«К такой реакции на экранизацию мы точно не были готовы»

Автор романа «Зулейха открывает глаза» публично ответила на все обвинения критиков.

Писательница Гузель Яхина публично ответила на все претензии, которые она получила после выхода в эфир на телеканале «Россия» многосерийного фильма, снятого по ее дебютному роману «Зулейха открывает глаза».

- Были предположения, что ты написала эту книгу за деньги по заказу толстосумов разных национальностей.

- Я тоже читала много версий, включая, что являюсь родственницей всяких лиц. Это не так. Книга вышла в 2015 году под редакцией Елены Шубиной. Это остаётся для меня большим счастьем, потому что я не могла и мечтать о такой прекрасной редакции. Я начинала путь ниоткуда, потому что никогда не имела дела с литературой. Когда роман был написан, попыталась сама найти дорогу в издательство, но не нашла. Рассылка в 13 издательств ни к чему не привела. Ни к чему не привели и публикации в толстых журналах, я пыталась достучаться до издательств через них. Главы из романа выходили в журнале «Сибирские огни», но это не повлекло за собой очереди издательств, которые хотели бы опубликовать книгу. По стечению обстоятельств я познакомилась с Еленой Костюкович. Это владелица литературного агентства, которая пригласила меня в пул своих авторов. Вот такая была история. Она длилась несколько месяцев. Это был обычный путь, который, наверное, проходит каждый автор. В итоге книга была издана очень небольшим тиражом, а потом доиздавалась.

Сразу после выхода книги я услышала критику. Она была разная. Я говорю сейчас даже не о литературной критике, которой я была необыкновенно рада, просто потому что роман заметили и написали. Я говорю о критике, которая касалась каких-то националистических, религиозных аспектов. Эта критика была в Татарстане. Она была достаточно сильная, по крайней мере, громко звучала. Ругали за то, что героиня забывает своего мужа и остаётся с мужчиной другой национальности, за то, что плохо изображена татарская мать, и за то, что сын героини Юзуф забывает свой родной язык и уезжает не в родной Юлбаш, а в Ленинград. За эти три пункта критика была агрессивная. Я понимала, что злые голоса всегда звучат громче. В то же время в Татарстане много людей, которые тепло приняли роман, я получила много писем. Я ожидала, что эти голоса и сейчас зазвучат. Я предупреждала об этом и ВГТРК, когда мы только говорили о договоре. Они были готовы к этому, но не думали, что она будет в таком размахе, точно так же, как была не готова к этому я. Когда вышла книга, мне казалось, что в романе однозначно высказана моя позиция по отношению к тому, что присходит. Однако я услышала, как некоторые обвиняли роман в милитаризации репрессий, то, что он оправдывает репрессии, потому что героиня становится счастливой в условиях ГУЛАГа. Я не ожидала такого поворота.

Сейчас критика касалась другого – очернения прошлого, что тоже меня удивило. Я не ждала этого. Я ждала замечаний, что все слишком легко приподнесено и снято слишком по киношному, что слишком красивый поселок Семрук и слишком празднична жизнь поселенцев. Я думала, критика будет об этом, а она зашла ровно с противоположного конца.

- Было несколько групп критиков. Первая из них - те, кто обвинял тебя в том, что твоя героиня, являясь мусульманкой и татаркой, молится лесным духам, как язычница, быстро забывает о муже и находит своё счастье в Сибири с русским человеком, а сына воспитывает так, что он знает французский язык, но не знает татарского. Что ты можешь сказать об этом?

- Я описывала то, что происходит с героиней, основываясь на том, что часто происходило с другими людьми на поселении. Моя бабушка сама прошла через трудовое поселение. Она выросла в посёлке Питгородок, сейчас он уже не существует. В 1930 году бабушка уехала с родителями в ссылку и провела там 16 лет. Бабушка уехала туда маленькой татарской девочкой, а вернулась взрослой образованной девушкой с прекрасным русским языком. Она была очень грамотной. Им преподавали те профессора, которые написали учебники для обучения. Она оказалась там окружена интеллигенцией. Она привезла эти знания в деревню и всю жизнь работала в школе учителем русского языка и литературы.


Зулейха, как моя бабушка, перемещается из одной культуры в другую и принимает ее. Есть лишь одна оговорка - героиня воспитывает сына не сама, а другие поселенцы.

Мне было важно показать, что на поселении было не только слишком страшно и мрачно. Там были светлые моменты. Один из них - то образование, которое получали в Сибири. Там его можно было получить гораздо лучше, чем, допустим, Юзуф получил бы его у себя в деревне. Вот таким странным образом судьба наградила мальчика общением с этими людьми и их воспитанием.

- Насколько справедливым ты считаешь, что «Зулейха открывает глаза» наследует традиции колониального романа, когда глупая местная аборигенка каким-то образом, оказавшись в другой местности, превращается в хорошую умную девушку?

- Я в такие дискуссии не вступаю. Мне было интересно рассказать историю перемещения из одной культуры в другую. Я рассказывала об этом не столько в традициях колонизаторского романа, сколько просто о женщине, которая из глубокого прошлого перемещается в настоящий день. А также эта история о двух жизнях, которые она проживает, потому что в начале романа она готова к тому, что жизнь ее закончится, и она готова умереть, но потом оказывается, что ее ждёт вторая жизнь, полностью отличная от первой. Мне был интересен этот переход.

В чем-то отразилась и моя судьба, потому что первую половину жизни я жила в Татарстане, а потом переехала в Москву. Я тоже в какой-то мере переехала из одной жизни в другую.

- Есть мнение, что вся история крутится вокруг одного персонажа - Юзуфа. Насколько для тебя такие версии ценные и неожиданные?

- Для меня ребенок был важным человечком, потому при написании романа для меня любовная линия была не так важна, как материнская. Это в фильме крепко сколочен любовный треугольник и преувеличена мелодрама. А в романе я хотела сконцентрироваться на страсти материнской, поэтому легенда о Юзуфе и Зулейхе мной рассказана не как история страсти женщины к мужчине, а как история срасти зрелой матери к собственному ребёнку. Отношение Зулейхи к сыну было главным. Важны были и диалоги между Зулейхой и Упырихой, потому что материнская тема была важнее, а любовная даже не задумывалась. Позже я все-таки что-то переписала, чтобы сюжет был крепче. А на самом деле я надеюсь, что в романе читается материнская любовь.

- В татарской литературе существует три образа Зулейхи. Один из них – героиня драмы Гаяза Исхаки «Зулейха». Критики восприняли ваш роман и сериал как четкий перевертыш этой драмы. Знакомы ли вы с этим произведением?

- Я ожидала, что такие упреки могут появиться, но я не планировала вступать в дискуссию с классиками. Я хотела сделать отсылку к кораническому сюжету о Юзуфе и Зулейхе. Эпизод этот сохранен в фильме, когда Зулейха хватает Юзуфа за ворот и он рвется. Что касается Исхаки, конечно, я знала про драму. Я посмотрела фильм 2005 года. Я пробовала найти другое имя для героини, посмотрела все татарские имена, которые смогла найти, более подходящие для героини. Плюс было искушение использовать эту кораническую легенду. Могут быть обвинения в полемике и переиначивании.

- Ещё одна претензия от татарской общественности связана с тем, что в фильме оскорбляются чувства мусульман. Например, интимные сцены в мечети или сцена переклички ссыльных из имен знаменитых религиозных деятелей России. Знали ли вы о последнем?

- Меня удивил этот момент, его не было в сценарии. Я не возьмусь его комментировать. Уместнее будет его задать создателям фильма. Что касается сцены в мечети, то мне кажется, что авторское отношение к этой сцене что в романе, что в фильме совершенно очевидно. Это показывает бездуховность тех, кто творит эти дела. У меня в романе ещё книгами растапливают печь, например. Тут же рядом блеют эти бараны, тут же рядом люди спят. Здесь не требуются никакие пояснения, просто художественными приемами показывается суть тех людей. В фильме это сделано с такой откровенностью и четким посылом, что это не требует никаких объяснений. Совершенно очевидно, на чьей стороне симпатия создателей фильма. Настолько это ясно показано, как будто нарисована черно-белая картина. Мне кажется, что странно эти претензии высказывать. Наоборот, здесь говорится об этих людях со всей симпатией и показывается, с какой болью их высылали, потому что такое могло происходить не только в мечети, но и в храме православном.

- Есть ксенофобская группа по отношению к работе. Мол, а что вы нам рассказываете про татар, когда русский народ пострадал гораздо сильнее и раскулачивание уже давно рассказано.

- Я впервые такое слышу, видимо, недостаточно много читала отзывов в интернете, я старалась этого избегать. Что касается раскулачивания, то это же трагедия не только татар, а всего советского крестьянства. Я писала роман, да и фильм снят так, что история рассказана на татарском материале, но все же чуть позже становится понятно, что она обо всех крестьянах Советского Союза. Этот трудовой поселок – это же ноев ковчег, где собираются все, кто только можно. Роман об этом, а не о том, что татар раскулачивали.

Когда я задумывала роман, я думала, эта тема широко известна. Мне казалось, что я говорю о вещах, которые не требуют пояснения. Более того, у меня изначально в тексте было больше фактов, цифр и данных про раскулаченных. У меня там был целый эпилог, посвящённый этому. Я старалась максимально облегчить именно историческую часть, предполагая, что это никому не интересно. Думала, что рассказываю о женском метаморфозе, а история большая есть, но она утоплена под личной. Мне хотелось ее еще больше притопить. Сейчас я несколько обескуражена тем, что спрашивают: «А что, неужели такое было?». Это же очевидные вещи, мне кажется, обо всем этом поговорили лет 30 назад, поэтому говорить об этом сейчас странно.

- Другая группа критиков цеплялась за идеологическую составляющую. Некоторые из них считали, что вы все врете и клевещете и что все это делается на заказ и под экспорт. Есть ли у вас оправдание этому?

- Оправдания у меня нет, потому что я никогда не оправдываюсь. Я предпочитаю просто рассказывать. Я работала переводчиком какое-то время. И для меня любой перевод просто праздник, когда человек другой культуры вдруг читает то, что ты написала. Я думала, может ли мой роман быть переведен, когда он был написан, и я для себя ответила, видимо, нет. Я пыталась трезво оценивать ситуацию. Ну кому интересна судьба раскулаченной татарки? Мне казалось, что это не для перевода вещь, да и мечтать об этом было бы странным с первым романом. Когда начали вдруг переводить, меня это очень удивило и до сих пор удивляет и радует. Я много рассказываю о книге за рубежом. Ее воспринимают очень по-разному, приходится делать акцент на разных вещах. В Западной Европе рассказываю, что такое раскулачивание. В каких-то странах это воспринимается как родная тема - это бывшие страны соцлагеря. Там не нужно объяснять про ссылку. На этих встречах даже за рубежом люди начинают рассказывать о своей судьбе. Я надеюсь, что история героини - это главный крючок для привлечения зарубежного читателя. Я в это вкладывалась, мне было интересно проследить за историей превращения из человека несвободного в свободного.

- Как вы думаете, откуда взялось четкое понимание, что культурный объект может развалить страну? Что у автора обязательно должен быть какой-то подрывной момент и что за всем этим обязательно кто-то стоит?

- Никакой теории у меня по этому поводу нет. У меня есть четкое понимание, что культурный продукт - это зеркало, в котором отражается сам человек. В этом зеркале каждый может видеть свое или совершенно противоположные вещи в одном и том же. Поэтому та критика, которая высказывается, она говорит о критике самой, а не о том объекте, который критикуется. Ну вот, пожалуй, и все. Когда это началось, я не знаю.

- Что конструктивного предлагают критики?

- Это были статьи, которые в агрессивной форме рассказывают о романе и передёргивают факты. Здесь я хотела отдельно остановиться о восприятии татарскости в романе. Я постаралась описать татарский быт и культуру со всей любовью, которая у меня с детства. Я описывала это все по воспоминаниям жизни в доме дедушки и бабушки. Некоторым показалось, что мои описания не соответствуют действительности. Я видела в реакции критики агрессию и передергивания, о конструктиве речь не шла. Иногда эта критика принимала агрессивную вербальную форму. Например, в историческом музее Казани была презентация романа и встреча превратилась в диалог с достаточно агрессивными гостями. Была презентация татарской версии книги, когда тоже была накаленная дискуссия. Разные формы критики были и устные, и письменные. Были и угрозы. Я читаю очень неприятные вещи. Если я вижу попытку диалога или объективно оценить то, что есть, я читаю. А если я вижу оголтелую агрессию, то я не отвечаю на такое.

- Вы рассказываете о том, чему будет посвящен третий роман?

- Нет, я не рассказываю, потому что не очень понимаю, получится он или нет.

- Есть высказывания, что сейчас вы возьметесь за тему гастарбайтеров.

- Я просто давала интервью, где рассказала, что мне интересна тема гастарбайтеров. У меня есть даже сценарий короткометражного фильма, написанного об этом. Сейчас я работаю над историческим материалом.

- Известно, что роман «Зулейха открывает глаза» тоже был начат как сценарий.

- Я задумала «Зулейху» как роман, но выходила какая-то глупость. В попытках создать хоть что-то я ходила по кругу, пока не пошла в школу кино. Там я написала сценарий «Зулейхи», а уже из сценария вытянула текст романа.

- Насколько ваш сценарий совпадает со сценарием фильма?

- Мне предлагали написать сценарий самой, но я не могла больше писать об этом. Поэтому сценарий писали другие люди и не очень корректно комментировать то, что они сделали.

Мне очень радостно, что в итоге сценарий приблизился обратно к книге, потому что я читала первую версию и она стояла дальше от романного сюжета. В целом мне сценарий кажется хорошим. Я оцениваю фильм сам. Как бы ни был прекрасен сценарий, очень многое делается на мотажном столе. Правильнее говорить о режиссерской работе, нежели о сценарной. Я знаю, что Егор Анашкин бился над монтажом много месяцев. Я рада, что получилось то, что получилось.

Изначально я не понимала, куда отдаю роман. Я заключила договор с каналом, не зная ни имени режиссера, ни имени продюсера, ни имени актеров. Я просто высказала свою мечту, чтобы главную роль исполняла Чулпан Хаматова. Я отдавала свою историю с пониманием, что больше влиять на это не смогу.

Конечно, я ожидала, что будет усилена мелодраматическая линия, что какие-то вещи будут смягчены. Я опасалась, что история слишком сильно откочует в сторону любовной линии и за всем этим погибнет та трагедия, которая есть.

Я очень рада, что в фильме использован инструментарий большого кино. Остались молчаливые диалоги Зулейхи и Муртазы, а потом Зулейхи и Игнатова. Есть очень честные для кино съемки, например, лесосплав был настоящий, или птица на снегу по-настоящему вытоптанная британским художником, даже посёлок настоящий построили. Пытались максимально сделать все по-настоящему.

- В последней серии Юзуф приезжает в Казань и встречается с Зулейхой. Насколько для вас это было неожиданно?

- У меня не было протеста против такого варианта. Это был один из многих вариантов, который мог быть. Это прекрасная закольцовка. Я хорошо восприняла такой финал, несмотря на то, что в книге он у меня другой. Зрителю нужен был такой финал.

Понравился материал? Поделись в соцсетях
20 КОММЕНТАРИЕВ
This site is protected by reCAPTCHA and the Google Privacy Policy and Terms of Service apply.
Марина
По всему фильму чувствуется любовь автора к народу, Хаматова отлично ее передала
18
7
Ответить

Вася я
@Марина Да и ещё Чулпаша так любит наш народ,что купила от него дом подальше,где то под Ригой,под ненависной нашему провительству Ригой,которому она и поёт.
8
8
Ответить

Динара
Книга меня потрясла, долго ходила под впечатлением. Фильм не разочаровал, это уже хорошо.
14
9
Ответить

Раиль
Мой дед был раскулачен и выслан на Урал по его рассказам все что происходило так и было
17
5
Ответить

Андрей
Надо признать что такие вещи происходили, и не надо идеализировать те времена. Понятно что не все было гладко.
16
4
Ответить

Ирина
Я прочла книгу было интересно, но тем не менее мне показалось, что это просто любовный роман.
2
5
Ответить

Вячеслав
@Ирина Как без любви. В любом жанре, произведении. Но, я думаю, здесь главное фон, тема репрессий. Сердце сжимается. Прости им Господи, не ведают - что творят.
4
2
Ответить

Илья
Пусть даже не оправдывается! Всегда будут завистники. И всегда будут те, кому ничего не нравится. Причем болльшинство из тех, кто критикует, книгу даже в глаза не видели
13
7
Ответить

Римма
@Илья Да она только и делает что оправдывается) заладила "не знала", " не думала", "не была готова". аж противно. не дочитала
7
9
Ответить

Абубакир
Просто такие произведения в Татарстане еще не скоро поймут. Тут смотрят ТНВ, где скачут по сцене одни и те же певцы в одних и тех же пиджаках. А по сюжету надо так, чтобы главные герои перехитрили всех других, вернулись к себе в деревню богатыми и сидели у окошка с гармонью. Вот это надо.
13
11
Ответить

Эмилия
@Абубакир Абсолютно с вами согласна, Абубакир. Татары сами согласны сидеть в своей яме и квакать на любую попытку взять новый уровень. Им никогда не понять, что эти оскорбления они выдумали сами себе. Их не было, а теперь о них знают все.
11
10
Ответить

Дарья
Начала смотреть фильм, так как не читала роман. А интерес был. Но... фильм не досмотрела. Не верю, как говорится. Буду читать роман.
6
4
Ответить

Люблю читать
Предлагаю еще почитать другую книгу Гузель Яхиной написано богатым и красивым языком называется "Дети мои"
7
6
Ответить

Фильм про гастеров?
Яхина пробивает новое дно
5
4
Ответить

Имаева Надежда
Посыл властей понятен. Тиранов коммунизма, самодержавия и капитализма и их деяния надо знать. СМИ преподносят историю однобоко.
7
2
Ответить

Алексей
Фильм отличный, очень тронул! Гузель, держитесь, не поддавайтесь на несправедливую критику! Ждём от вас новых произведений!
19
8
Ответить

Гуля
Единственные хорошие вещи, которые произошли со мной во время самоизоляции - эта книга и этот сериал. Именно так я всё и представляла. Спасибо!
10
5
Ответить

Ирина
Фильм замечательный. До сих пор под впечатлением. Актёры супер.
6
3
Ответить

Руфина
В действительности все так и было. Тема раскулачивания освещена очень мало, всегда боялись трогать эту тему. Мой прадед с тремя братьями и отцом были высланы из Курганской области на Алдан, в Якутию. Моя бабушка прожила 93года , рассказывала нам, своим внукам. Народ не озлобился, все выдержал (кто не погиб) Не существовало ни разницы в национальностях, ни в вере. Рушили все православные церкви тоже. (Это для тех, кто пытается раздуть национальный вопрос) Тема раскулачивания еще не закрыта, потому что пострадало очень много людей, причем не богатых, а среднего достатка и откровенно бедных.
5
3
Ответить

Елена
Роман понравился больше, чем фильм. Мне не хватило молчаливых мыслей Зулейхи. История очень реальна. В нашем роду была сослана семья раскулаченных крестьян, и молодая сноха родила своего первенца в землянке на лесоповале.
4
1
Ответить

downloadfile-iconquotessocial-inst_colorwrite