 3-4 кг в месяц максимум. Но, в том случае мы занимались каждый день, жестко контролировали питание. Если поставить себе цель, то можно достигнуть многого

– У нас в Татарстане насколько развит профессиональный бодибилдинг, фитнес-бодибилдинг?

– Во-первых, в Татарстане есть официальная Федерация и президент Федерации. У некоторых регионов вообще нет ничего подобного. У нас регулярно устраиваются турниры, чемпионаты. Уровень довольно неплохой, до Москвы пока не дотягиваем, но там другое финансирование, другие спонсоры и это надо понимать.

Какую поддержку получает Федерация и непосредственно вы от неё?

– У нас есть призовые. В том году я вступал в Набережных Челнах, призовое не занял, но те, кто выиграл получили вполне нормальные суммы для регионального уровня.


Читайте также: «Обнаженка» по-челнински: бодибилдеры напугали родителей в Центре детского творчества


– Какие суммы?

– За первое было 15 000, за второе 12 000, а за третье 10 000. Но, если говорить о бодибилдинге, то это более-менее нормально. Заняв третье место в Москве в своей категории, я денег не получил.

– То есть речь идет о рублях?

– Ну, да конечно.

– О «качках» много стереотипов, в основном об их умственных способностях, что об этом думашь?

– Всё зависит от человека, дело не в том чем он занимается. В любых сферах есть умные и не очень далекие в мире спорта – это конечно встречается чаще, потому что люди стараются больше уделить внимание именно физической подготовки. Но что касается тренерской работы, то не включая голову, ты не сможешь тренировать других, ты не сможешь им помочь и главное помочь себе.

– Можно сказать, что бодиблдинг, фитнес и вообще культура тела очень сильно «поумнела» за последнее время?

– Да, люди начали задумываться именно о функционировании своего организма. Анатомия, физиология, биохимия, биомеханика – все это современные тренеры должны знать.  Мы должны понимать, как физические упражнения на всё это влияют.  Сейчас появилось очень много серьезных обучающих семинаров на эти темы, в том числе и Казани.

– У тебя какая философия фитнеса?

– Для меня фитнес многогранен. Не надо ударяться во что-то одно, типа качания мышц, «железо» или танцы. Не должно быть такого, чтобы девушки ходили в спортзал на танцы и боялись зайти в тренажерный зал позаниматься. Фитнес – это в первую очередь здоровый образ жизни. Вы можете плавать бегать, ездить на велосипеде и всё это будет фитнесом, питание, психология, взгляды на жизнь – это тоже можно привести сюда.

– Как ты находишь в себе силы заниматься, не было желания все бросить и начать «тухнуть» в офисе?

– Нет, такого не было, в том числе потому что проблемы со спиной начинают давать о себе знать, когда я долго сижу. Если я прекращу заниматься, они вернуться. Мне всегда нужно двигаться. Плюс я нахожу силы в тех же соревнованиях.

– Что ты думаешь про женский бодибилдинг и про женский фитнес?

– Сейчас в официальной Федерации вообще нет такой номинации как женский бодибилдинг. Она уже давно отменена.  Сейчас очень популярен фитнес-бикини. На его основе и появился «Мэн физик» (мужской пляжный бодибилдинг). Такая популярность радует потому что это способствует популяризации спорта, все хотят выглядеть спортивно, хорошо, но при этом вполне естественно.

– То есть фитнес-бикини подразумевает, что женщина должна в биологическом смысле остаться женщиной, сохранить свои репродуктивные функции?

–Да. Фитнес-бикини и боди-фитнес, который более мышечный, это вполне человечные виды спорта.


Читайте также: Молодая мама из Челнов победила в открытом кубке РТ по бодибилдингу и фитнесу


– Не мешают ли татуировки на соревнованиях?

– В официальном регламенте не прописано, что за татуировки снижают баллы, но такое есть. Все зависит от судей. И есть такое, что если больше 50% тела зататуировано, то могут вообще сразу отсеять. Я поэтому поводу переживал, хоть у меня и не 50%. Мне предлагали замазать, а потом нанести грим. Но замазывают масляной краской, которую тяжело отмыть.  Я потом решил, что татуировки — это часть меня и моего образа. Московский фотограф, который был на соревнованиях в столице сильно удивился, что татуированному дали третье место. На его памяти такое впервые. Многих это удивило, и меня тоже. Может судьи решили, что это гармонично смотрится. Тренер тоже был удивлен, что иногородний вышедший впервые на Москву взял бронзу.

– Что обозначают татуировки?

– У меня все в японском стиле.  Два карпа, и птица феникс. Карп – это символ силы, мужества и отваги. Феникс обозначает перерождение. Но, я делаю татуировки не из-за обозначений. Каждая татуировка обозначает какой-то этап моей жизни. Я их по чуть-чуть делал каждый год. Татуировки – это мои точки отсчета.

 

КОММЕНТАРИИ (0)
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое

Роман Шаронов: Сейчас я очень хорошо понимаю, что нам говорил Бердыев

Признаюсь, набирая номер Романа Шаронова после поражения «Рубина» от «Краснодара», хотел поговорить с ним о том, что творится с главной командой казанского клуба. Не получилось. Почему – в ответе моего собеседника на первый вопрос этого интервью. Но зато удалось обстоятельно пообщаться с Шароновым-тренером – пожалуй, впервые с того момента, как Шаронов-игрок повесил бутсы на гвоздь
Спорт 06:50 / 20 апреля
4

Признаюсь, набирая номер Романа Шаронова после поражения «Рубина» от «Краснодара», хотел поговорить с ним о том, что творится с главной командой казанского клуба. Не получилось. Почему – в ответе моего собеседника на первый вопрос этого интервью. Но зато удалось обстоятельно пообщаться с Шароновым-тренером – пожалуй, впервые с того момента, как Шаронов-игрок повесил бутсы на гвоздь.


Беседовал Александр Егоров — Казань

— Роман, в матче с «Краснодаром» «Рубин» установил антирекорд по посещаемости. Самое печальное, что это не удивляет. И все задаются вопросом: что происходит с «Рубином»?

— Мне тяжело ответить на этот вопрос, все-таки я не внутри команды. Думаю, все прикладывают максимум усилий для того, чтобы ситуация выправилась, но в одном ли направлении эти усилия, сказать сложно. Я бываю на тренировках главной команды, но я хожу туда не с целью выяснить, что происходит в коллективе, а за другим.

— Полагаю, вам как одному из тренеров команды «Рубин» 2000 года рождения, интересно прежде всего то, как работает Хавьер Грасия?

– Да. Как только Грасия приехал в Казань, я попросил у него разрешения присутствовать на тренировках и благодарен Хави за то, что он разрешил. Закончив играть, я много учился, сразу же поехал на стажировку в Испанию, собирал очень много информации, внутренне готовил себя к тренерской работе. Сейчас смотрю очень много футбола, много анализирую, когда есть возможность, хожу на тренировки молодежки и «Рубина». Причем для меня важны не только упражнения, которые Грасия дает игрокам, но и то, как он руководит командой, как строит процесс, как создает атмосферу в команде, что очень важно.

— Будучи игроком, вы долго работали под руководством Курбана Бердыева. Полагаю, этот опыт, вами осмысленный и переработанный, тоже лег в вашу тренерскую копилочку?

— Действительно, с Курбаном Бекиевичем я как игрок работал дольше, чем с другими тренерами, но и другие тренеры в моей карьере были. От каждого из них я что-то взял, что-то из взятого буду использовать в своей работе, что-то – нет.  Наверное, от Бердыева я взял больше, чем от остальных. Но это не значит, что я копирую тех, у кого играл. Я использую определенные, очень важные, на мой взгляд, вещи, которые помогут мне в моей работе. И строю свою философию, свое направление – это очень интересно. А если я просто скопирую тренировочный процесс того же Бердыева, это мне ничего не даст.

«Кому интересно, что в юношах выиграли Ахметов и Набиуллин?»

— Сейчас вы работаете с командой, которая будет играть в чемпионате Татарстана. Важно ли для вас успешно выступить в этом турнире или вы используете его исключительно как одно из средств подготовки игроков?

— Второе. Задача всех команд футбольных академий – обучение футболистов. Вообще, процесс обучения идет на протяжении всей карьеры игрока, в том числе и на профессиональном этапе, но в профессиональном футболе от тренера ждут результата, который отображается на табло. Результат работы тренеров академий – хорошо обученный игрок. Поскольку футбол – командный вид спорта, мы можем обучать игрока только в контексте команды. Обучение строится через тренировочный процесс плюс игры. К сожалению, в Татарстане нет соперников, которые могут оказать сопротивление командам «Рубина». Зимой вынуждены играть в зимнем первенстве Москвы, чтобы получить хороший спарринг, и это для нас очень хороший опыт. А летом старший возраст «Рубина» играет в чемпионате Татарстана против мужских команд. Но все игры для нас – это очередной шаг в развитии игроков, победа в матче не является самоцелью.

— А как же результат?

— Скажите, кому сейчас интересно, что в юношеские годы выиграли Ильзат Ахметов или Эльмир Набиуллин? Никому. Поэтому весь учебно-тренировочный процесс направлен на развитие игровых качеств футболиста, тренер должен делать все для того, чтобы с каждым днем каждый его игрок становился сильнее индивидуально в контексте команды. Тогда и командная игра будет сильнее, и, вероятно, будет какой-то результат. Но, повторюсь, счет матча – не самоцель. Можно выигрывать 1:0, на 85-й минуте менять по три человека и потом говорить: «Мы победили!», но я не считаю, что так правильно. Скажу честно, я не сразу пришел к этому, пресловутый результат первое время не выходил из головы, хотя умом понимал, что самое главное – это игроки, а не счет. Но когда начиналась игра, голова переключалась на счет. И поведение, возможно, тоже. Сейчас этого уже нет.

—Как добиваетесь от своих подопечных, чтобы они играли без оглядки на табло и при любом счете выполняли тренерскую установку? Они же молодые, горячие, побеждать хотят.

— О результате не надо говорить вообще, надо требовать от игроков максимума усилий, что мы и требуем на каждой тренировке, и потом перенести все это на игру. Если футболист будет делать это на тренировках, причем качественно, у него это получится в матче. И мы будем играть в футбол, а не отбиваться всей командой.

Возьмем игру современных вратарей – их сегодня активно используют для выхода из обороны. Мы это тоже делаем, но вратарь может ошибиться и привезти себе гол. Если я ему скажу: «Больше так не делай», он этого делать не будет. Но если процесс выстроенный, то через анализ своих действий он научится делать это лучше – ходить мы тоже не сразу начали, а сначала ползали, потом спотыкались, падали, набивали шишки. И в этом процессе есть много нюансов, на которые мы сейчас обращаем очень много внимания: сила передачи, куда идет прием и так далее. То же самое касается и единоборств, и других игровых действий футболиста. Сегодня мы требуем то, что есть в современном футболе: темп, то есть быстрота работы с мячом, быстрота принятия решений, скорость передвижения, максимальное давление на игрока, который владеет мячом. Задача тренера в том, чтобы требования не остались словами, а перешли в качество. Максимальная работа на тренировках, максимальное качество выполнения упражнений, максимальное сопротивление при оборонительных действиях – только при таком отношении игроки будут развиваться, играя в футбол.

«Мы не используем метод «ошибся – напихал»

— Самое время спросить про переход от юношеского футбола к профессиональному. Эта задача решается в дубле?

— Нет, молодежная команда – это следующий этап подготовки игрока, этот процесс должен продолжаться. Так работают в ведущих академиях Европы. В 17 лет юноша – еще не игрок, его надо продолжать обучать. А как клубу поступить с игроком, решает Спортивный отдел. Задача тренера – обучать.

— Как вам удается добиться от ребят того, чтобы они не боялись брать на себя ответственность? Наверняка есть такие, кто после собственной ошибки или после того, как ему «напихают», впадает в ступор.

— Мы не используем метод «Ошибся – напихал», мы говорим про своевременность действия и оценку ситуации. Если ситуация требовала действия, при выполнении которого ошибся игрок, — это одно, если нет — другое. И в таких случаях мы говорим: «Ищи баланс». Баланс в действиях, чтобы человек не делал всегда одно и то же, был разносторонне развит. До нас с Радиком Назиповичем Гадеевым ребят 2000 года рождения тренировал Игорь Родькин, который проделал хорошую работу, поэтому у игроков вообще нет страха ошибиться. Некоторые, правда, при неудачных действиях сильно переживают. И мы сейчас как раз работаем над тем, чтобы человек, совершив неудачное действие, не переживал полчаса, не загонял себя в психологическую яму, а был уверен в себе несмотря ни на что. Это процесс, а не дело одного дня, но процесс очень интересный.

«Заставлять – не мой метод»

— Что можно ждать от футболистов «Рубина» 2000 года рождения? Есть звездочки?

— В каждом возрасте есть игроки, которые при определенном раскладе могут попасть в главную команду, главное – продолжать процесс. По своему опыту знаю: зачастую перспективные игроки – есть такой штамп – куда-то исчезают, а бесперспективные – играют в профессиональном футболе. Когда я играл в юношах, мы знали, кто у нас перспективный. Был один парень из ФШМ, центральный полузащитник, которого считали очень перспективным, даже топ-игроком. Он поехал в Германию, но дальше дубля одного московского топ-клуба не поднялся, а закончил карьеру во второй лиге. А Саша Ширко никогда не вызывался в сборные, но в последний год перед выпуском «выстрелил» – и сразу в дубль. И когда я играл в Красноярске – у меня был свой путь, Ширко забивал «Аяксу». Поэтому мне тяжело сказать, кто заиграет, а кто – нет. У каждого игрока есть определенные качества, и моя задача как тренера – развивать их, не ограничивая его. Это очень важно. А если мы будем играть на результат, то забудем про развитие.

— Кстати, игроки «Рубина» регулярно вызываются в сборные России, среди ребят 2000 года рождения такие есть наверняка 

— Есть, но я им всегда говорю: сборная – не самое главное. Это всего лишь определенный этап и опыт, который вы можете получить. А мальчишки к вызову в сборную зачастую относятся так, будто уже добились всего. Это понятно: молодые ребята. А такие мысли – это первый шаг вниз. Но с этим надо справиться, как и с тем, что сейчас у ребят появляются определенные блага в жизни – кому-то агент бутсы привозит, у кого-то еще что-то…  Я не говорю, что это плохо, но игрокам это надо преодолеть, и здесь тоже моя работа – помочь им это сделать. Если я буду с ними на одной волне, буду говорить: «Какой ты молодец! Супер!», то игрок быстро закончит. Надо быть спокойнее: «Это все хорошо, но у тебя впереди еще много работы, чтобы стать игроком». Такому подходу меня научил Курбан Бекиевич. Он нам говорил: «Как вы тренируетесь, так и играете». И я благодарен ему за то, что он направлял нас. Я от него эту информацию не только услышал, но и принял, что очень важно. Не принял – не был бы тогда в том «Рубине» и сейчас – здесь. И я делаю все для того, чтобы ребята это тоже приняли и сами работали так, как нужно, заставлять – не мой метод. Бывало, что игроки не могли себя заставить работать, но в целом мы с этим справлялись. Мне кажется, в нашей команде хорошая профессиональная атмосфера.

«Сейчас я готов ко всему»

— Как вы относитесь к футбольным агентам?

— В современном футболе игроку без агента сложно. Мы с ребятами иногда проводим беседы на эту тему, и я им всегда говорю: «Агент нужен для того, чтобы помогать вам, думать о вашей карьере игрока, а не о том, сколько на вас заработать». К сожалению, есть немало агентов, которых интересует не карьера футболиста, а совершенно другое. Но игроки выбирают, информация у них есть.

—Вы в «Рубине» уже полтора десятка лет. Это как-то помогает вам в вашей работе?

— «Рубин» – это Казань, а Казань – это моя семья и «Рубин». Мне в Казани комфортно. И «Рубин» для меня по-настоящему родной клуб, с которым я прошел весь этот славный путь, вместе мы выиграли все титулы в России, пережили незабываемые эмоции. И сейчас я хочу приносить пользу «Рубину», хочу, чтобы клуб вернулся на те высоты, где был не так давно. «Рубин» и Казань этого достойны. И отдаю себя полностью, работая с юношами.

— Ваш контракт с «Рубином» скоро заканчивается. Будет ли новый?

— Я встречался по этому вопросу с руководителями «Рубина». Сейчас жду от них информацию, в каком качестве они видят меня в клубе.

— Сейчас у вас тренерская лицензия категории B UEFA. Что дальше?

— В мае начинаю учиться на категорию А. Моя цель – учиться шаг за шагом и получить лицензию Pro. Когда я заканчивал играть, меня одолевали сомнения, буду я работать тренером или нет. Сейчас могу сказать, что этот переход к тренерской работе состоялся. И я готов ко всему.

КОММЕНТАРИИ (2)
Павел
Отличное интервью! Надеюсь, Роман вырастет в топ-тренера, желаю ему этого от всей души!
0
ОТВЕТИТЬ
Zloy
«Готов ко всему» — это как? Даже уйти из «Рубина»? Это будет очень печально: Шаронов — последний из тех, кто поднимал Рубин из катакомб пердива. Прервется связь поколений.
0
ОТВЕТИТЬ
ПРЕДЛОЖИТЬ НОВОСТЬ

Если вы хотите поделиться интересным событием, воспользуйтесь данной формой

ПРЕДЛОЖИТЬ
самое читаемое
самое читаемое
самое читаемое
наверх